Леди ведьма
Шрифт:
Разбойники остановились.
— Мы сделали все, как вы приказали, сэр Марис, — подал голос Бор.
— Тем лучше для вас, — сурово отозвался рыцарь. — Вы избавились от королевской темницы, а ваши грабежи и разбои прощены. Смотрите, больше не попадайтесь.
Разбойники все до единого забормотали, отрекаясь от прежней жизни и заверяя в будущей честности, а Бор заявил:
— Позвольте вас заверить, с прошлым покончено!
— Прекрати эти «вы», да «вас»! — рявкнул сэр Марис. — Не можешь сказать «ты» да «тебя», как все Честные
Бор изобразил раскаяние:
— Прошу великодушно простить Мою оплошность, королевский сенешаль.
Сэр Марис пристально посмотрел на него, не упустив прозвучавшего в ответе скрытого смысла: мол, не будь сэр Марис королевским сенешалем. Бар показал бы длинный нос всем претензиям старого рыцаря. Однако сэр Марис был королевским сенешалем и обладал немалым опытом общения с надменными юнцами, включая и принца Алена с лордом Джеффри.
— Что же потребовали от вас юные рыцари? — осведомился он.
— Сдаться на милость леди Корделии в замке Гэллоуглас, — ответил Бор.
Сэр Марис раздраженно вздохнул:
— Вздорная молодежь! Что ж, ничего не поделаешь, счастливого пути! Но не вздумайте шагу с дороги ступить, или мои люди набросятся на вас, как коршуны на воробьев.
Бор поклонился, лицо его не выдавало никаких чувств.
— В точности, как ты велишь, сэр Марис.
Он выпрямился, окликнул свою шайку и повел ее дальше.
v — чего бы ему рассказывать сэру Марису о сопровождающей их армии эльфов? Пусть его рыцари сами убедятся, и желательно самым неприятным для них образом.
С предельной осторожностью он приоткрыл свой разум и прислушался к бормотанию окружающих его мыслей. Да, эльфы по-прежнему здесь, возмущаются Холодным Железом, что вознамерилось составить им компанию. Бор весьма сожалел, что пришлось, едва начав, сдать бой этой парочке, ведь он почти не сомневался, что коренастый рыцарь — не кто иной, как Джеффри Гэллоуглас, и был бы рад померяться «колдовскими силами» с сыном Верховного мага.
Сэр Марис провожал взглядом шайку разбойников, пока те не скрылись из виду. Он ни на йоту не доверял ни Бору, ни его головорезам. К сожалению, они направляются как раз туда, куда не пройти ни ему самому, ни его рыцарям; нельзя же, в самом деле, допустить, чтобы крошка Корделия увидела трофеи своего ухажера в сопровождении вассалов короля. Сэр Марис вздохнул и обернулся на скрип телеги. Так, теперь возчик с его половиной.
— Держите еще флорин в пару к тому, что получили раньше, — сказал он. — Вы справились с ролью?
— Ах, конечно! — отозвалась жена. — Судя по всему, молодые люди поверили каждому слову.
— Будь я проклят! — воскликнул ее супруг. — Я и сам поверил!
Сэр Марис смерил супругов пронзительным взглядом.
— Эти разбойники не причинили вам вреда?
— Нет, — тут же ответила женщина. — Во всяком случае, не более, чем необходимо. Они нас не били, сэр, да и не собирались.
— Куда им, ведь ты со своими рыцарями был поблизости, —
Сэр Марис кивнул.
— Итак, я выполнил свое обещание. Но вы, небось, перепугались?
— Ужасно, сэр, хоть я и знаю их с колыбелей, — женщина содрогнулась. — Они превратились в сущих головорезов. А все воровство, ради которого они подались в леса! Хотя, по правде говоря, я их совсем не боялась, разве что чернявого негодяя, который зовется Бором; он ведь не из нашей деревни.
— Что он натворил? — рявкнул сэр Марис.
— Ничего, — медленно проговорил возчик. — Натворить-то он ничего не натворил.
— Да-да, — подтвердила жена. — Просто выглядит он как-то не так и говорит не по-нашему. Хоть улыбка у него светлая, да в глазах такая бесшабашность, что дрожь пробирает. Однако пожаловаться ни на что не можем.
— Что ж, если он ничего не натворил, то и я с ним ничего не сделаю, — буркнул сэр Марис. — Хотя, будь у меня малейший повод, вздернул бы его с удовольствием.
— По правде сказать, нет никакого повода, — вздохнул возница.
— А прочие? — Сэр Марис уставился на женщину. — Думаешь, их тебе можно было не опасаться?
— Нет, — на лице ее, наконец, заиграла улыбка. — Я ведь знала их еще ребятишками, и все они прекрасно понимают, что, стоит тронуть меня по-настоящему, я пожалуюсь их матерям.
Глава пятая
— Миледи! — Привратник чуть склонился перед вошедшей Корделией. Обычно слуги Гэллоугласов только кивают своим господам, но когда Корделия настолько не в духе, лучше перестраховаться.
— Прими, Ганир, — Корделия швырнула свой плащ, — Очень любезно с твоей стороны. Где мои родители? , — На террасе, миледи.
— Благодарю. — Корделия направилась к лестнице.
Род и Гвен одновременно взглянули на дверь, когда появилась дочь.
— Я не собиралась нарушать… — начала Корделия.
— Конечно, — улыбнулась Гвен. — А мы уж не чаяли увидеть тебя и, поверь, нет для нас большей радости на сегодняшний вечер. Разве не так, муж мой?
— Разумеется, — сказал Род. — Так скоро вернулась?
— Да уж! — воздела руки Корделия. — А что мне оставалось делать? Эта дурачина, которая зовется моим братом, наплела Алену о легендарных героях, что в доказательство своей преданности отправляли поверженных врагов дамам сердца!
— Так мы на пороге нашествия поверченных врагов? — Род пытался сохранять серьезный вид.
— Шайка разбойников! Головорезов! Громил! А я теперь не могу собой распоряжаться и должна встречать здесь эту шваль!
Каких еще ужасных глупостей наделают без присмотра эти два идиота?
Род решил, что она права. На мгновение он даже засомневался, а не нарочно ли Джеффри все это устроил? Но тут же отверг свое предположение: подобная хитрость совершенно несвойственна и слишком тонка для его прямолинейного и порывистого сына.