Лёд

Макбейн Эд

– Что именно?

– Ну, как она получала свой приработок.

– Как она получала? – спросил Мейер.

– Чем она занималась? – насторожился Карелла.

– "Льдом", – сказал Мур.

Глава 11

Семнадцатого февраля было ясное небо, и погода стояла на удивление мягкая. Им не удалось встретиться с Аланом Картером накануне. Когда они позвонили ему утром домой, оказалось, что он уже уехал в контору. Эту задержку они решили считать удачной.Она

предоставляла возможность проделать «домашнюю работу» по предмету, который они намеревались затронуть в разговоре с продюсером.

Контора Картера располагалась в здании, что находилось в одном квартале на север от Стем, на территории участка Мидтаун-Ист. С одной стороны здания находился испанский ресторан, с другой – еврейский магазинчик деликатесов. В витрине ресторана была надпись: «Здесь говорят по-английски».В витрине магазина деликатесов можно было прочесть: «Здесь говорят по-испански».

"Наверное, в испанском ресторане не подают блинчиков", -подумал Мейер.

«Наверное, в еврейском заведении не подают плоских маисовых лепешек тортиллас», – подумал Карелла.

Здание было старым, с массивными медными дверями у единственного лифта в вестибюле. Указатель напротив лифта уведомлял, что компания с ограниченной ответственностью «Картер Продакшен, Лимитед»находится в комнате 407. Они поднялись на лифте на четвертый этаж, принялись искать комнату 407 и нашли ее в середине коридора слева от лифта.

Девушка со светлыми кудряшками сидела за столом сразу за входной дверью. На ней был коричневый спортивный костюм. Она жевала резинку и печатала на машинке.

– Чем могу помочь? – спросила она и взяла ластик.

– Мы хотим повидаться с мистером Картером, – сказал Карелла.

– Мы до двух часов не проводим прослушивания, – сказала девушка.

– Мы не актеры, – сказал Мейер.

– Не важно, – отрезала девушка и стерла слово на листке, который отпечатала, и подула на бумагу.

– Вы бы лучше употребляли белую замазку, – посоветовал Мейер. – От ластика машинка заедает.

– Замазка слишком долго сохнет, – возразила девушка.

– Мы из полиции. – Карелла показал ей свой значок. – Вы передадите мистеру Картеру, что детективы Мейер и Карелла хотели бы с ним повидаться?

– Почему же вы сразу не сказали? – воскликнула девушка и тотчас сняла трубку. Ожидая соединения, она наклонилась над столом, чтобы повнимательнее рассмотреть значок. – Мистер Картер, – сказала она, – тут пришли детективы Мейер и Каналья.
– Она помолчала. – Да, сэр, – сказала она. Она положила трубку. – Можете пройти, – пригласила она.

– Моя фамилия – Карелла, – сказал Карелла.

– А я как сказала? – спросила девушка.

– Каналья.

Девушка пожала плечами.

Они открыли

дверь в контору Картера. Он сидел за огромным столом, замусоренным тем, что – по мнению Кареллы – было сценариями. Три стены конторы были заклеены плакатами, которые рекламировали представления, предшествовавшие «Жирной заднице», – Карелла не узнал ни одного. Четвертая стена представляла из себя широкое окно, сквозь которое струился утренний солнечный свет. Когда они вошли, Картер встал, указал им на диван перед письменным столом и сказал:

– Садитесь, пожалуйста!

Детективы сели. Карелла тотчас перешел к главному.

– Мистер Картер, – спросил он, – что такое «лед»?

– Лед?

– Да, сэр.

Картер улыбнулся.

– Когда вода замерзает, она превращается в лед, – сказал он. – Это ребус?

– Нет, это не ребус, – сказал Карелла. – Итак, вы не знаете, что такое «лед»?

– Ах, вы говорите про «лед»? – сказал Картер.

– Да.

– Театральный «лед», вы это имеете в виду?

– Театральный «лед», – кивнул Карелла.

– Ну конечно, я знаю, что такое «лед».

– И мы тоже знаем, – сказал Карелла. – Давайте убедимся, что мы правильно поняли другу друга.

– Мне очень жаль, но...

– Доверьтесь нам, мистер Картер, – сказал Карелла.

– Но у меня назначена встреча на десять.

– Осталось еще десять минут. – Мейер взглянул на стенные часы.

– Мы постараемся побыстрее, – сказал Карелла. – Вначале будем говорить мы,а потом – вы,хорошо?

– Ну, я не знаю на самом деле, о чем...

– О том, как мы понимаем этот вопрос, – сказал Карелла. – Мы знаем, что «лед», или навар на билетах, – обычная практика в театре...

– Только не в моемтеатре, – сказал Картер.

– Как бы то ни было, – сказал Карелла и продолжал, словно бы его никто не прерывал: – Обыкновенная практика, дающая примерно двадцать миллионов долларов в год наличными, которые не облагаются налогами и не подотчетны инвесторам шоу.

– Ну, это завышенная цифра, – развел руками Картер.

– Я говорю в масштабах города, – сказал Карелла.

– Все равно это слишком высокая цифра. «Лед» не возникает, если только шоу не стало особенной удачей.

– Как «Жирная задница», – уточнил Карелла.

– Я полагаю, вы не хотите намекнуть, что кто-нибудь в «Жирной заднице»...

– Пожалуйста, выслушайте меня и скажите, правильно ли я понял, – сказал Карелла.

– Я уверен, что вы правильно поняли, – сказал Картер. – Вы не похожи на того, кто может явиться без подготовки.

– Я просто хочу убедиться, что я все правильно понял.

– Угу, – кивнул Картер со скептическим видом.

– Итак, мне удалось составить впечатление, – Карелла сложил ладони перед грудью, – что очень многим в шоу-бизнесе удалось разбогатеть на «льду».