Лед

Дерст Сара Бет

Так же невозможно, как говорящие медведи. Так же невозможно, как бежать со скоростью в несколько сот километров в час. Так же невозможно, как то, что она выжила. Так же невозможно, как родить ребенка. Касси обняла свой живот и продолжила:

— Ты когда-нибудь слышал про замок, что находится к востоку от солнца и к западу от луны?

Он пожал плечами:

— Если эта область кому-то и принадлежит, то мне. Я отвечаю за всякую глушь.

Ого. Неужели ей наконец улыбнулась удача? Касси хотелось

петь.

— Но она не сможет стать ничьей, пока там не родится или не умрет человек. — Он оглядел деревья. — Если подумать, то здесь-то я тоже впервые. Очень милое местечко.

— М-м-м, — уклончиво промычала она. Будь ее воля, она больше и на пушечный выстрел к деревьям не подойдет. — То есть ты не можешь пойти в место, что к востоку от солнца?

Да, это было бы уже слишком хорошо. Одно то, что она осталась жива, — уже счастье. Да и какая разница, что он не сможет добраться до замка троллей. Ее дедушка сможет. Мунаксари помог ей встать. Девушка отряхнулась. Вид у нее был, как после аварии на железной дороге, но она чувствовала такой прилив сил, что могла бы устроить марафон по горам.

— Ты знаешь Северный Ветер? — спросила она.

— Это его души, что ли?

— Знаешь или нет? — продолжала она допытываться.

— Мы знакомы лишь мельком.

Он нахмурился, недовольный сменой темы.

— А если я на гору заберусь, он меня услышит?

— Ты сказала, двадцать пять тысяч душ.

Касси сделала глубокий вдох и протараторила:

— Возьми меня на гору, и я скажу, у какого вида пропал мунаксари. — Она знала, что просила о многом. Он ведь уже спас ей жизнь.

Он нахмурился:

— Ты хочешь меня надуть.

Касси энергично замотала головой:

— Обещаю, что скажу тебе на горе.

— Ты уже обещала.

Она подняла взгляд: в ветвях собралась целая толпа белок. А не шпионы ли это?

— Я научилась не давать мунаксари опрометчивых обещаний. Это ты предположил, чтобы я рассказала тебе.

— Ты разрушишь мою репутацию.

— Нет у тебя никакой репутации. Никто не знает о существовании мунаксари.

Он неуверенно переступил с ноги на ногу.

— Но другие мунаксари… Пойдут сплетни. Большинство из них не стали бы тебя спасать, но мне нужны эти души… Ненавижу, когда ничем не могу помочь при рождении.

Касси вспомнила, как Медведь переживал из-за мертворожденных детенышей, и поняла, что выбрала лучшую приманку для мунаксари.

— А подумай, что станет с твоей репутацией, если другие мунаксари узнают, что ты спас меня просто так? Не разузнав про души, — сказала она.

Словно подчеркивая ее слова, зашуршала оранжево-золотистая листва. Стройная фигура из веточек и листьев промелькнула среди ветвей. Человеческий мунаксари взглянул на мунаксари березового. У Касси сердце заколотилось в горле. Она быстро добавила:

— Но

на твоем месте я бы из-за этого не переживала. Об этом знаем только я, ты и все бореальные леса Северной Америки.

— Но это же шантаж.

— Ну да, вроде того, — беззаботно сказала Касси. — Так тебе нужны эти души или нет?

Пожалуйста, скажи да.

Он рассмеялся и вытянул руку:

— Ну ты и штучка! Должен предупредить: я быстро бегаю.

Касси взяла его за руку; сердце у нее пело от восторга.

— Уж поверь, я справлюсь.

Поднявшись на зажившие ноги, она отошла от берега. Камни были все в ее крови.

Вокруг неумолчно трещали белки. Она увидела, что за плечом мунаксари деревья встают теснее. Кора их сливалась в сплошную стену. Ей надо бежать, прямо сейчас. Человеческий мунаксари обернулся через плечо, и Касси налегла на его руку, чтобы отвлечь. Она увидела какое-то мельтешение между елями и сказала:

— Ну же. Удиви меня.

Сверкнув на нее улыбкой, мунаксари бросился в чащу. Ветви ломались одна за другой, стоял треск, как от фейерверков.

— Ну что, ты удивлена?

За их спиной двигались деревья.

— Еще нет, — ответила Касси.

Он побежал быстрее. Ели мелькали совсем близко. Ветка хлестнула Касси по лодыжке, и девушка вскрикнула. Но Мунаксари держал ее за руку, и рана тут же зажила.

— Доверься мне! — сказал он.

— Постарайся, чтобы у меня остались все конечности!

Маневрируя, как реактивный истребитель, он несся через лес. В ушах свистел ветер. Интересно, подумала Касси, а что происходит, когда мунаксари достигает скорости звука? Сейчас самое время проверить.

— Быстрее! — сказала она.

Теперь она не различала деревьев. Мимо нее проносились темные тени. Листва ливнем опадала за их спинами. И лишь тогда, на этой невозможной, чрезвычайно опасной скорости, она почувствовала себя спокойно.

Он остановился так внезапно, что Касси чуть не упала на каменистый склон. Однако мунаксари удержал ее, и она увидела впереди возвышающиеся горы.

— У тебя получилось! — прошептала она.

Она была в горах, так высоко, что тут уже не росли деревья. Ей хотелось танцевать. Свобода, свобода от леса!

— Двадцать пять тысяч, — напомнил ей мунаксари.

— Я ничего не гарантирую насчет их мунаксари. Он еще может вернуться.

Надо было прояснить этот момент. Касси не хотелось, чтобы человек, спасший ей жизнь, оказался в дураках, когда вернется Медведь. Она была перед ним в огромном долгу.

Он поспешно кивнул:

— Рассказывай.

— Полярные медведи, — сказала она.

— Арктика входит в мою область! — Он повернулся к северу, словно гончая, готовая к погоне. — Ты уверена?