Лабиринт теней
Шрифт:
Чтобы переплыть бурную реку, они воспользовались шестом и веслом. И старались перебраться на ту сторону как можно быстрее. Дно реки неглубокое, усеянное острыми камнями, и течение создавало тысячи мелких водоворотов.
На другом берегу оказалось ещё холоднее, а воздух разряжённый, словно высоко в горах.
Они молча выбрались из лодки, каждый думал о чём-то своём. Анита старалась пройти к лестнице, не задев ни одну из костей вокруг неё. И потому смотрела только на дверь наверху.
Джейсон с двумя камешками в руках спросил Зефира, что делать с лодкой,
Они поднялись по лестнице.
Анита чувствовала, как тяжёлый ключ с головкой ворона оттягивает карман, и ласково погладила его. Джейсон перебрасывал камешки из руки в руку, словно они предназначались для рогатки, и смотрел на стену, к которой приближались, и на пять дверей в ней.
Стена Лабиринта была сложена из огромных неровных блоков, уложенных друг на друга, и оказалась такой высокой, что конец её терялся на какой-то невообразимой высоте.
О чём думал в эту минуту Зефир, невозможно было даже догадываться, потому что мысли великана герметически запирал его чистый, светлый взгляд.
В общем по лестнице поднялись довольно быстро. Каждый раз, переступая со ступеньки на ступеньку, Анита отчаянно боялась скатиться вниз или услышать хруст треснувшей кости. Ей не оставалось ничего другого, как двигаться побыстрее и шептать молитву.
Остановившись наконец у двери, она повернулась к Джейсону, но он словно тонул в окружающем мраке, который походил на какую-то жидкость, проникавшую повсюду, то сгущающуюся, то расползающуюся.
Как будто на неё — на эту кажущуюся жидкость — дул какой-то неощутимый ветер.
Или как будто она совершала это по своей собственной воле.
— Мы все согласны двигаться дальше? — задала Анита совершенно глупый вопрос.
И у неё возникло тревожное ощущение, будто голос её не прозвучал, даже не слетел с её губ. Как будто недоставало воздуха издать звук.
— Попробуем открыть? — спросила она, и опять не услышала собственных слов.
Тут она почувствовала, как Джейсон сжал её руку и произнёс:
— Смелее! Открывай!
За его спиной из мрака возник силуэт Зефира, окружённый лёгким золотистым ореолом и потому казавшийся ещё призрачнее.
— А вдруг это не та дверь?
Джейсон крепче сжал руку Аниты:
— Ты ведь девочка, у которой есть ключ с головкой ворона.
Голос Джейсона доносился до Аниты откуда-то очень издалека, словно из какого-то совсем другого мира. Должно быть, так оно и было на самом деле, только девочка слишком боялась признать это.
Головка ключа в виде ворона сделалась вдруг почему-то очень скользкой, и доставая его из кармана, Анита молила только об одном — как бы не выронить его. Потому что потом ей ни за что не найти ключ в этой груде белых, призрачного цвета костей, лежащих вокруг.
Девочка поднесла ключ к двери.
Пальцы не слушались её, сделались какими-то деревянными, а губы вдруг пересохли
Когда Анита прикоснулась ключом к металлической планке замочной скважины, он слегка звякнул.
И звук, и движения приглушённые, как под водой.
Окружающий мрак словно плескался вокруг, касаясь волос Аниты.
Девочка провела ключом по металлической планке, на ощупь отыскивая отверстие, как будто ключ огромный, а скважина — крохотная.
И не находила.
Мрак по-прежнему волнами колыхался вокруг неё. Она слышала как от этого движения скрежещут кости и ломается тонкий лёд на реке.
— Тут нет никакой скважины! — подумала Анита, приходя в ужас. Всё вокруг стало искривляться, как бывает во сне. Джейсон и Зефир стояли, не двигаясь, но их лица удлинялись, сливаясь с мраком, словно какие-то масляные, постепенно расползающиеся пятна.
«Нет здесь никакого выхода!» — снова подумала Анита, и осознание этого прозвучало в ней так громко, что едва не оглушило.
Она снова подвигала ключом.
Поцарапала им по металлической планке, со всё растущим страхом, ужасом и злостью ища замочную скважину.
Ей показалось, будто двери вдруг стали множиться, будто их стало пять, десять, двадцать.
«Замочная скважина. Она должна,быть здесь. „Кто любит ворон?“ — говорилось в последнем правиле…»
И тут блоки, из которых сложена стена Лабиринта, вдруг начали увеличиваться один за другим. Сначала ближайшие, потом все остальные. Они надувались, росли, как грибы, готовые вот-вот лопнуть. Вздувалась теперь вся громада Лабиринта, всё больше и больше искривляясь и увеличиваясь в размерах. А ключ, который Анита держала в руках, становился всё тяжелее и больше, а дверь всё уменьшалась, и с нею вместе становилась всё меньше и замочная скважина, которая стала теперь совсем маленькой, микроскопической, несуществующей…
« Ялюблю ворон!» — подумала Анита.
И в этот момент нашла отверстие, в которое нужно вставить ключ. Крохотная ступенька в ней словно ответила ключу согласием и повела его дальше.
Анита протолкнула ключ глубже.
Он продвинулся.
« Ялюблю ворон!»
И каким-то образом, рано или поздно, где-то за пределами нормального мира, Анита повернула ключ.
Глава 15
ЗАМЕТКИ В ДНЕВНИКЕ
— Анита! — вскричала госпожа Блум, открыв глаза.
Что-то случилось с её дочерью, она чувствовала это!
Плечо. У неё болело плечо.
Она хотела шевельнуться и ощутила острую боль, а потом попыталась понять, где же она находится, и стала всматриваться, медленно обводя взглядом комнату.
Она в Венеции.
Она дома.
Смутно припомнила, что накануне заснула, усталая, на диване в неестественном положении. И теперь у неё болит плечо.