Лепрозорий

Парфенов М. С.

– Ну что вы, - отмахнулся усач, присаживаясь за стол («ножки-то - к полу привинчены», - отметила Диана).
– Нам до этих инстанций далеко. У гарнизона есть свое начальство, подчиняемся мы непосредственно ему и никому больше, а все остальное выполняем исходя из первичных инструкций.

– Думаю, прояснить ситуацию для жителей региона в ваших же интересах, Максим Иваныч, - прихлебнула чая, профессионально стрельнув глазками поверх кружки в сторону собеседника.
– Общественность беспокоит факт присутствия вашего гарнизона, а высокая степень секретности вызывает еще большее беспокойство в связи с возникающими слухами и домыслами…

– Например?

– Например,

многие считают, что у вас тут п р оизводятся захоронени я ядерных отходов.

Капитан рассмеялся.

– Но это же глупо! Для таких мероприятий есть целая Сибирь, зачем нам заниматься этим именно тут?

– Тогда чем же вы тут занимаетесь? Научные эксперименты? Опыты? Изучение метеоритов?

– Что, неужто и такие слухи бродят?…

– Всякие, - неопределенно, но со значением заметила Диана. На самом деле большую часть слухов распространяла она сама в статьях для городской «желтой» газеты «Аномалия». Но вряд ли бы тут с ней стали чаевничать, знай капитан о настоящем месте ее работы. В фальшивом ж урналистс к ом у д остове р ении наименование издания указано не было.

– В таком случае ситуация и правда требует некоторого прояснения.

– И каков наш план?
– взяла быка за рога Диана.

– Что?… В смысле?
– усач явно не ожидал от нее такой прыти.
– Можно было бы дать интервью…

– Нет, этого будет мало!
– заявила журналистка.
– Вам, должно быть, еще не сообщили, но группой лиц уже составлено прошение в Совет Федерации о расформировании вашей части. Только лишь факты, подтвержденные представителями масс-медиа, могут их убедить в неверности поставленного вопроса.

– Подождите-подождите… И что же вы предлагаете?

Диана весело подмигнула военному:

– Максим Иваныч, как насчет небольшой экскурсии?…

3

– Не понимаю, как вы меня уговорили, - пробурчал капитан, - но уж теперь, будьте любезны слушать внимательно и выполнять все указания, иначе эк с к у р с ия закончится, не начавшись.

– Так точно!
– ответила Диана.

Они сели на заднее сиденье военного УАЗа, отличавшегося от прочих машин части прежде всего отсутствием крыши. Водителем оказался тот самый солдат-молчун, который сопровождал журналистку на территорию. А может и другой, они все здесь для нее были на одно лицо, образи н ы в бушлатах…

– Территория в наше распоряжение выделена значительная, - начал «экскурсию» усач, когда машина, не спеша, взялась с места. Диана выудила из внутреннего кар м а н а курточки блокнот и к и мин и атюрную ручку, из набора, подаренного Олегом (где-то он сейчас? вспоминает ли? Э-эх…).
– Ничем таким уж сверхсекретным мы тут не занимаемся, хотя определенные тайны, конечно же, есть.

– Какие, например?

– Ха! Так я вам и сказал, как же! Во-первых, это тайны, а во-вторых, я не думаю, что вы сможете понять, о чем речь, поскольку это касается медицины. У нас тут в медперсонале доктора наук работают, о чем они друг с другом разговаривают, даже я - ха-ха!
– не всегда понимаю. Сплошь и рядом терминология да латынь!

– Медицина?…

– Ну да! Вы, когда въезжали на территорию, видели надписи? Это чистая правда. Знаете, что такое лепрозорий?

Диана почесала ручкой висок:

– Э-э-э… Как-то связано с чумой?

– Точнее, с проказой, научное название которой - лепра, - они проехали

мимо казармы - одноэтажного серого строения, у входа в которое дежурил автоматчик. Рядом еще двое солдат о чем-то разговаривали с пожилым человеком в белом халате. Заметив машину, военные дружно вытянулись в струнку и «отдали честь» усачу, на что тот только неопределенно махнул рукой. Старичок же внимательно посмотрел вслед их машине, придерживая очки на горбинке длинного носа.
– Хроническое инфекционное заболевание, в свое время унесшее немало человеческих жизней, вот что такое лепра.

– А что такое лепрозорий?

– Это место, где содержат больных, в изоляции от общества, чтобы предотвратить распространение заразы.

– Карантин?

– Именно, причем очень жесткий. Ограждение видели? Тысячи вольт!

– Это же смертельно опасно!

– Да, но иначе нельзя. Тот вид проказы, который здесь изучают и пытаются лечить наши врачи, распространяется очень быстро. Мы вынуждены были оградить территорию во избежание нежелательных инцидентов.

Только сейчас Диана поняла, что с тех пор, как попала сюда, не видела даже собак или кошек. Но заинтересовало ее не это.

– А что за нежелательные инциденты вы имеете в виду? И в чем особенность болезни, которую вы тут… изучаете?

– На первый вопрос я ответить не могу: эта информация строго секретна. Что касается второго… скоро сами все увидите.

Машина остановилась около двухэтажного серого здания. Со стороны оно напоминало гигантских размеров школьный пенал, поставленный на бок: плоская крыша, без труб или антенн, уходящие вдаль ровные боковые стены, лишенные каких-либо лестниц, видимых громоотводов и водостоков. Диана с удивлением заметила, что на первом этаже совсем не было окон, зато единственные двери, ведущие внутрь, были сделаны из стали, а над входом прилипла миниатюрная видеокамера, обозревающая пятачок у порога.

– Вот мы и на месте. Диана… - в голосе капитана вдруг послышался трепет, - добро пожаловать в Лепрозорий.

Она ступила миниатюрной ступней в детской кроссовке в серую пыль, заменяющую здесь асфальт. Диана испытывала почти благоговение, словно перед ней сейчас должны были открыться двери в храм, не меньше. Впрочем, в каком-то смысле, это строение и являло собой Мекку для избранных, разве нет?…

Неожиданно раздался глухой выстрел, потом еще один. События стали вдруг развиваться с н е в е ро я тно й скоростью, в какие - то секунды. Стальная дверь с грохотом распахнулась, и изнутри вырвалось нечто - размахивая конечностями, скаля зубы, визжа что-то совершенно невнятное. На мгновение существо замерло, заметив УАЗ и его пассажиров. Безумный взгляд больших, на выкате, испещренных кровавыми прожилками странно-желтых глаз остановился на журналистке, оказавшейся ближе всех.

Диана услышала сзади хриплый приказ капитана, но не успела его выполнить, уйти с линии огня: мощнейшим нечеловеческим прыжком чудовище метнулось вперед (был ли у него хвост, ороговевшая змеиная конечность сзади, или ей показалось?). Те несколько метров, что их разделяли, оказались ничем. Уродливые когтистые лапы, весьма отдаленно напоминающие человеческие руки, схватили ее за плечи, удар тяжелого тела опрокинул на спину. Прямо перед лицом у нее оказалось лицо, или нет - настоящая морда!
– этого существа: изъязвленная огрубевшая кожа, с желто-коричневыми узлами на щеках, сочащимися слизью и гноем, прямо ей в глаза и на губы.