Летописец

Буров Егор

Ну не могу я дать команду добить женщину, а если взять ее в рабство, значит, придется смотреть, как ее насилуют. А она девица с норовом и за такой нужен глаз да глаз, а то она и отравить может или шпилькой в ухо «обрадовать». Это балорам такие коварные приемы не причинят вреда, а люди существа хрупкие и от любой проникающей раны могут загнуться. А ванны продолжают поглядывать на брюнетку с вожделением. Вот вроде бы только что ходили по краю и могли погибнуть в бою с демоном, а сейчас готовы наслаждаться прелестями пленницы. И хорошо что ведун привел с собой взрослых мужчин, молодые бы ее точно загнули и пустили по кругу, а старички

знают, что она мой трофей. А ведь она ненавидит самцов. По глазам вижу, что боится, но если представится возможность, то жестоко отомстит. А может все-таки… убить или не убить, вот вопрос достойный пера Шекспира. Но я-то не английский драматург и тут решается не дальнейший поворот сюжетной линии, а судьба вполне конкретной женщины. Она, конечно не ангел, но и на роль дьявола не тянет. Обычная жертва обстоятельств. Наверное, много раз битая и насилованная. Естественно она озлобилась на весь мир и на самцов в частности. Так что же мне с ней делать? А может для начала допросить?

Глава 22

Мы подошли к каменному кругу, и я заметил что пленница завалилась на землю и усердно елозила. Я обошел ее со спины и увидел один из ножей, который кидал в меня камбион. Видимо ванны его пропустили во время сбора трофеев, а она заметила и пыталась разрезать путы. Шустрая девочка.

— И что бы ты делала дальше? — присев рядом с ней на корточки поинтересовался я. — Вот допустим, ты освободилась от веревок. Дальше что? Куда ты пойдешь? Это остров, а вокруг вода. Плавать умеешь? Или может задерживать надолго дыхание? Ну, предположим тебя вынесло течение в залив и ты каким-то чудом выбралась на берег. А в этих краях живут вот такие бородатые дядьки, которые с удовольствием тебя загнут и попользуют по назначению. А когда им надоест, самый авторитетный возьмет тебя в рабство. Ты, конечно, опять можешь бежать, но в лесу дикие звери и далеко ты не уйдешь?

— Умоляю господин, не наказывайте меня, — затравленно озираясь на ваннов, произнесла пленница. — Я выполню все, что вы пожелаете. Я очень искусна на ложе и могу удовлетворить вас любым способом…

Далее последовало подробное описание поз, в которых она ублажала прежнего хозяина и гостей Лорда Арказара. Можно сказать что девушка занималась самопиаром, и у нее прекрасно получилось привлечь к себе внимание и заинтересовать благодарного слушателя. При этом голос у нее опустился на полтона ниже, и в нем отчетливо слышалась хрипотца, присущая так называемым женщинам вамп. Если бы я не задержал дыхание, то наверняка бы сейчас пускал слюни на такую привлекательную брюнетку.

— Так, развлеклись, и хватит, — хлопнув в ладоши, произнес я. Ванны нехотя поворачивались в мою сторону, но, в конце концов, мне удалось привлечь их внимание. — Прежде чем решить твою судьбу, я хочу выслушать правду о судьбе дочери барона. Как там ее звали?

— Айрилина из рода ле Уркрайт, — ответила брюнетка.

— Как тебя в самом деле зовут, и что стало с той девушкой?

Брюнетка скривилась и прекратила воздействовать на окружающих возбуждающим запахом. Ванны начали принюхиваться и, не ощутив такого пленительного аромата, перестали смотреть на пленницу с вожделением.

— Алура.

— Продолжай, — подбодрил я брюнетку.

— Декаду назад к мастеру боли привели запуганную девицу из этого мира. Ич-Харил преподнес ее в дар Лорду. Арказар захотел лишить ее невинности и отправил

на обучение. Личные рабыни владыки только называются так, на самом деле он развлекается тем, что смотрит на то, как его слуги насилуют самок. Человеческие женщины слишком хилые и долго в Бездне не живут, поэтому мастер боли придумывает для их воспитания изощренные пытки, не причиняющие внешних повреждений. Я наблюдала за его работой, потому что Айрилину приходилось отмывать. Я видела ее обнаженной и слышала то, что она рассказывала о себе. Мастер выпытывал подробности ее жизни…

— Зачем? — удивилась Баратия.

— Это часть воспитательного процесса. Женщина должна привыкнуть выполнять команды, а начинают с рассказа о жизни потому, что это не является чем-то запрещенным. После требования становятся более жесткими и наказание за отказ подчиняться суровее. У мастера отработанная схема и пока никто не смог противиться его воле. Настал день, когда Айрилина оказалась в тронном зале владыки и во время развлечений погибла. У Лорда гостил его союзник, и в замке началась суета. Я воспользовалась моментом и, надев на себя пояс мастера, увела из загона старика…

— И как тебе это позволили? — поинтересовался я.

— Мастер иногда отправлял за ним, чтобы девушка видела знакомое лицо и поняла, что назад дороги нет, — объяснила Алура. — Стража нормально отреагировала на то, что его уводит подручная мастера.

— То есть ты помогала пытать женщин? — спросила Баратия.

— Если отмывание пленницы считается помощью палачу, тогда да, помогала.

— Понятно, а откуда ты знала, что именно с той полянки ты придешь в этот мир? — спросил ведун.

— Я слышала, как Ич-Харил обсуждал эту тему с Лордом. Набассу ругался на новый контракт и говорил, что если жрецы не поспеют к сроку, ему придется далеко лететь к площадке отправления. Арказар тогда приказал указать ее на макете гор, и долго ругался, так как к тому нагромождению камней, где она находится ни один легион подойти не сможет. А устраивать вторжение только с десятком крылатых набассу неразумная затея.

— Ты хочешь сказать, что у вас там не ровная полянка в круге камней как тут? — уточнил ведун. Пленница ответила:

— Площадка почти такого же размера, как и эта поляна, но для того чтобы на нее попасть, надо забраться на гору. Мы со стариком лезли на скалы и с большим трудом протиснулись между острыми камнями на ровное место. Два дня мы ждали переноса, а потом пришли выродки и младший демон маурези. Камбионов презирают, но они отлично справляются с охотой на невольников. Меня они собирались вернуть Лорду, а старик и так был на последнем издыхании, вот маурези и решил подкрепиться.

— Он что ел человека? — удивленно воскликнул я.

— Люди, эльфы, тифлинги, молодые демоны — это мясо. Если ты слаб, то попадешь на стол в качестве главного блюда, — совершенно спокойно ответила брюнетка. — А я не хочу быть съеденной. Я готова стать рабыней здесь, только бы не возвращаться в Бездну.

В ряду ваннов загудели басистые голоса. Им нравилась идея послушной и общедоступной невольницы, а я прекрасно понимал, что такая продуманная девица может принести много бед. Это сейчас она напугана и готова на что угодно, но стоит ей осмотреться и Алура сразу же начнет плести коварные интриги. А с такими талантами в соблазнении эта чертовка далеко пойдет. И убивать женщину рука не поднимается. Что же делать?