Лабиринт
Шрифт:
Хорик уже достаточно хорошо соображал, чтобы сердитым бурчанием отреагировать на слово "врач".
Они прошли в холл, где их встретили Алитея и Анджела.
– Он должен остаться здесь,- заявила Анджела.- Правда, Лети?
Алитея недовольно скривилась, но ей ничего не оставалось, как согласиться.
– Отведите его наверх,- велела она, чем заработала разъяренный взгляд сестры.- Леди Лэнсон тоже захочет остаться. Они могут расположиться в темно-красной спальне и гардеробной, не так ли?
Алитея
Фицбраун и Бен втащили Хорика по широкой лестнице и сбросили его на диван.
Фицбраун отошел в сторону, и Хорик очень четко произнес:
– Чтоб вам провалиться!
– Интересно, к кому из нас это относится?- спросил Бен.
– Ко мне,- ответил Фицбраун.
– Конечно, меня он иметь в виду не мог,- заключил Бен.- Ведь я его почти не знаю.
– Знакомство - не единственная причина для того, чтобы кого-то не любить,- заявил доктор. Заметив, что это высказывание озадачило Бена, он добавил: - Скажем так: он сейчас настроен ненавидеть всех. И у него, без сомнения, есть веские основания.
Они вместе спустились в холл, где их уже ждала Алитея.
* 3 *
Алитея обращалась только к Фицбрауну.
Она разговаривала с ним так, будто для нее важнее всего на свете было именно его мнение, а не чье-либо другое. Она полностью игнорировала Бена, и когда он попытался присоединиться к беседе, повернулась к нему спиной.
Создавалось впечатление, что ее чрезвычайно волнует состояние здоровья Хорика.
– Это как-то связано с его ростом, верно?- спросила она.- Его мать утверждает, что он в любую минуту может упасть замертво. Это правда, доктор?
Ее взгляд не отрывался от лица Фицбрауна, губы приоткрылись, как будто ее мучила жажда информации, и утолить ее можно было из единственного источника истины и мудрости.
– О, думаю, дело не так уж плохо,- ответил Фицбраун, которого немного удивило столь пристальное внимание к его персоне, к тому же он понимал, что Бен оказался в неловком положении.
– Хорошо,- сказала Алитея.- Я очень надеюсь, что, если ему суждено умереть, он умрет не здесь.- Заметив, что ее слова потрясли Фицбрауна, она добавила: - Хватит с нас трагедий.
– Да, конечно,- согласился с ней доктор.
Она опять взглянула на него.
– Так что же случилось?
– Он потерял сознание,- ответил Фицбраун.- Перегрелся на солнце, вероятно.
Алитея провела языком по губам.
– Я совсем недавно разговаривала с ним. Он выглядел вполне нормально.
– Знаю,- кивнул доктор.- Возможно, он потратил слишком много сил, собирая розы. Ведь он собирал их для вас, не так ли?
– Да,- с восторженным видом подтвердила Алитея.
– А вы, попросив собрать для вас цветы, не взяли их.
– О боже! Именно так. Где они? Надо кого-то
– Они умирают,- сказал Фицбраун.- Лежат на солнцепеке на клумбе в центре розового сада - это он зашвырнул их туда.
Впервые доктор видел Алитею такой довольной.
Бен не оставлял попыток принять участие в беседе:
– Он ужасно выглядел, когда я проходил мимо. Фицбраун, у меня создалось впечатление, что он набросился на вас.
Алитея продолжала игнорировать его.
– Он действительно набросился на вас?- обратилась она к Фицбрауну.
Он отлично понял, что именно она хочет услышать - будто они дрались из-за нее,- и холодно ответил:
– Я хотел побеседовать с ним как врач, по просьбе его матери, но не успел, так как он потерял сознание.- Он посмотрел на часы.- Мне пора - у меня встреча. Хочу перед уходом взглянуть на Лэнсона. Будем надеяться, что он еще не полностью пришел в себя - кажется, он не очень любит докторов.
Фицбраун направился к лестнице.
Он был уже у нижней ступеньки, когда услышал, что Бен снова пытается привлечь внимание Алитеи, рассказывая ей, как набирал воду для Хорика, как решил, что вода для питья и поэтому встал прямо под струи. Но бедняге опять помешали.
Через парадную дверь в холл вошла Сара. Юбка ее розового платья была мокрой. С подола капала вода. Она напрочь забыла о соблюдении изящных поз.
– Ты пытался утопить меня!- сдавленным от ярости голосом проговорила она, указывая пальцем на Бена.- Ты! Чудовище!- Она разрыдалась.
* 4 *
Фицбраун медленно вернулся и обнаружил, что теперь игнорируют его. Все внимание Сары сосредоточилось на Бене. Справившись с приступом рыданий, она разразилась страстным монологом:
– Я поняла, что произошло, как только увидела, что ты стоишь в фонтане и подставляешь голову под воду. Я поняла, что это была она.- Сара даже не взглянула в сторону Алитеи.- Только она способна довести мужчину - того, кого я считала мужчиной,- до такого состояния, превратить его в жалкое, униженное создание, не замечающего ничего и никого вокруг себя. Кто-то может решить, что хорошо знает ее. Ты же жил с ней. Ты же знаешь, как она обращалась с тобой, как она отшвырнула тебя по совету этого чудовища Августина...
– Не говори так,- пробормотала Алитея.- Не говори плохо о мертвых.
– Почему?- резко повернулась к ней Сара.- На свете не было более зловредного человека. Он заслужил свою смерть.- Она снова обратилась к Бену: - Надо же, а я пыталась спасти тебя!
Бен выглядел несчастным.
– Спасти меня?- озадачено переспросил он.- От чего?
Теперь, завладев вниманием зрителей, Сара немного успокоилась. Отряхнув мокрую юбку - в это мгновение она напомнила сердитую курицу,- она продолжила: