Леопард охотится в темноте
Шрифт:
– Смотри! – воскликнул Тунгата, и Крейг увидел, как слева появился другой самолет, большой, двухмоторный, он летел низко и быстро. Крейг мгновенно узнал его.
Это был старый транспортный самолет «дакота» – ветеран войны в Северной Африке и партизанской войны в Родезии. Самолет был выкрашен серой, неотражающей противоракетной краской, а на крыльях красовались эмблемы Военно-воздушных сил Зимбабве. Главный люк рядом с крылом был открыт, у него стояли люди, одетые в камуфляжную форму и шлемы. Грузные тюки парашютов болтались ниже ягодиц. Двое стояли у самого люка, остальные
– Парашютисты! – крикнул Крейг, а «дакота» резко повернула в их сторону и пролетела так низко, что струю воздуха от пропеллеров пригнули стебли маиса рядом с дорогой. Крейг и Тунгата одновременно узнали одного из стоявших у люка парашютистов.
– Фунгабера! – крикнул Тунгата. – Это он!
Он открыл дверь кабины и поднялся в кузов к пулемету. Несмотря на внушительные размеры и слабость, он двигался настолько быстро, что успел выпустить первую очередь по «дакоте», прежде чем она улетела слишком далеко. Трассирующие пули пролетели над левым крылом так близко, что у пилота не выдержали нервы и он начал разворот с набором высоты.
– Он поднимается на высоту десантирования! – закричал Крейг.
Фунгабера несомненно заметил и узнал сине-серебристую «сессну». Он понял, что именно на этом самолете они попытаются убежать и что грузовик направляется к месту встречи у полосы. Парашютистов значительно быстрее можно было развернуть в случае десантирования, а не в случае приземления «дакоты». Он собирался сбросить парашютистов и захватить полосу, прежде чем «сессна» успеет взлететь. Безопасной высотой считалась высота тысяча футов, но это были отборные десантники. Они могли десантироваться с пятисот футов. Крейг предполагал, что десант будет сброшен вдоль полосы.
«Сессна» летела над оградой у дальнего конца взлетной полосы. Сэлли-Энн легко приземлила самолет и, не сбавляя скорости, повела его навстречу «тойоте».
От летевшей над полосой «дакоты» отделилась крошечная фигурка, и почти мгновенно над ней раскрылся зеленый шелковый купол парашюта. За первым десантником быстро последовали другие, и небо запестрело зловещими грибами ядовито-зеленого цвета, раскачивавшимися на легком утреннем ветерке и быстро опускавшимися к коричневой взлетной полосе.
«Сессна» добежала до конца полосы и резко развернулась на сто восемьдесят градусов. Только теперь Крейг понял, насколько дальновидной была Сэлли-Энн, как она предусмотрела возможность опасности и посадила самолет при попутном ветре, чтобы мгновенно развернуться и взлететь с полной нагрузкой и под огнем парашютистов при встречном ветре.
Тунгата стрелял вверх короткими очередями, надеясь скорее запугать парашютистов, чем попасть в них, так как в качавшегося под парашютом человека попасть было практически невозможно.
Сэлли-Энн высунулась из окна, что-то кричала и махала руками. Она уже включила двигатель «сессны» на полную мощность и удерживала самолет на месте только тормозами колес. Грузовик подпрыгнул, выскочив на полосу, и Крейг остановил его так, чтобы заслонить самолет и самих себя от парашютистов.
– Вылезай! – крикнул он Саре, и она легко выпрыгнула из кабины
Тунгата выпустил последнюю очередь по парашютистам из крупнокалиберного пулемета. Первые три парашютиста уже коснулись земли, их зеленые парашюты плавно колыхались на ветру, а пули Тунгаты выбивали фонтанчики пыли из земли у их ног. Крейг заметил, как один парашютист упал и его потащило в сторону на стропах. Крейг схватил «АК-47» и сумку с патронами и закричал:
– Сэм! Пошли скорее! Уходим!
Они побежали к «сессне». Тунгата был настолько слаб, что упал, и Крейгу пришлось поднимать его к кабине самолета.
Сэлли-Энн отпустила тормоза, прежде чем Тунгата успел подняться в кабину, а Крейг побежал рядом с набиравшей скорость «сессной». Тунгата упал на заднее сиденье рядом с Сарой, Крейгу удалось схватиться рукой за стойку. Автомат и сумка с патронами мешали Крейгу, но тем не менее ему удалось подтянуться и сесть рядом с Сэлли-Энн.
– Закрой дверь! – закричала Сэлли-Энн, не отрывая взгляда от полосы. В дверь попал ремень безопасности. Крейгу наконец удалось поднять ремень и захлопнуть дверь. Посмотрев вперед, он увидел бежавших наперерез «сессне» парашютистов.
Он узнал бы Питера Фунгаберу, даже не видя генеральской звезды на шлеме. Невозможно было не узнать посадку головы, широкие плечи, кошачье изящество бега. Люди генерала распределились по всей ширине полосы и находились всего в четырехстах – пятистах шагах от «сессны».
Сэлли-Энн добавила обороты, «сессна» задрала нос, легко подпрыгнула и взлетела. Питер Фунгабера и его солдаты пропали из виду, но маленькому самолету предстояло пролететь прямо над их головами на высоте всего нескольких сотен футов.
– Мамочка! – достаточно спокойно произнесла Сэлли-Энн, и тут приборная панель взорвалась тысячами мелких, как кристаллики сахара, осколков, залив грудь Крейга гидравлической жидкостью.
Пули легко прошили тонкий металл, и кабина мгновенно заполнилась оглушительным свистом ворвавшегося в дыры ветра.
Испуганно крикнула на заднем сиденье Сара, фюзеляж задрожал от града пуль. Кресло Крейга подпрыгнуло несколько раз, когда пули попали в толстую раму. На крыльях, словно по волшебству, появились зазубренные отверстия.
Сэлли-Энн перевела штурвал вперед, и «сессна» помчалась к земле в захватывавшем дух пике, обеспечив им короткую передышку. Коричневая земля была совсем близко, когда Сэлли-Энн прервала самоубийственное пике «сессны». Самолет коснулся земли колесом, подпрыгнул на тридцать футов вверх. Крейг успел заметить, как два парашютиста бросились в стороны от стремительно несущегося самолета.
Стремительное пике повысило скорость настолько, что Сэлли-Энн смогла мгновенно послать самолет в разворот по минимальному радиусу, едва не касаясь левым крылом земли. Лицо Сэлли-Энн исказилось от напряжения, жилы на руках вздулись, когда она неимоверным усилием удержала нос самолета. Впереди, чуть слева от взлетной полосы, стояло дерево с густой листвой. Это была марула высотой более девяноста футов.