Лайк за любовь

Черничная Алёна

— Саша, ты уже приехал? — мать Егора стояла на лестнице, прищуриваясь и осматривая нас всех сверху. Ее взгляд остановился на мне. — О, у нас опять гости, — холодно хмыкнула она.

— Здравствуйте, — внутри меня все съежилось под ее недовольным взором.

Сегодня она выглядела, как и при первой нашей встрече: светлые короткие волосы идеально уложены, лёгкий макияж — не хватало вместо домашних брюк и футболки нарядного платья. Женщина лишь слегка приподняла уголки своих губ, отвечая на мое приветствие, что уже можно было расценивать, как прогресс.

Почувствовав, как я снова напряглась, Егор приобнял меня за талию, привлекая ближе к себе.

Жутко странная картина: отец Егора улыбнулся, посмотрев на нас, а мать повела бровями с явным неодобрением. И только Дашка хлопала своими сверкающими зеленющими глазами, с нетерпением ожидая, когда мы отправимся в сад.

— Так, я всем дал задание, — Александр хлопнул в ладоши и направился к лестнице. — Через полчаса, чтобы костёр горел огнём любви и не только, — он задорно подмигнул сыну.

В этот момент было можно и не смотреть на лицо матери Егора — все и так понятно.

— Опять шашлык? — она чуть ли не скривилась.

— Не опять, а снова, Лиза, — ответил мужчина, проходя мимо своей недовольной жены и снимая пиджак.

Мать Егора, молча развернувшись, удалилась вслед за ним.

— Пошли? — блондин потянул меня за скачущей Дашкой.

Я притормозила, мягко убирая его руки со своей талии:

— Мне лучше пойти домой…

— С чего вдруг?

— У вас тут семейный ужин намечается.

— А в чем проблема?

Я вздохнула, изучая взглядом футболку парня и ковыряя ногтем яркий принт на ней:

— В том, что мне не место на подобном мероприятии.

Горячие пальцы осторожно коснулись моего подбородка, приподнимая его вверх:

— Твое место рядом со мной. Ты остаешься, — уверенно заявил он. — Идем.

Глава 29

В сумерках сад дома Королевых выглядел, словно из сказки. Витиеватые дорожки были подсвечены множеством крошечных фонариков, в свете которых стоящие фигурки садовых гномиков смотрелись волшебно живыми.

Пока Егор занимался подготовкой мангала, а Дашка радостно плясала вокруг, я скромно присела на скамейку в беседке, думая о том, что несколько недель назад пришла в этот дом даже не подозревая, что здесь живет человек, которому отдам и сердце, и мысли, да и саму себя полностью.

— Ты, кстати, на этом же месте и сидела тогда. — Бархатный шёпот раздался у меня над ухом, заставив вздрогнуть, только уже не от испуга, а от трепетной дрожи, которую вызывал его голос.

Тёплые ладони заскользили по моим плечам, а шеи коснулся чувственный поцелуй.

— Егор… — я смущённо сдерживала улыбку, но внутри все переворачивалось от ощущения тепла его рук и губ.

— Хорошо, что я твой телефон разбил, — вдруг выдал он, не убирая своего дыхания с моей шеи.

— Почему?

— Потому что у меня и в планах не было заводить дальнейшее знакомство с тобой. Но в тот вечер, как-то совесть задергала за разбитый телефон… Потом наблюдал за тем, как ты реагируешь на то, когда я приближаюсь

к тебе. Было сначала забавно. — Его губы стали медленно подниматься выше, — потом интересно, а позже и сам втянулся, начиная охреневать оттого, что так же реагирую на тебя в ответ, — Егор слегка прикусил мне мочку уха, обдав обжигающим шёпотом мою кожу. — А потом вообще понял, что пропал…

— Прекрати, — прохрипела я, чувствуя, как плывут мысли в моей голове, — мы тут не одни.

Я тяжело перевела дыхание, когда его руки и поцелуи оказались на безопасном расстоянии от меня. Сидеть среди его семьи с изнывающим чувством внизу живота — так себе перспектива.

На столе в беседке быстро появились нарезанные овощи, фрукты, сыры и еще какие-то закуски. Я все порывалась помочь, но Егор просто вцепился в меня руками, приставив к себе возле разгорающегося костра.

— Ничего, для этого есть специально обученные люди, — он кивнул в сторону Дашки, которая сосредоточенно решала: поставить посредине стола тарелку огурцов или помидоров? Вскоре появился его отец уже в домашнем спортивном костюме, неся в руках огромную чашу с маринованным мясом, от которого шёл невероятный аромат лука и специй, что аж сводило живот от голода.

— Так, детки-конфетки, а, ну брысь от костра и мяса, — Александр шутливо топнул ногой, отгоняя меня и Дашку к беседке. — Шашлык должен готовиться только в мужской ауре и флюидах и под божественный купаж восхитительного коньяка тридцатилетней выдержки, — проговорил он, откупоривая округлую бутылку.

Мы с Дашкой послушно уселись в беседку, болтая о всякой всячине. Оказывается, ребенок посещает и курсы английского, французского, немецкого, два раза в неделю скачет на танцах и вдобавок занятия по экономической культуре. Теперь в планах с нового учебного года заниматься ещё и плаванием. В моей голове возник лишь одни вопрос: а детство-то где?

— А у вас с Егором все серьёзно? — вдруг поинтересовалась она, после моих расспросах о ее учёбе и увлечениях.

— Наверное…

— И ты замуж за него выйдешь? — Даша похлопала своими наивными, зелёными глазками.

— Ну… — замялась я, косясь на Егора, стоявшего с отцом возле мангала, держа в руках бокал с коньяком и разговаривая о чем-то. Заметив мой взгляд, он расслабленно улыбнулся и игриво подмигнул мне. — Не знаю, я не думала об этом…

— А если позовёт?

— Куда?

— Замуж! — Сестра Егора нетерпеливо заерзала на скамейке.

— Даш, еще рано говорить об этом.

— Почему? — она все так же с искренней наивностью заглядывала мне в глаза.

— Мы с ним знакомы всего несколько недель, — произнесла я, продолжая кидать косые взгляды на ее брата.

— И что? Ты же любишь Егора?

У меня в груди с силой встрепенулось мое сердце, больно стукнувшись о ребра.

— Пока не думала на эту тему… — как под гипнозом я смотрела на широкоплечего парня, чьи безумно сексуальные пальцы, проворачивали в руке пухлый бокал с янтарной жидкостью, а разноцветные глаза светились спокойствием.