Лед
Шрифт:
Медведь прыгнул через хребет. Касси со смехом вцепилась в его мех и сжала бедра вокруг его туловища, чтобы не упасть. До чего ей это нравилось! Почему им раньше не пришло в голову так сделать?
Она прищурилась на темную белизну. Где-то вдали, далеко-далеко, крутилось северное сияние, искрясь зелеными и белыми вспышками. Если верить эскимосской легенде, полярные огни были танцующими душами умерших. Интересно, подумала Касси, а не туда ли отправляются потерянные души — те самые, которых упустили мунаксари, те самые, которых они должны были передать
Первый путь должен был отвести их через Ланкастер в Гудзон, а потом дальше, на восток к Девисову проливу. Когда они вышли к проливу Ланкастер, Медведь крикнул, что чувствует зов. Касси вцепилась покрепче, и он огромными прыжками поскакал через горные хребты, с хрустом приземляясь на ледяные пластины.
Медведь остановился без предупреждения, и Касси влетела в его шею.
— Держись, — сказал он ей. — На первый раз мы спешить не будем.
Схватившись за мех на его загривке, Касси открыла было рот, чтобы спросить, что он имеет в виду.
Он вошел в сугроб.
Снег вокруг них растаял, точно мираж, проскользнул сквозь их тела, и Касси вздрогнула. Через несколько секунд она ощутила на лице дуновение теплого воздуха. Половина ее тела находилась в медвежьей берлоге; другая половина была замурована в плотно спрессованный снег. Она слышала, как медведица тяжело дышит в темноте. Никогда еще ей не случалось быть так близко к рожающей самке, тем более в дикой природе. Да и до нее вряд ли кто-то это испытывал. До чего удивительно. Просто невероятно.
Это была магия мунаксари. Именно поэтому он и обладал этой силой: приходить к медведям, когда они рождались или умирали. Все волшебство происходило лишь для того, чтобы случались такие моменты.
— Настало время. Появляется, — прошептал Медведь.
— Я не вижу, — ответила она, тоже шепотом.
Но внезапно она точно прозрела. Появилась белизна: мех и лед. Видимо, Медведь поменял ей зрение. Он поменял ее тело — так же, как и когда не давал ей замерзнуть в снегах.
Медведь сделал шаг вперед и положил морду на живот медведицы. Касси тоже извернулась, чтобы быть поближе.
— У тебя есть душа? — прошептала она.
— Смотри.
Медведь открыл пасть, и оттуда каплей воды выпала тень. Она исчезла в огромных курганах меха. Касси затаила дыхание. Нечто крохотное и мокрое (детеныш!) выскользнуло, извиваясь, из материнской утробы. Медведь сказал мягко:
— И вот так мы делаем детенышей.
— Это… это чудо. — Другого слова у нее не
Малыш мяукнул. Он вслепую карабкался по маминому меху, а та облизывала его, и ее язык накрывал младенца целиком.
Медведь молча отступил назад. Они скользнули через плотный снег. Касси почувствовала, будто ее сейчас расплющит, и попыталась сохранять спокойствие. Медведь никогда бы не причинил мне вреда, сказала она себе. Оказавшись на воздухе, девушка шумно втянула воздух. Она вся тряслась.
— Все хорошо? — спросил Медведь.
— Мне понравилось видеть в темноте, — ответила она. — А вот ходить сквозь стены — это ужасно.
Она еще раз глубоко вдохнула, чтобы сердце перестало так быстро колотиться.
Трясущимися руками она достала навигатор: широта 63o 46' 05'' N, долгота 80o 09' 32'' W. Она отметила это в блокноте и засунула карандаш, бумагу и прибор обратно под верхние слои одежды.
— Теперь нам надо направляться к городу Черчилл. К западу от Гудзона ждут две медведицы, им уже давно пора родить.
— Как прикажете, о Блистательный Лидер.
Она фыркнула:
— Миленько.
Той ночью Касси спросила, лежа рядом с Медведем:
— Ты спишь?
— Только не пинайся, — пробормотал он в подушку.
Она улыбнулась и протянула в темноте руку, чтобы потрогать его за плечо.
— У нас получится, — сказала она. — Тот медвежонок это доказал.
Ее место было здесь. Она была не просто женой Медведя. У нее было тут будущее.
— Да, — отозвался он, и Касси почувствовала, как он зашевелился. Наверно, повернулся к ней лицом.
— Мы теперь команда, — продолжила она.
— Да.
Она снова протянула руку и коснулась пальцами гладкой щеки. Интересно, а как он выглядит при свете? Это, конечно, не важно. Он был ее Медведем. Касси подвинулась ближе.
Он застыл, будто полярный медведь у полыньи, но она остро ощущала, сколько в нем сейчас человеческого. Она почувствовала, что он ждет. Он ничего не говорил. Касси приподняла голову и поцеловала его в темноте. Не двигаясь, словно боясь спугнуть ее, он ответил на поцелуй — мягко, нежно.
Тринадцать
Широта 83o 35' 43'' N
Долгота 123o 29' 10'' Е
Высота 4 футов
СВЕТ ВОЗВРАЩАЛСЯ в Южную Арктику, и Касси с Медведем стали все больше времени проводить на льду. Каждый день они патрулировали сугробы Аляски, Канады, Сибири, Гренландии и Норвегии под сине-фиолетово-розовым небом. Каждый вечер под пристальными взглядами резных животных со стен Касси уточняла данные на картах и разрабатывала маршрут на следующий день. И каждую ночь в темноте она целовала супруга, пока не засыпала, свернувшись клубочком в его объятиях. Никогда еще она не была так счастлива.