Леди в маске
Шрифт:
Я тяжело вздохнула и закрыла лицо руками, пытаясь спрятать от младшей сестры пылающие щеки.
– И теперь этот бал… Даже если бы я не заметила, как вы с Эдвардом переглядываетесь, все равно бы поняла, что это была именно ты. Только у тебя хватило бы…
– Бесстыдства?.. – всхлипнула я, чувствуя себя особенно жалкой рядом с шестнадцатилетней сестрой, которая не наделала столько опасных самонадеянных глупостей.
Но Эмме удалось меня удивить еще раз:
– Смелости, Ева. Смелости.
Мне не сразу удалось поверить
– Я даже представить не в состоянии, сколько же смелости должно быть в тебе, что ты вот так можешь бросить все и провести вечер с тем, кого любишь.
Опустить руки удалось не с первой попытки. Да и улыбка наверняка была вымученной.
– Я была в маске, Эмма. Когда ты в маске, то смелости куда больше.
Сестра всплеснула руками.
– Я бы и в маске никогда не смогла решиться, Ева! А ты… Ты ведь его так любишь – и все равно готова была отдать его другой! Как?.. Тебе ведь должно быть больно! Постоянно! Каждую минуту!
Больно. Да, мне было больно постоянно. Но притерпелась, смирилась…
– Если тебе – то я смогу это пережить, – тихо ответила я.
Брат наблюдал за нашим с младшей разговором молча. Он, судя по всему, намеревался дать нам все решить самим, без его участия.
– Вот только я не готова принять такую жертву от тебя! – возмутилась сестра. – Для меня Мануэль Де Ла Серта был всего лишь прихотью, не более! Неужели ты думаешь, будто я настолько… настолько глупа, настолько себялюбива, чтоб забрать у тебя любовь только из-за сиюминутного каприза?!
Нет, так я о сестре, разумеется, даже подумать не могла, но все же глупо было рассчитывать на понимание младшей в этом вопросе. Откуда мне было знать?..
– Эмма… Эмма, он все равно не любит меня. И никогда не полюбит, – принялась увещевать я сестру. – Твоя жертва бессмысленна. И я несколько не обижусь, если ты отдашь предпочтение именно этому человеку.
Эдвард тихо вздохнул, давая понять, что считает мое самопожертвование редкостной глупостью.
– Я люблю тебя, Ева. Очень сильно люблю. А Де Ла Серта меня всего лишь… забавлял. Мое сердце осталось при мне. И пусть даже ты права, но я не стану той, кто отнимет у тебя возлюбленного. И можешь даже не уговаривать.
Под конец сестра совершенно по-детски топнула ногой, разом разбив образ взрослой разумной женщины, который она демонстрировала до того. Но произнесенное так и осталось произнесенным. Моя младшая сестра не пожелала принимать ухаживания от молодого человека лишь потому, что я была влюблена в него.
Я подошла и крепко обняла младшую.
– Спасибо. Но я все равно считаю, что ты делаешь глупость, дорогая, – пробормотала я, уткнувшись ей в макушку.
Эмма тихо фыркнула и обняла в ответ.
– Он такой дурак, этот Де Ла Серта, моя дорогая. Просто круглый дурак.
Не так давно и Эдвард говорил мне то же самое. Удивительно единодушие, следует признать. Мои близкие всегда оценивают меня высоко. Быть
– Он не дурак. Просто такова судьба, – ответила я, уже не пытаясь скрывать грусти, которую испытывала. – Не стоит плохо относиться к Мануэлю Де Ла Серта дурно только потому, что он не полюбил меня. То, что ты отдал кому-то сердце, вовсе не означает, что на чувства ответят взаимностью.
Наверное, этой фразой я разбила все девичьи иллюзии сестры, но она приняла как данность, что бывает и так, и не стала оспаривать моих слов.
– Ну и все равно. Но я в любом случае не хочу делать тебе больно. Ты моя дорогая, любимая сестра. Ты стоишь всех мужчин в мире!
Хотелось бы мне в этом верить. И мне хотелось верить, что я действительно заслуживаю такой жертвы. Ведь пусть даже сейчас Эмма и не влюблена в Мануэля Де Ла Серта, это вовсе не означает, что она никогда бы не смогла его полюбить…
Однако младшая оставалась непреклонна и не желала причинять даже малейшую боль мне.
– Как бы то ни было… Жаль, что мы теперь лишены крючка, на который легко и просто было поймать Де Ла Серта… Вряд ли они станут снова такими частыми гостями в нашем доме, после того, как Эмма отказала им обоим. Проклятие, в младшей есть и характер, и… шарм. Я заранее с ужасом жду того момента, когда нас будут осаждать толпы женихов.
Я согласилась со словами Второго. Эммой можно было только гордиться. Сестра проявила себя так, как я даже не смела ожидать от нее, показала себя истинной Дарроу. Но удерживать рядом сыновей иберийского посла действительно стало куда сложней, чем прежде.
– Ты все еще их друг… – задумчиво протянула я со вздохом. Новый план в голове вот так запросто не складывался. И все же я была безумно благодарна Эмме, даже несмотря на то, что ее благородство принесло бездну проблем.
– Вы охотитесь вместе, выезжаете к общим знакомым, не так ли?
Эдвард подтвердил, что он с Де Ла Серта действительно связан дружескими узами, которые не считает нужным разрывать, особенно в свете грозящей Мануэлю опасности.
– Нельзя оставлять Мануэля… – убито произнесла я. – Нужно постоянно за ним приглядывать. В идеале за ним должна приглядывать именно я… Но тогда снова пойдут слухи о том, что я влюблена в Де Ла Серта. И снова иберийцы будут избегать меня как прокаженную.
Все прахом… Все теперь пошло прахом… Следовало как можно быстрей исправить ситуацию.
– У нас в запасе осталась Глория, – закинул пробный шар Эдвард с лукавой улыбкою. – Она только обрадуется тому, что Эмма решила не участвовать в охоте. И… и ее не так уж сложно уговорить. К тому же Де Ла Серта явно ей симпатизируют.
Еще бы. Глория Грей редкая красавица, пусть не столь яркая как наша младшая. Вероятно, подобному нельзя обучиться, лишь родиться.
– Стоит попробовать использовать ее. Главное, чтобы Глория нас не выдала.