Лаки
Шрифт:
В квартире царил мир. Не сновали туда-сюда слуги, не звонили телефоны, не требовали его внимания секретари и – самое главное – Олимпия.
Он сделал решительный шаг.
Он свободен.
Почти.
После обеденного перерыва Сантино уехал.
Иден высоко держала голову, хотя сердце у нее разрывалось на части. Он заставил ее встать на колени и осыпал угрозами, когда она попыталась возражать. У него явно сдали все сдерживающие центры. Надо бежать как можно быстрее. Она не сомневалась, что в конце концов он начнет представлять
Тим крепко обнял Иден перед камерой, а еще крепче он обнял ее потом, в его гримерной, и они со страстью отдались друг другу. Она с радостью делала для Тима Вэлза те вещи, которые Сантино вырывал у нее силой.
– Я уже на полпути к тому, чтобы мы как можно скорее вырвались отсюда, – уверил ее Тим. – Возможно, уже завтра. Будь готова, если я позвоню.
Но мы не должны поехать туда, где Сантино сумеет достать меня.
Деньги увезут нас далеко, а я добуду их много.
Он придумал аферу. Она подразумевала использование Бриджит. Ну и что такого? Она – избалованная богатая маленькая мерзавка. Пора ей уже кое-что узнать о жизни.
Меньше всего на свете Бриджит хотела играть с мальчиком четырех с половиной лет. К тому же она никогда не переваривала Чичи.
Они сидели вокруг бассейна как единая большая и счастливая семья. Алиса в миниатюрном купальнике, открывавшем взгляду морщинистую плоть и буйно выбивающиеся из-под плавок клочья лобковых волос. Приятель Алисы Клаудио, сложенный идеально во всех отношениях, но ростом едва ли выше Роберто, весело плескавшегося в бассейне. Чичи, внимательная, как всегда. И Бриджит в белом бикини, выглядящая, по меньшей мере, на девятнадцать.
Бриджит с энтузиазмом загорала, зная, что загар очень идет к ее длинным белокурым волосам. Она хотела выглядеть как можно лучше ради Тима. Лето кончалось, и скоро предстояло возвращение в ненавистную школу. Ей даже думать об этом не хотелось. Все ее мысли принадлежали Тиму Вэлзу. Он так не похож на всех, кого ей доводилось встречать. Такой загадочный, умный, сексуальный...
После обеда в «Трейдер Вик» он отвез ее в свою квартиру в Голливуде. Одна комната. Одна кровать. О! Какой же он сексуальный!
Он раздел ее и занялся любовью, заставив ее дрожать от страсти. А потом шутки ради предложил:
– Давай пофотографируемся, детка.
Она захихикала от смущения, когда он пояснил ей, как ей надо позировать перед его «поляроидом». Делать так, затем по-другому. Улыбаться. Сделать довольный вид.
Сначала она стеснялась, но, когда он сказал, что отдаст все фотографии ей, Бриджит расслабилась и даже начала получать удовольствие от игры. Он подарил ее фотографии. Она подарила ему белый порошок, что стянула из гардеробной Олимпии. Он очень обрадовался.
Что за чудесное приключение – провести ночь с Тимом Вэлзом. Она не отказалась бы проводить с ним все ночи подряд.
Утром он вызвал ей по телефону такси, обещал позвонить попозже и отправил ее домой.
Она с нетерпением ждала его звонка.
Доставив Роберто в дом Олимпии, чтобы он
Разведясь со Сьюзан, он больше не вел размеренный образ жизни. Он делал что хотел и когда хотел. Ему нравилась такая жизнь, но чего-то все-таки в ней не хватало. Он любил общество привычной женщины, любил просыпаться по утрам и видеть рядом знакомое лицо. Джино стал слишком стар для мимолетных романов – и большая часть тех женщин, с которыми он теперь ложился в постель, не пробуждали в нем интереса.
Приходилось признать, что и к нему наконец пришла старость.
С Пейж Вилер он никогда не чувствовал себя старым. Неожиданная встреча с ней разбудила прежние воспоминания, и то были приятные воспоминания.
Кажется, он заметил блеск в ее глазах, когда она смотрела на него сегодня. Если Джино не ошибся, то она тоже скучает по нему.
Повинуясь импульсу, он поехал в отель «Беверли Уилшир» и снял номер.
– Вы без багажа, мистер Сантанджело? – спросил клерк.
– Он прибудет попозже. Пошлите мне в номер бутылку «Дом Периньон» и порцию вашей лучшей икры.
– Слушаюсь, сэр.
Поднявшись наверх, он принялся мерить комнату шагами.
Итак – он застукал Пейж со Сьюзан. Ну так она никогда и не строила из себя девственницу.
Итак – звонить ей или нет?
В четыре часа напротив магазина «Лена Ли» на Родео драйв у Риа отошли воды.
– Ой-ой-ой! – запищала она. – Отвези меня в больницу – быстрее!
Коста, всю жизнь отличавшийся невозмутимым спокойствием, совершенно потерял голову.
Турист из Миннесоты и сочувствующая продавщица взяли ситуацию в свои руки. Если бы не они, Риа разрешилась бы от бремени прямо на улице.
– Мне нужна консультация дизайнера, – важно сказал Джино в трубку.
Пейж тут же узнала его голос. Жестом она отослала из комнаты помощника и откинулась на спинку удобного кожаного кресла.
– Какого рода консультация? – спросила она так же важно.
– Срочная.
– Срочная?
– Очень.
– Гм-м... – Она сделала паузу, как будто изучая дневник. – Боюсь, я занята до следующей недели.
– Найдите окошечко для меня.
Она забросила ноги на стол.
– Боюсь, никак не смогу.
– Нет, сможете.
– Но где?
– В «Беверли Уилшир», где же еще? – Он назвал номер комнаты.
Вы примерно представляете, что именно вам нужно? – поинтересовалась она деловым тоном.
Вас. И быстро.
Когда они оба повесили трубки, на их лицах играли улыбки.
– Попробуйте фруктовый торт. Сама пекла, – заливалась Алиса. – Из натуральных продуктов. О-ля-ля. Объедение.
Поверх купальника она набросила одеяние, скорее напоминавшее цветастую скатерть, и пыталась поразить Клаудио своим кулинарным искусством. Прошедшей ночью он признался, что происходит из знатной французской семьи. Он – граф, только это тайна. Графиня Клаудио! Ха! То-то все удивятся!