Легенда
Шрифт:
ленные восклицания: «Что ты? Что ты? Куда ты?»
Задыхаясь, сделал круг по базару, остановился со-
образить: куда я бегу?
И в этот момент прямо перед собой я увидел яблоки.
Впрочем, у меня так шумело в голове, что я мог
принять за яблоки какую-нибудь зеленую репку. Нет.
Под навесом в маленьком ящике лежали крохотные зе-
леные пупырышки, вроде того зеленчака, который вес-
ной ветер сбивает в саду. Высокий симпатичный чело-
век кавказской наружности стоял в переднике за веса-
ми и весело выкрикивал:
—
локи! Белый налив!
Они стоили тридцать рублей килограмм. Я взял
полкило, положил в рот штучку, раздавил зубами —
и почувствовал терпкий, кислый-прекислый вкус,
настоящий яблочный вкус. Знаете ли вы, что это
такое?
Потом я очнулся, сидя под каким-то ларем на до-
сках. Странно, что меня не забрал милиционер.
Я пошел к остановке, и «автобусиада» повторилась.
Дома я был часа через четыре, если не позже. Послед-
ние силы ушли на то, чтобы подняться по ступенькам
в общежитие.
Да, спекулянту оказалось легче доставить зеленчак
в Сибирь с Кавказа, чем некоторым выпускникам тор-
говых техникумов — хм! — с Украины или, скажем,
из Средней Азии. Какая насмешка! Это были послед-
ние четкие мысли у меня в тот день. Ночью «скорая
помощь» забрала меня в больницу.
153
СТРАНИЦА ИЗ БЛОКНОТА. ЧЕРНОВИК
Мама моя родная, здравствуй!
Как ты живешь? Почему ничего не пишешь? Как
твои глаза? Я получил только то первое письмо, в кото-
ром ты столько ахала и охала обо мне.
Не надо! Ради бога, не беспокойся ни о чем! Если
бы ты знала, как здесь хорошо, как я хорошо, удачно
устроился! Ребята в общежитии хорошие, бригада у нас
замечательная, самая передовая на стройке.
В Сибири, оказывается, очень много молока. Мне
оно уже просто надоело: молоко и молоко на каждом
шагу.
Работа у нас хорошая, очень интересная. Я ничуть
не жалею, что приехал сюда. Насчет вещей не беспо-
койся, еще раз подтверждаю: костюм у меня есть, до
зимы далеко, а из первой же получки отложу на
пальто.
Здесь у нас весело: есть клубы, кино, танцы. А если
хочешь, садись в автобус и поезжай в Иркутск — там
есть все, чего твоя душа желает. На рынке можно до-
стать
Кто тебе говорил про мошку и комаров? Я еще,
сколько живу здесь, не видел ни одной мошки, ни од-
ного комара. Это в глухой тайге, а у нас природа и по-
года совсем такие же, как в Подмосковье, абсолютно
никакой разницы, только цветов море и сопки высокие,
непроходимые…
У меня просьба: если случайно увидишь Сашку,
передай ему от меня привет и скажи, что я хотел бы
ему написать, но не знаю адреса их новой квартиры.
Вот пока все.
Береги себя. Не беспокойся обо мне. Никаких денег
не смей одалживать и высылать! Знаешь, сколько тут
бетонщики зарабатывают? До полутора тысяч в месяц!
154
Куда мне девать столько денег? Я решил собрать не-
много и тогда пошлю тебе. Ведь твоя шубка уже совсем
износилась.
До свидания! Крепко, крепко целую.
P.S. Да! Я тут несколько дней приболел немного.
Ты просила говорить правду о своем здоровье, так вот
сообщаю. Но это чепуха, ты не беспокойся — это от пе-
ремены климата.
Передай, пожалуйста, Виктору, чтобы он не писал
мне писем. Я ему не отвечаю, а он все пишет и пишет.
ПАЛАТА НОМЕР ПЯТЬ
— Ax ты, дрянь этакая! Ах ты, ничтожество! Я с
тобой разговаривать не буду. Убери свою койку! Иди к
сумасшедшим в палату — там тебе мозги вправят!
Уйди вон, или я уйду!
— Мишка, ты взбесился…
— Да, взбесился, потому что с вами тут нормаль-
ному человеку не выжить. Приезжают, понимаешь ты,
сопляки, баре, от горшка три вершка, мамкино молоко
на губах не обсохло — и разевают пасть. Им тут, видите
ли, не нравится! Ух, я бы вас выпорол, я бы о вас два-
дцать ремней порвал!
— Потому что ты ничего лучшего не видел!