Ларец Пандоры
Шрифт:
– Говори и сохранишь свою жизнь, - безучастно произнес худощавый. Дени не нравился тон немца.
– Тише парень, - шепнул Иоганн.
– Юджин, забери у него пистолет.
Мальчик неуверенно посмотрел на Дени. Ирландец отмахнулся.
– Ничего не скажем, пока не получим денег, - упрямо повторил Дени.
– Как знаешь, - худощавый выкрикнул несколько слов на немецком из-за опоры моста вышло четыре человека с оружием в руках. Пистолеты были направлены в сторону бандитов. Дени трезво оценил шансы, выпустил своё оружие из рук.
– Он спрятался в машине лорда Недведа. Его наверняка увезли в поместье
– Свидетели нам ни к чему.
4
Герберт услышал визг тормозов, бросился к окну, выглянул наружу. Ситроен остановился у самого порога дома, наружу выскочил бледный, растерянный Освальд. Он открыл дверь со стороны пассажирского сиденья, оттуда вылез измазанный кровью Арчибальд. Душа Герберта Недведа ушла в пятки. Да, сегодня он наговорил сыну много нелицеприятного, но какой родитель спокойно станет наблюдать за тем, как его ребёнок сбивается с верного пути, развращается, становится кутилой? После ссоры лорд переживал, потому и послал Освальда отыскать сына. Теперь же, увидев кровь на одежде Арчибальда, Герберт не знал, куда себя деть. Если сын погибнет, лорд никогда не простит себе этого.
– Господи, Освальд, что случилось?!
– закричал перепуганный лорд. Но слуга, казалось, не слышал его. Освальд беспомощно размахивал руками, пытался что-то объяснить Арчибальду.
Лорд бросился вниз, к телефонному аппарату. Первым делом он позвонил своему личному врачу, доктору Эдварду Мортимеру.
– Это лорд Недвед, - сообщил Герберт, как только секретарь поднял телефон.
– Передайте Эдварду, чтобы он срочно приезжал ко мне домой. Без промедления!
Бросив трубку, он побежал на улицу, но в дверях столкнулся со скорбной процессией. Арчибальд пятился и нёс человека, держа его за плечи, Освальд вцепился в ноги раненого. Лорд вздохнул с облегчением, хотя радость его и была не уместной. С Арчибальдом всё хорошо.
– Скорее отец!
– прокричал запыхавшийся Арчибальд.
– Приготовь полотенца и тёплую воду!
Молодой лорд и Освальд развернулись, волоча человека вверх по лестнице, и Герберт увидел лицо раненого. Им был Джеймс Сквайрс. Лорд хотел было приказать служанкам сделать необходимые приготовления, но вспомнил, что по глупости отпустил их. Герберт готовился к новому скандалу с Арчибальдом, не хотел, чтобы слуги слышали ссору отца и сына.
Старый лорд сам побежал на кухню, поставил разогревать чайник, приготовил глубокую кастрюлю и стакан, пока Арчибальд и Освальд возились с раненым. Наконец, они затащили его на второй этаж, в спальню Арчибальда. Через минуту Освальд прибежал на кухню, суетясь, схватил полотенца, побежал наверх. Следом за ним спустился Арчибальд. Выглядел он устрашающе - на груди расползлось алое пятно, руки в потеках крови, на лице мелкие красные капли. Он взял не закипевший чайник, перелил воду из него в широкую кастрюлю и побежал с ней на второй этаж. Тем временем лорд отыскал аптечку, достал оттуда бинты и антисептики, торопливо последовал за сыном.
Джеймса уложили в комнате Арчибальда. Молодой Недвед и Освальд разорвали штанину и пытались перетянуть полотенцами кровоточащее бедро. Герберт понял, что ранение пулевое. Он быстро сориентировался, достал жгут, подал его сыну. Арчибальд взял жгут, попросил Освальда приподнять
– Держи так, Освальд, - распорядился Арчибальд. Он оставил ногу Джеймса в покое, стал осматривать левое плечо Сквайрса. Герберт заметил ещё одну рану сантиметров на пять-семь выше сердца. Как ни странно, кровь оттуда текла слабее, чем из ноги. Арчибальд прижал к пробитому пулей плечу оставшееся полотенце.
– Вот, перемотайте, - предложил Герберт, достав из аптечки бинты. Освальд и Арчибальд не стали спорить, довольно грубо обвязали плечо и ногу Сквайрса бинтом.
Когда с перевязкой было покончено, Арчибальд намочил свои ладони в кастрюле с водой, побрызгал на лицо Джеймсу.
– Мистер Сквайрс, - окликнул он раненого.
Тяжелое, отрывистое дыхание Джеймса перешло в кашель. Сквайрс открыл затуманенные глаза, огляделся. Сознание медленно возвращалось к нему. Он шарил руками по своей груди.
– Где моё пальто?
– прохрипел он.
– Мы оставили его в машине, - ответил Арчибальд.
– Оно измазано вашей кровью.
– Вернись туда, забери свёрток!
– Какой свёрток?
– Пойди туда и забери свёрток!
– закричал Джеймс.
– Быстро!
Арчибальд не стал спорить, покинул комнату, побежал вниз по лестнице, к машине. Взгляд Джеймса упал на Герберта.
– Не обращайтесь в полицию, слышишь Герберт?
– Да!
– взволнованно воскликнул лорд.
– В свертке шкатулка, нужно связаться с Генри Шепардом, он знает, что делать.
– Объясни толком, Джеймс, - попросил лорд старого товарища. Но Сквайрс будто и не слышал его.
– Если умру, отыщи мою племянницу, она во Франции. Скажи, я завещаю ей своё имущество. Обещай мне, Герберт!
– Клянусь своей честью, - торжественно произнес лорд.
Освальд, всё это время растерянно наблюдавший за происходящим, посмотрел в окно.
– Что там за машина?
– перепугался дворецкий.
– Бегите отсюда! Скорее бегите! Они нашли меня, - процедил Джеймс сквозь зубы.
– Будь проклят Шепард. Глупец! Он думал, они испугаются полиции!
Герберт подскочил к окну.
– Не бойся. Это автомобиль Мортимера. Я позвонил ему, как только увидел, что случилось, - успокоил Джеймса старый лорд.
В комнату ворвался Арчибальд, в руках Недвед сжимал залитый кровью свёрток, обмотанный тонкой бечевкой.
– Вы говорили об этом?
– спросил Арчибальд.
– Да, - глаза Джеймса загорелись.
– Спрячьте её, отыщите Шепарда и отдайте ему. Чтобы он не говорил, не слушай его, Герберт, - Сквайрс обессилено мотал головой, пытаясь глазами отыскать лорда.
– Я здесь, - Герберт подошёл к постели умирающего друга, перед этим бросил короткий взгляд на Освальда.
– Встреть доктора и проводи его сюда, - приказал он дворецкому.
– Они напали на меня из-за неё, Герберт, - продолжал Сквайрс.
– Боюсь, они не остановятся ни перед чем, ворвутся сюда, когда узнают, где шкатулка. Но узнают нескоро, если никто не разболтает. Твой врач надёжный человек?
– Надёжный. Он умеет хранить секреты.
– Нужно запереться, спрятаться. В крайнем случае, плюй на всё и отдай им эту шкатулку, Герберт. Жизнь дороже, - Джеймс сморщился, откинул голову назад.