Ледяные пещеры
Шрифт:
Мы рванулись к нему, ожидая Император знает чего, и столпились возле отверстия туннеля. Сначала казалось, что ничто в нем не отличается от остальных пройденных нами амбулльих ходов. Но потом я проследил луч света, и, когда увидел то, что он освещал, мне пришлось тяжело сглотнуть.
– Это орки, – произнес Юрген, флегматичный, как и всегда, будто сообщал мне, что принес еще чашку чаю.
– Вы полагаете? – встряла Маго с жестоким удовлетворением в голосе. – Не очень-то легко определить без шкур.
Всего тел было шесть, и все мертвы и освежеваны подобно тому амбуллу. Под покрывающим их тонким слоем льда они смотрелись совершенно как анатомические пособия, разложенные для изучения
– Что их убило? – спросила Хейл, бледнея настолько, насколько это была для нее возможно.
В тот момент меня уже не слишком интересовали эти подробности, честное слово. Само их присутствие во весь голос кричало о том, что, по меньшей мере, одна группа орков проникла в туннели перед нами и что неизвестное число этих зверей могло в данный момент чинить разор в глубине наших оборонительных позиций. Не говоря уже о том, что они находились между нами и безопасностью – пускай и хлипкой. Все, что я знал в данном случае, – некроны как-то ответственны за эту чудовищную резню, и какой бы вылезший из гробницы ужас ни убил орков подобным образом, я ни за что не хотел бы встретиться с ним сам. С предваряющим мысль уколом в ладонях я понял, что новый туннель шел почти параллельно проходу некронов, который мы загородили, и ощутил стократ более сильное, чем прежде, желание оказаться как можно дальше отсюда и как можно быстрее.
51
В действительности они интересуются, но не в том ключе, который мы могли бы назвать безопасной медицинской практикой.
– Посмотрите, сэр.
Юрген поднял один из орочьих болтеров с выражением некоторого любопытства на лице. Оружие было разрублено одним движением: светлый металл выдавал место, где лезвие невообразимой остроты разделило оружие напополам вместе с рукой, державшей его, если судить по количеству застывшей на рукоятке крови. Машинально я оглядел рассыпанное вокруг тел снаряжение, стараясь отыскать какую-то зацепку, чтобы понять, в чем состояла цель этого отряда. Было сложно сказать доподлинно, но что-то в оружии, которое они несли с собой, и нескольких не залитых кровью кусках одежды напомнило мне о тех разведчиках, которые подстрелили наш шаттл.
Это было, конечно, логичное заключение, но в своем роде и весьма беспокоящее. Это значило, что против нас, вполне возможно, выступают орки, которые, в отличие от остальных представителей своего вида, натренированы передвигаться скрытно и поджидать в засаде, вместо того чтобы объявлять о своем присутствии громкими воплями и неосторожной пальбой.
– Не следует ли нам проверить, что на том конце туннеля? – спросила Грифен с очевидным нежеланием поступать так, сквозившим в голосе.
Я покачал головой:
– Нет. – Я вычерпал запасы самоконтроля почти до дна, чтобы говорить спокойно и деловито, а не орать во все горло. – Нет ничего важнее, чем доложить о наших находках.
– К тому же, – снова встряла Маго, указывая на изуродованных орков в своей обычной легкомысленной манере, – мне лично это кажется вполне очевидным знаком: «Не влезай – убьет».
– Так давайте последуем этому совету, – сказал я.
Грифен кивнула:
– Я возражать не буду.
– Тихо. – Хейл подвинулась назад в главный туннель и теперь прикрывала нам спину, стоя возле осыпи, под которой мы похоронили вход в гробницу (что благодаря нашему отбившемуся от стаи амбуллу оказалось полнейшей потерей времени). – Я что-то слышу, кажется.
– Можете
– Движение. За оползнем. – Голос Хейл так же был приглушен.
Симла подвинулся вперед, чтобы поддержать ее, гася последний из наших люминаторов и тем самым погружая нас в полную тьму. Я никогда не страдал клаустрофобией, что, вероятнее всего, было результатом проведенного в улье детства, но в тот момент тяжесть темноты вокруг нас казалась просто нестерпимой. Я понял, что, сам себе не отдавая отчета, благодарен Юргену за его знакомый запах, витающий рядом, который заверил меня, что со мной здесь, по крайней мере, один союзник, которому я могу целиком и полностью доверять. Автоматическим движением я вытащил из ножен цепной меч.
Напрягая слух, я старался уловить изменения в окружающих меня звуках, отсеивая шум собственного дыхания и колотящегося сердца. Вначале ничего не было слышно, кроме свиста воздуха в легких моих спутников и едва заметного шуршания их одежды, когда они занимали позиции, готовясь к бою. Потом я услышал, вычленив из легкого эха, то, чего ожидал: звук сапог, хрустящих по инею, и утробные голоса, отрывисто переговаривающиеся на орочьем.
– Дайте им приблизиться, – шепотом передал я и, слыша успокаивающее журчание согласных голосов остального отряда, присел на корточки, чтобы представлять собой как можно более сложную мишень. – Прихватим их, когда они обогнут осыпь.
Это была хорошая стратегия; вероятно, она даже сработала бы, но помешало отсутствие у моих спутников опыта в туннельных боях и в скрытом передвижении в темноте. Я так никогда и не узнал, винить в этом Хейл или Симлу, но, когда они устраивались в укрытии за повалившейся горой щебня, один из них потревожил небольшой осколок.
Я затаил дыхание, когда тот скатился вниз и заскользил по ледяному полу. Приближающиеся шаги замерли, громкое орочье сопение эхом разнеслось в темноте, за ним последовал приглушенный разговор, насколько зеленокожие, конечно, могли приглушать голос. Я выделил одно слово, «луы», [52] которое и раньше достаточно часто слышал, чтобы быть уверенным в его значении и в том, что наша засада раскрыта.
52
Самое близкое к слову «люди» на готическом, что может воспроизвести орочья гортань.
Отблеск оранжевого света теперь, стал заметен за оползнем, мерцающий, будто огонь, и меня охватило нездоровое предчувствие. У одного из приближающихся зеленокожих, видимо, имелся огнемет, и запальный огонек освещал отряду дорогу. Отчетливая картина сожженных Лантом орков совершенно непрошено возникла в моем сознании. Я понял, что обладатель этого оружия должен стать моей первейшей целью; из сотен способов умереть, которые я видел на полях сражений по всей Галактике, сгореть заживо было, кажется, одним из самых неприятных.
– Держитесь подальше, – снова прошептал я, хотя и был уверен, что остальные сделали те же выводы.
Затем я поднял свой лазерный пистолет, наведя его на сужение в проходе, где должны были появиться зеленокожие, и стал ждать.
Но, к моему удивлению, они не бросились слепо вперед, в бой, как я ожидал. Вместо этого в проем пролетело несколько небольших предметов, подпрыгивая на покрытом изморозью полу и скользя в непредсказуемых направлениях.
– Гранаты! – заорал Симла как раз перед, тем, как они разорвались, и буря шрапнели пронеслась по воздуху.