Леди-киллер
Шрифт:
Кэйт сама мать и способна понять всю силу ненависти Патрика к убийце его дочери.
Но убийство за убийство?!
Она слизнула скопившиеся в уголках рта слезинки.
Флауэрс, конечно, не преминул воспользоваться ее связью с Патриком Келли и отстранил ее от расследования. Плевать ему на все ее вопли о комиссии и о Верховном суде. Она понимает, что проиграла. Можно, конечно, обратиться к газетчикам. Они пошумят несколько дней, и все! При этом Патрик будет выглядеть настоящим героем, мстителем, пострадавшим из-за отвергнутой любовницы. Кто же осудит его?
И
Глава 31
Эдит испытывала какую-то смутную тревогу. Странная реакция Джорджа на Натали не давала ей покоя. Но что она вообразила! Джордж близкий ей человек и должен относиться к ее дочери, как к своей собственной!
Эдит передернула плечами. Он, видимо, устал, вот и все! Перелет, радостное волнение перед встречей — все это не прошло бесследно.
Во время ленча Джордж уже выглядел спокойнее. Но почему он не сводит глаз с Натали? Она с трудом оторвала взгляд от брата и стала прислушиваться к тому, что говорил Джосс.
Скорее всего, думала Эдит, Джорджа неприятно поразило сходство Натали с Нэнси. Ей и самой долгие годы было нелегко отделаться от неприязни, которую сейчас испытал Джордж, и она способна была его понять. Но ведь Натали, не считая внешности, являла собой полную противоположность их матери. Рассудительная и добрая, она имела много друзей, настоящих друзей, готовых доказать ей свою преданность. В общем, она была прелестным созданием и, по ее собственному признанию, все еще сохраняла девственность.
Нет, пороки бабушки Натали не унаследовала и вела жизнь чистую и честную. За нее не приходилось тревожиться!
Натали между тем, ничего не подозревая, внимательно слушала рассказ отца, очередную историю о гольфе, длинную и нудную. Натали была прекрасной дочерью, всегда к месту смеялась, и за одно это Джосс ее обожал. А вот Джордж и Эдит не скрывали скуки. И Джосс закруглился, сосредоточившись на бифштексе.
Не замечая, что Эдит наблюдает за ним, Джордж по-прежнему не сводил глаз с Натали.
Каждым движением, каждым жестом Натали напоминала Нэнси, даже манерой откидывать волосы со лба. Плечи, видневшиеся из легкого открытого платья, тоже были как у бабушки, слишком хрупкие в сравнении с пышной грудью.
Джордж с такой яростью принялся за бифштекс, что нож заскрежетал по тарелке, заставив всех вздрогнуть.
— Как долго вы намерены пробыть у нас, дядя Джордж? — спросил Джосс-младший, не потому, что его это интересовало, а просто из вежливости.
— Думаю, пару недель. Если мне тут понравится, я, может быть, продам дом и перееду сюда: в Англии меня уже ничто не держит.
Сердце Эдит защемило от жалости. Бедняга! Неудивительно, что он держится как-то странно! Нелегко пережить уход жены.
— Джордж, живи здесь, сколько захочешь, пока не подыщем жилье, мы только будем рады.
Джордж благодарно улыбнулся Эдит, а Джосс-старший стал усиленно жевать бифштекс…
Брат
Странные какие-то родичи у Эдит. Все до единого! У мамаши давно крыша поехала, а дети ну точь-в-точь перепуганные мыши. Старший сын, Джозеф, больше похож на любовника матери, чем на сына. Из отдельных замечаний и намеков Эдит за все эти годы Джосс понял, что росли они в ужасной обстановке. Сам он хорошо помнил, как пришел к Нэнси Маркхэм и объявил о своем намерении жениться на Эдит. С какой же злобой она стала рассказывать ему о незаконнорожденном ребенке, произведенном на свет ее дочерью! Это потрясло Джосса до глубины души!
Да, крыша у этой Нэнси несомненно поехала! Неудивительно, что и дети с приветом! Все, кроме Эдит. Она была самой замечательной девушкой из всех, кого он встречал в своей жизни, и хотя он изменял ей с каждой встречной и поперечной, Эдит любил до сих пор! Как в те далекие времена, когда женился на этой славной девчонке. Одно было плохо: Эдит не любила секс, даже поцелуи ее тяготили. И скрыть это от мужа она не могла. Как ни старалась. Не так уж трудно определить, хотят тебя или не хотят. Но женой и матерью Эдит была замечательной. А это важнее всего.
Натали тоже поглядывала на Джорджа и все время ему улыбалась. Она столько слышала о своем дяде Джордже! Из всех родственников матери он был ей самым близким… Знала Натали и о том, что бабушка еще жива. Время от времени от нее приходили письма, и всякий раз после этого у мамы на несколько недель портилось настроение.
Своими зеленовато-голубыми глазами Натали оглядела столовую. Она любила, когда вся семья была в сборе. Вот найдет подходящего человека, выйдет замуж и непременно заведет себе такой же в точности дом, чтобы в нем всегда звенел смех и было много детей! Она улыбнулась своим мыслям.
А пока у нее есть ее работа и ее собаки. Это Натали дала клички доберманам. Она прочла «Ад» Данте, поэма произвела на нее сильное впечатление, и теперь она считала доберманов псами дьявола. Но все равно она их любила, она вообще любила животных.
Натали так походила на Нэнси, особенно когда улыбалась, что Джордж в конце концов впал в какое-то странное состояние: реальность исчезала, он словно парил в пустоте. Окружающие предметы расплывались, будто в тумане. Перед глазами, сталкиваясь друг с другом, мелькали видения прошлого. То он видел Джералдин О’Лири с ее дивными длинными волосами, то Мэнди Келли, то Илэйн. А между ними — Натали. Он едва сдерживался, чтобы не воткнуть ей в глотку нож, которым резал бифштекс. Пусть хлынет из раны кровь, только бы не слышать, как мать говорит: «А кто у нас Джорджи, маленький мамочкин солдатик, а?»