Леди-киллер

Коул Мартина

Патрик допил кофе, поставил чашку на стол и сказал:

— Вот что, Фредди, за весь этот треп я не дал бы и обезьяньих яиц! Надо сделать то, что я предлагаю. Расходы беру на себя! Так что заткнись, будь любезен, хоть на пять минут и выслушай меня! Ладно?

В глазах Келли появился металлический блеск, и Флауэрс кожей ощутил исходившую от этого человека силу.

Не торопясь, очень уверенно Патрик Келли принялся излагать свой план, и через пять минут нагнал на Флауэрса такого страху, что этот страх, казалось, можно было попробовать на вкус. И только через пятнадцать

минут Флауэрс наконец стал понимать суть дела и несколько успокоился. А через два часа, перед самым уходом Патрика, они достигли вполне приемлемого для обоих соглашения.

— Ко мне тут вчера заходил некто, — Флауэрс сделал небольшую паузу, чтобы выделить имя, — некто Дэниел Барроуз. Жаловался, что ваша милость путается с его бывшей женой, просил в это дело вмешаться.

После такого заявления Флауэрс полностью расслабился: наконец-то он достал Патрика Келли!

Патрик ничего не сказал, только глаза его недобро сверкнули, и после нескольких секунд молчания, показавшихся Флауэрсу вечностью, он вышел из кабинета. А четверть часа спустя и сам Флауэрс покинул свое рабочее место.

Патрик Келли вернулся домой только во второй половине дня и сразу сел к телефону. К восьми вечера он уже успел переговорить с заместителем начальника управления полиции, с двумя ответственными членами кабинета министров и другими нужными людьми. В семь пятнадцать он позвонил Флауэрсу и рассказал о результатах переговоров.

На следующий день Кэйт и Кэйтлина вызвали к Рэтчету. К немалому удивлению Кэйт, там оказался и старший констебль.

— Как мне стало известно, — заговорил старший констебль, когда все сели, — вы считаете, что на данный момент единственная улика убийцы — его генетический код, и поэтому следует взять на анализ кровь всех без исключения мужчин, проживающих в этом районе в возрасте от четырнадцати до семидесяти лет. Именно это вы предлагаете, да?

Кэйт обвела взглядом сидевших перед нею мужчин.

— Я предлагаю именно это. Пусть даже мы выйдем на убийцу не сразу, зато выведем из-под подозрения многих людей.

— Но убийца не настолько глуп, чтобы дать свою кровь на анализ, а?

Кэйт пожала плечами:

— Возможно, вы правы, сэр. Но все равно, круг подозреваемых сузится, и с оставшимися можно будет работать на основе юридически подтвержденных доказательств об их непричастности к преступлениям, что позволит…

— Хорошо-хорошо, общая картина ясна, нетерпеливо остановил ее Флауэрс.

Наступило молчание. Кэйт заметила, как Рэтчет и Кэйтлин переглянулись. Что происходит? Кэйт была в недоумении.

Флауэрс вытащил из кармана носовой платок размером чуть ли не с полотенце и громко высморкался, устроив из этого настоящее действо. Тянет время, подумала Кэйт.

— Ну ладно, Рэтчет, введите всех в курс дела, а мне пора возвращаться. — С этими словами Флауэрс направился к двери. Кэйт проводила его изумленным взглядом.

— Что, черт побери, происходит?

Рэтчет улыбнулся:

— Ты добилась своего, Кэйт. Решено произвести анализы крови и слюны.

Кэйт, ошарашенная,

откинулась в кресле.

— Бог ты мой!

Кэйтлин засмеялся:

— Все решено, Кэйти! Впервые после свадьбы собственной дочери вижу, чтобы какое-нибудь дело решалось с такой быстротой: в понедельник, двенадцатого февраля, уже начнут брать анализы!

Кэйт повернулась к Кэйтлину:

— А вам-то это откуда стало известно? И почему старший констебль в таком дурном расположении духа? Что все-таки происходит?

Ответил Рэтчет:

— Ничего особенного. Просто вашу идею, Кэйт, довели до сведения высоких чинов, и она им понравилась. Старший констебль — противник больших затрат, но убийцу нужно найти! Общественное мнение взбудоражено, требует от полиции действий, и правительство решило выделить соответствующие фонды. Постарайтесь наилучшим образом их использовать, и поскорее, а то, чего доброго, дадут делу задний ход!

— Но как получилось, что я ничего не знала об этом решении?

— Как получилось? Просто проблему сперва обсуждали на более высоком уровне. Вы удовлетворены?

Тон, которым произнес это Рэтчет, не очень-то порадовал Кэйт. Хорошо, конечно, что приступят к анализам, но кто все-таки это организовал? Рэтчет дал ей понять, что вопросов задавать не следует, и она перешла прямо к делу:

— Итак, сколько у нас передвижных лабораторий? Надо направить их во все крупные фирмы. Вряд ли кто-нибудь из сотрудников станет уклоняться от анализа, ставя себя тем самым в неловкое положение перед коллегами. Таким образом, шансы на поимку убийцы возрастают.

— Давайте по порядку. Передвижных лабораторий у нас всего восемь. И свои усилия мы первым делом сконцентрируем на крупных предприятиях и фирмах. Значит, завод Форда и фабрика электронного оборудования, производящая стартеры. Еще одну лабораторию поставим в центре города. Каждому мужчине из той или иной возрастной группы отправим по почте бланк удостоверения, где должно быть отмечено, что он сдал кровь на анализ. Учащиеся колледжей шестого года обучения сдадут анализы организованно, а пенсионеров и безработных пригласим в соответствующий день в одну из лабораторий. Подготовка идет полным ходом. По местному радио и телевидению обо всем этом будет объявлено сегодня же, чтобы ввести людей в курс дела. Ко всем фирмам мы обратимся с просьбой немедленно ставить нас в известность в случае, если кто-либо из сотрудников внезапно заболевает или же берет отпуск. Это поможет нам перекрыть любую лазейку. Непрошедший тестирования автоматически попадает под подозрение, и невиновность его должна быть доказана.

— Ладно, Кэйти, пошли, уже первый час. Выпивка и бутерброды за мной! — Кэйтлин поднялся и подмигнул Рэтчету.

Кэйт тоже поднялась и пристально посмотрела шефу в лицо.

— Благодарю вас, сэр!

Рэтчет улыбнулся:

— Ладно, Кэйт, ступайте на свой ленч! Вам предстоит здорово потрудиться! Каждый шаг теперь будете согласовывать с нами, весь ход расследования. Работа эта, должен вам сказать, долгая, тяжелая, нудная! Надеюсь, вы это понимаете?

— Понимаю.