Легенда
Шрифт:
ки в день. Я съедаю десяток, еще и еще… Меня проби-
рает томительная дрожь от этого кисленького вкуса,
даже появилась легкая оскомина. Это витамин «С»,
тот, что есть в яблоках! Когда ешь яблоки, то тоже кис-
ло во рту и оскомина. А то еще бывает виноград —
прохладный, упругий, и в нем желтые зернышки про-
свечивают изнутри.
ЕСТЕСТВЕННЫЕ ЯБЛОКИ
Коробочка с витаминами стоит
меня уже тошнит от них. Я хочу яблок!
У меня есть двадцать девять рублей с заклеенной
трешкой. Одеваюсь и думаю: наверно, я все-таки забо-
лел. Голова гудит, ничего не соображаю. Если бы яб-
лок, таких, какие я летом ел дома, я бы сразу ожил и
выздоровел!
Когда я выздоровею, я напишу в газету заметку под
названием «Автобусиада» : «Гнев, о богиня, воспой пас-
сажира во граде Иркутске…» Но Троянская война —
ничто по сравнению с тем, что творится у нас при по-
садке в автобус. Я стою и чуть не плачу. Я не могу про-
биться. А мне нужно во что бы то ни стало в Иркутск
за яблоками.
Если бы передо мной оказался тот начальник, кото-
рый ведает иркутским транспортом — древнеегипет-
скими трамваями, законопаченными автобусами, кото-
рые ходят через час,— с каким наслаждением я вце-
пился бы ему сейчас в горло! С каким наслаждением
150
я сжал бы горло тем, кто не привозит в разгар лета яб-
лок, кто не может дать нам прачечную, кто задержи-
вает выдачу аванса!
После обеда я все-таки добрался до Иркутска. Би-
лет стоил два рубля; у меня осталось двадцать семь.
Магазины. Лотки. Закусочные. Столовые. Рестора-
ны. Яблок нет. Я выпил стакан газированной воды, и
во мне поднялась целая буря, бросало в жар и пот. Да
полно, яблоки ли мне нужны? Может, это брюшной
тиф? Нет-нет, надо искать!
Мне все казалось, что я увижу где-нибудь на витри-
не яблоки или что-нибудь из фруктов. Вот-вот, кажет-
ся, увижу. Бежал, полз, добегал, жадно шарил глазами
по стойкам — нет, нет!.. Только банки, банки, консер-
вы, консервы…
А в Москве чуть ли не на каждом углу сейчас палат-
ка или лоток с апельсинами, с арбузами, с виногра-
дом и яблоки в соломе, душистые, скрипучие. Не схо-
жу ли я с ума? Это уже какая-то мания. Как далеко
Москва!
Последняя надежда — центральный рынок. Я пони-
мал, что и там нет, но пошел.
Боже ты мой, чего только не продается на белом
свете! Рыба — да такая, что в Москве и не увидишь!
Мясо всех сортов, кедровые орехи, соленые огурцы,
бочки с медом, квашеная капуста и
шум, гам, толкучка, зазывания!
— Толя! Толька! Толька-а!
Не меня ли зовут? Я обернулся… и чуть не ахнул.
В рыбном ряду в брезентовом фартуке, с огромной ры-
биной в мокрых жирных руках стоял за весами…
Гришка-жадюга, попутчик по поезду!
— Гришка! Здравствуй! Ты как здесь очутился?
— Ого-го! Дела! Целое кино. Я вот чем занялся.
Правду говорили, что в Сибири не пропадешь.
151
— Гришка, скорее рассказывай. Ты же на Брат-
скую ехал!
— А ну ее! Приехали мы, понимаешь, в лес, запер-
ли в дебрю — ни кола, ни двора, руби! Поразведали
мы, столковались с местными. «Куда! — говорят.—
Живем, как волки, денег — ни-ни, а что заработаешь,
сам же и прожрешь. Картошки полгода в глаза не ви-
дели». Работают в накомарниках — гнус заедает, хари
распухшие — во! Ну, я на попутную — и сюда, на Ир-
кутскую. Тоже хороша! Я на Байкал. Говорили, на Оль-
хоне рыбаки зашибают. Порыбачил — вижу, не то. Как
кому повезет: иной с тысячами, иной без штанов. Вот
подобрал себе дело: вожу омуль с Ольхона. Там, на бе-
регу, рыбаки по рублю отдают рыбищу, а тут двена-
дцать целковых кило… Уже две тыщи наторговал. Пе-
ревозка вот трудна — ловят. Хочешь омуля, я тебе за
полцены отдам! Жирный, подлец, во-о!
Он поднял за хвост большую рыбу, а меня затошни-
ло от одного ее вида.
— А как же Димка Стрепетов, Васек, Иван Бугай?
— Те, шалопаи, работают. Им что! Ничтожный на-
род. Посмеиваются, говорят: «Нам и тут хорошо».
Лешку чуть не прибили.
— Как?
— На картишках! Я с самого начала понял, что он
за птица. Сел играть в компании, обыграл дружков-то
на полторы тысячи — и драпать. А в лесу куда убе-
жишь? Схватили. Он говорит: «Я пошутил». Ох, и да-
ли ему внушение! Плакал, карты порвал… Да расска-
жи сам — что ты? В Иркутске устроился?
— Я тут на стройке бетонщиком…
— Ну вот, я так и знал! Балда! Я сразу, как при-
ехал, понюхал, смикитил: нет, этот квас не про нас.
Хочешь, бросай грязную работу, я тебя в свое дело вве-
ду? Мне без помощника трудно. Будем на пару возить:
152
безопаснее. Зашибем тысяч по восемь — домой махнем.
Еще и в Москву доставим, там он целковых по два-
дцать кило. Знатная рыба! Экстра!
Я бессильно махнул рукой и быстро, качаясь, по-
шел прочь, не обращая внимания на Гришкины удив-