Лебедь(СИ
Шрифт:
Лешка предложил такой вариант:
– Может, отца моего попросить, он же милиционер. Он ее припугнет пару раз, собутыльников - в каталажку. Авось, поможет.
– А что касается одежды и еды, - продолжал я, изо всех сил пытаясь приободрить Пашку, - вообще не беспокойся. Мы тебя завалим этим. Лешка! Давай поищем ему рубашек, брюк и обувь, всего побольше.
Нам было настолько жалко его, что не терпелось принести ему все это прямо сегодня.
– И насчет еды - даже не волнуйся. Будешь с нами обедать вместе.
–
– Да, зарабатывай себе на здоровье. Деньги лишние не бывают, а от помощи не отказывайся. Гордость здесь плохой советчик. Мы ж тебе от чистого сердца предлагаем, а неприятностей у всех хватает, - пояснил я и привел свою ситуацию в пример.
Пашка посочувствовал, а потом сказал нам:
– А я ведь уже повеситься хотел.
– Не смей! Этого делать нельзя, - строго сказал Лешка, - все у вас наладиться.
Мы сели в маршрутку и разъехались по домам радовать родственников своим появлением чуть ли не с того света, правда, они об этом и не догадывались.
Дома я попросил бабушку и маму посодействовать своему однокласснику Пашке, набрал ему кучу своей одежды, сгреб пару кусков мыла, новый шампунь и прочие мелочи. У меня была новая спортивная сумка, подарок отца. Все эти вещи я упаковал в эту сумку и решил отдать их вместе с сумкой Павлу. После этого я отправился к Дарье Ивановне.
У Дарьи Ивановны никого не было. Женщина, похожая на крысу, открыла мне дверь и проводила в комнату Олиной бабушки. Она сидела в кресле и, казалось, что спала. Я поздоровался.
– А, Ваня! Ну, как, напугался вчера?
Я понял, что она все знает. Плохое предчувствие опять посетило меня. Я просто запутался в трех соснах, а выход был где-то рядом.
– Да, было немного, - ответил я.
– Я тоже когда-то, как и ты, бросала клубочек и сильно напугалась тогда... Но ты не должен бояться... Тем более, у тебя есть эти кольца. Ты даже не представляешь, кто ты и, что ты можешь! Ты гораздо сильнее меня. Эх!
Я ничего не понимал и молчал. Почему я сильнее ее и в чем?
– Давай свой клубочек и обещай не бояться больше. У тебя много сомнений и вопросов в последнее время. Сейчас ты все увидишь своими глазами.
Она взяла мой клубочек, потом медленно встала, подошла к входной двери и закрыла дверь на замок. Я почему-то поежился. Слишком много событий, которые не укладывались в разряд обычного. Что меня ожидает на сей раз?
Дарья Ивановна достала из-под своего дивана какой-то пакет. Из него она вытащила много очень запутанных белых ниток, потом, тяжело дыша, села в кресло, а меня усадила рядом на стул.
– Возьми эту кудельку, сделай из нее круг вокруг нас.
Я все исполнил.
– Вот так. Теперь добавь сюда же нитку из своего клубка. Правильно. И соедини.
– Готово, - сказал я.
–
Она вытащила из своего пакета знакомые с детства сказки Пушкина.
– Не все сказки - ложь. Ты сейчас увидишь, как я работаю. Помнишь ту записочку, которую ты мне написал о всех ваших бедах.
Она нашла ее в кармане своей огромной серой кофты. Получилось, что мы сидели с ней в центре круга. Где-то я уже такое читал. Конечно, Гоголь, "Вий". Воспоминания отнюдь не приятные. Только там круг был начерчен мелом.
– Чтобы узнать истину, я прибегаю к помощи этого круга.
Она зашептала что-то, я разобрал только какую-то присказку:
"Ты, вода, в круг заходи
И меня в круг проводи,
Утопи всю ложь,
А меня не трожь!"
Вдруг я увидел, как мои ноги погружаются в воду, но ощущения мокрого не было. Вода поднималась все выше и выше, а Дарья Ивановна развернула мою записку и показала ее мне. Слова, написанные моей рукой, вдруг стали светиться каким-то синим светом и подниматься вверх.
– Они не тонут. Значит, ты написал мне правду. Но за любыми словами есть и дела. Чтобы мне увидеть что-то поподробнее, я просто дую на воду и смотрю. А там все видно. Так я и вашу Альбину видела, и ее подружку-гомеопатшу, и все, что ты не знал, все всплыло и показалось. Понял?
– Да.
Я не верил своим глазам. Можно было себя раз двадцать ущипнуть, но лучше бы не стало. Я решил высидеть до конца, хотя было большое желание сбежать оттуда. Жаль, что Лешка не успел мне дать эту молитву "Отче наш". Хотелось помолиться, но как, я не знал.
Дарья Ивановна открыла "Сказку о царе Салтане" в том месте, где было написано про Лебедь и Коршуна.
– Смотри внимательно и читай.
Я стал вслух читать Пушкина, а прочитанные строчки стали подниматься вверх и светиться:
"К морю лишь подходит он,
Вот и слышит будто стон...
Видно на море не тихо;
Смотрит - видит дело лихо:
Бьется лебедь средь зыбей,
Коршун носится над ней;
Та бедняжка так и плещет,
Воду вкруг мутит и хлещет...
Тот уж когти распустил,
Клев кровавый навострил...
Но как раз стрела запела,
В шею коршуна задела -
Коршун в море кровь пролил,
Лук царевич опустил;
Смотрит: коршун в море тонет
И не птичьим криком стонет,
Лебедь около плывет,
Злого коршуна клюет,
Гибель близкую торопит,
Бьет крылом и в море топит..."
– Видишь, ни одно слово не утонуло, значит - это все правда. Когда-то такое произошло на самом деле. Скажу тебе больше, Лебедь эта и царевич, спасший ее - твои далекие предки. Причем, по обеим линиям - и по материнской, и по отцовской, поэтому-то ты - Лебедь в квадрате.