Лайла
Шрифт:
"Нет никакого пространства,- сказал Райгел. Ему всё ещё хотелось поспорить.
– Если бы ты был местным, ты бы знал это".
"Как это?"
"Здесь нет пространства, - повторил Райгел.
– Все загромождено историей. Сейчас все тихо, но если бы ты знал эти места, то понял бы, что пространства нет. Всё исполнено старых тайн. Все здесь скрывают это".
"Какие секреты?
– спросил он Райгела.
"Всё здесь не так, как кажется, - ответил Райгел.
– Вот эта речушка, где мы стоим, ты знаешь, куда она ведет? Ты ведь думаешь, что вот
Федр предположил, что миль двадцать.
Райгел улыбнулся. " В прежние времена можно было плыть без конца, сообщил он Она течет до самого Атлантического океана. Теперь уж об этом никто и не знает.
Она течет вокруг всего штата Нью-Джерси. Раньше от неё шел канал, который проходил через горы и соединялся с рекой Делавэр. Сюда возили уголь в баржах из самой Пенсильвании. Этим занимался ещё мой прадед. Он вкладывал деньги во всяческие предприятия здесь. И неплохо при этом получалось.
"Так твоя семья родом отсюда?" - спросил Федр.
"Да почти сразу же после Революции, - сообщил Райгел.
– Они съехали отсюда всего лишь каких-нибудь лет тридцать назад.
Федр стал ждать продолжения, но Райгел больше ничего не сказал.
Потянуло холодным сквозняком, дверь открылась и вошла большая толпа. Один из вошедших помахал Райгелу рукой, и тот кивнул в ответ.
"Ты с ним знаком?
– спросил Федр.
"Он из Торонто".
"Кто он такой?"
" Мы с ним участвовали в гонках, - ответил Райгел.
– Они все канадцы. Обычно приезжают сюда в это время года."
Один из канадцев был одет в красный свитер, у второго на голове была голубая морская пилотка набекрень, а у третьего был ярко-зеленый пиджак. Они все держались вместе, так что было ясно, что они хорошо знакомы друг с другом, но совсем не знают этого места. Энергия так и кипела в них, как у какой-либо приезжей хоккейной команды.
Тогда он вспомнил, что уже видел их раньше в Осуиго на большом корабле под названием "Карма". Они как бы держались кланом.
"Они ведут себя так, будто бы им здесь не очень-то нравится", - сказал Капелла.
" Они просто едут на юг", - ответил Райгел.
"И все же в них есть нечто такое, - повторил Капелла, - как будто они чем-то недовольны".
"Вот это мне и нравится", - откликнулся Райгел.
"Что ты имеешь в виду?- спросил Капелла.
"Они морально устойчивые люди, - ответил Райгел, - нам не мешало бы хоть немного быть такими."
Один из канадцев изучал набор пластинок на музыкальном автомате, затем нажал несколько кнопок. Загорелись огни и стали кружить по всей комнате.
Их оглушил страшный шум. Громкость была установлена слишком большой. Федр попытался что-то сказать Капелле. Капелла приложил к уху ладонь и рассмеялся.
Федр вскинул руки вверх, они оба откинулись на спинки сиденья, стали слушать и пить эль.
Пришел еще народ, и теперь здесь даже стало тесновато. Среди них было много
Мысли потекли у него потоком. Он размышлял о том, что ему говорил Райгел. Восток - это совсем другая страна. Трудно было уловить разницу она больше чувствовалась, чем виделась.
Архитектура некоторых построек в долине Гудзона была в духе начала 19 века, духе размеренной чопорной упорядоченной жизни, предшествовавшей промышленной революции. В Миннесоте, откуда приехал Федр, не было ничего подобного. В те времена там были преимущественно леса, индейцы и рубленые избы.
Путешествие через Америку по воде было похоже на странствование назад во времени, где можно было увидеть, как оно все было давным-давно. Он следовал старыми торговыми путями, которыми пользовались ещё до того, как стали преобладать железные дороги. Просто удивительно, как некоторые участки реки выглядят совершенно так же, как на картинах Старой гудзонской школы живописи с великолепными лесами и горами вдалеке.
По мере продвижения на юг он видел возрастающую ауру социальной структуры, в особенности это выражалось в особняках, число которых все возрастало. По стилю они все больше и больше отличались от пограничных областей. Они все больше и больше становились похожими на европейские.
Среди канадцев у бара были мужчина и женщина, которые так тесно прижались друг к другу, что между ними не влез бы и нож для распечатывания писем. Когда музыка кончилась, Федр сделал знак рукой, чтобы обратить на них внимание Райгела и Капеллы . Рука мужчины лежала на бедре женщины, а она улыбалась и продолжала пить, как будто бы ничего и не происходит.
Федр спросил Райгела: "Вот это и есть твои канадцы?"
Капелла рассмеялся.
Райгел глянул мельком, затем посмотрел еще раз и нахмурился. " Они бывают двух видов, - ответил он.
– Одни не любят эту страну за все те безобразия, что происходят здесь, а другие обожают её за все то дерьмо, что они тут находят".
Он кивнул головой в сторону этой пары и хотел было что-то сказать, но тут снова засверкали огни и заревела музыка, он вскинул руки кверху, Капелла засмеялся и они снова откинулись на спинки.
Немного спустя потянуло холодом. Дверь была открыта. Там стояла женщина и прочесывала глазами комнату, как бы ища кого-то.
Кто-то крикнул: "ЗАКРОЙ ДВЕРЬ!"
Женщина и Райгел смотрели друг на друга долгое время. Получалось так, что она ищет именно его, но она не сводила с него глаз.
"ЗАКРОЙТЕ ДВЕРЬ!", - крикнул кто-то ещё.
"Это тебе говорят, Лайла", - сказал Райгел.
Очевидно она высмотрела то, чего искала, потому что вдруг лицо у неё стало свирепым. Она изо всей силы хлопнула дверью.