Леди-киллер
Шрифт:
— Я очень люблю тебя, Уилли! — тихо произнес Келли. — Надеюсь, ты знаешь об этом? — Уилли понял, что хотел сказать его старый товарищ. Сколько тяжелого пришлось им вынести в жизни, по которой они шли рука об руку!
Но он обратил все в шутку:
— Я, Пэт, никогда не считал тебя любителем лезть в штаны мужикам!
— Ох, Уилли, только ты можешь такое придумать! — Патрик кисло рассмеялся.
— Выпей-ка лучше, Пэт, крепкого кофе: это успокаивает нервы!
— Хорошо. Только плесни туда бренди, идет?
Уилли
— Я полностью переделяю твои чувства!
— Не переделяю, а «разделяю», Уилли!
— Ой, Пэт, не все ли равно? Ты же понял меня!
Келли мысленно улыбнулся. Кэйт права: Уилли — прекрасный друг! Иногда Келли даже казалось, что он его единственный друг.
Стоило Патрику вспомнить о Кэйт, и внизу резко затормозила ее машина.
Увидев в окно ее раздраженное лицо, Патрик все понял и приготовился к неминуемой расправе. Когда-то один из клиентов его учил: «Отрицай, отрицай и еще раз отрицай!» Что ж, придется ему воспользоваться этим советом.
Отстранив Уилли, Кэйт прошла в прихожую.
— Где он?
Пораженный Уилли только и смог жестом указать на библиотеку. Ворвавшись в комнату, Кэйт увидела, что Патрик спокойно сидит за столом и покуривает.
— Привет, Кэйт! — Он поднялся ей навстречу, широко улыбаясь.
— Пошел к черту со своими «приветами»! Из-за тебя я только что вступила в третью мировую войну с Фредериком Флауэрсом! Я вывела тебя, Патрик Келли, на чистую воду!
— О чем это ты?
— А ты не понимаешь? Что ж, позволь тогда объяснить! Вчера тебе звонили из Штатов. А в Штатах, точнее, во Флориде, сейчас находится Джордж Маркхэм, тот самый убийца, которого мы ищем, «Потрошитель из Грэнтли».
— Ну и что? — взорвался Патрик. — Я-то тут при чем?
Кэйт подошла к нему вплотную.
— Разве не ты клялся достать его хоть из-под земли?!
— И ты способна осуждать меня за это? Скажи, способна, да? А если б такое случилось с твоей Лиззи?! И вообще, Кэйт, оставим это! У меня множество деловых связей и в Америке, и в Европе. А ты примчалась сюда из-за какого-то проклятого телефонного звонка и наезжаешь на меня, как полиция на протестантов, когда читает им закон о беспорядках!
— Знаешь, ты такой же, как Дэн. Считаешь нападение лучшим видом обороны. Ну что ж, Пэт, если с Джорджем Маркхэмом что-то случится, я обращусь к прессе! Это я тебе обещаю! И подниму шум на весь мир!
Он с печальным видом покачал головой:
— Не понимаю, Кэйт, о чем ты! — Его мягкий тон никак не вязался с жестким выражением глаз.
— Ты отвратителен мне, понимаешь?! И что только я в тебе нашла?! Может, пожалела тебя, когда с Мэнди случилось несчастье! Но сейчас при одной мысли о том, что ты ко мне прикасался, я испытываю отвращение!
Кэйт говорила сквозь зубы, и ее лихорадочная горячность буквально сразила Патрика.
— Я думаю, Кэйт, тебе лучше уйти! А то
— Не беспокойся, я ухожу! От одного твоего вида меня тошнит! Но помни, Пэт, я не собираюсь молчать, если узнаю, что Маркхэм мертв! Так и передай Флауэрсу, и всем остальным! Я дойду до комиссии по расследованию и до Верховного суда. А понадобится — и до чертовой королевы!
На столе резко зазвонил телефон. Какую-то секунду Патрик смотрел на него, потом снял трубку и услышал на другом конце провода голос О’Грэнди.
— Подожди, пожалуйста! — Патрик прикрыл трубку рукой и посмотрел в глаза Кэйт. — Полагаю, тебе лучше убраться, пока я не вышвырнул тебя вон!
Кэйт смерила его взглядом и, хлопнув дверью, вышла из комнаты.
— Прошу прощения, — продолжил телефонный разговор Патрик. — Что там, каков счет?
Он смотрел из окна, как Кэйт уезжает, и ему казалось, что она увозит с собой какую-то очень важную часть его жизни.
— Подожди до утра. Я тебе сообщу, как только все будет сделано.
— А сегодня нельзя?
— Нельзя, Пэт! Потерпи до завтра! И не тревожься! Работает профессионал, который должен все подготовить. За это ты и платишь!
— Ладно, потерплю до завтра!
Он положил трубку. Вошел Уилли с кофейным подносом.
— Завтра, Уилли, с подонком будет покончено.
Уилли кивнул и налил Патрику кофе, добавив в чашку изрядную порцию бренди. Потом, вздохнув, произнес:
— Насколько я могу понять, ты больше не увидишь Кэйт?
Когда Кэйт вернулась, в доме было тихо. Даже слишком тихо! Она прошла на кухню, заварила себе чай и, как была, не снимая куртки, стала его пить. В голове из-за событий последних часов царил хаос. Все вдруг пошло под откос!
С Патриком она порвала, неизвестно, что будет с работой, все, во что она верила, грубо растоптано! Положив руки на стол, Кэйт расплакалась.
Значит, прошлую ночь она провела с убийцей! — Не все ли равно — убить самому или заплатить за убийство. Патрик решил отомстить за дочь единственным известным ему способом. Для него не существует полутонов — только белое и черное! «Ты разрушил мое — я разрушу твое!»
Но мировоззрение Келли шло вразрез с ее профессиональной этикой и представлениями о добре и зле. Патрик Келли все еще живет по старым законам: око за око, зуб за зуб! Но так не может быть вечно. Не должно быть. Иначе все, чему она учила собственную дочь, все, ради чего жила и работала, пойдет насмарку.
И все-таки душу терзало сомнение: а вдруг Келли прав?! Как поступила бы она на его месте? Неужели смирилась бы с тем, что убийца жив, хоть и в тюрьме, а дочь погибла? Кэйт где-то читала, что на похоронах матери Миры Хиндли какая-то женщина всячески поносила усопшую. Как потом выяснилось, дочь этой женщины в свое время стала жертвой Миры Хиндли.