Летописец
Шрифт:
— Погрузи тела на коней как поклажу…
— Они боятся запаха крови, — сморщился я. — Стоит к ним подойти и сразу шарахаются в сторону.
— Ты уж постарайся. Сам напортачил, вот теперь убирай, — усмехнулась Мида. — Нехорошо если ванн останется без погребения.
— А может зарыть их где-нибудь в овраге? — предложил я.
— Но-но, не умничай. Они воины, а не псы подзаборные.
— Ох, не было печали, — вздохнул я и отправился привязывать коней, чтобы снова не сбежали от страха.
По
— А зачем ты всех коней занял? Не забудь, у меня тут трех красавиц надо в седло усадить. К тому же и я должна верхом ехать. Да про Эйтелину не забудь…
— А больше никого не осталось? — с ехидцей поинтересовался я.
— Ильгу с Пликсом я в дальний край леса отправила, там у меня избушка стоит, — ответила Мида, — а тут мы кое-что на коней погрузим и в путь.
— Бабушка, а если дом сожгут? — предположила Нидалия.
— Потом сами же и поставят, — усмехнулась знахарка. — Я старушка полезная и без меня в народе мор начнется. Меня обижать нельзя.
— А зачем же ты тогда уходишь? — поинтересовалась внучка.
— Ну-так потребует конунг меня к себе, и привезут мои старые кости в город, и кинут в острог, а я не люблю неволю и обижусь на глупость людскую…
— И нашлешь на них проклятья? — пошутил я.
— Да зачем, они и так по краю ходят. Только мои травы их от болезней и спасают, — сморщилась Мида. — А меня не будет и кто их лечить станет?
— А что, в этих землях знахарей нет? — поинтересовался я.
— Есть, но они знают меньше меня. К тому же не всякое снадобье просто варится. Наговоры нужны особенные, — ответила знахарка. — А многие на милость богов надеются и помирают по дурости. А богам до людей нет дела. Они только великих воинов и вождей поддерживают, а простой люд им неинтересен.
— Бабушка, а куда мы пойдем? — спросила амазонка.
— К Кор-ивергу направимся, — заявила Мида. — Он должен узнать, что творит Аль-йорд. Враг моего врага может стать союзником.
— Э-э, прошу прощения, — привлек я внимание знахарки, — тебе не кажется, что это не самый разумный ход? Начать с того, что иверги желают моей смерти. К тому же что им мешает захватить в плен жену восточного конунга? У этого Кора есть дети? Вдруг и он захочет женить их на этой, как там ее звали? Мирьяне…
— А кто сказал, что ты поедешь? — усмехнулась Мида. — Ты с Эйтелиной и двумя гостьями в дальний лес отправишься. А к Кору я с Нидалией пойду. Твоя задача сберечь женщин от хищников. Уяснил, женишок ты мой ненаглядный.
— А тебе ничего не грозит? — поинтересовался я.
— Жизнь непредсказуемая, — пожала плечами знахарка. — Ты вот что, сокол ты мой ясный, освободи-ка пять лошадок от жмуриков и перегрузи их на трех коней. И Уля тоже как поклажу через седло перекинь…
— А
— Так мы же гарцевать, как ты не будем, так что давай, трудись, голубь ты мой сизокрылый, — распоряжалась Мида. — Да, и седла от крови отмыть не забудь, ты же королеву и принцессу на них сажать будешь…
— Кхе-кхе, а ничего то, что я устал во время битвы с воинами? — с показным недовольством заявил я и спросил: — А Пликс точно в дальнем лесу? Может он перегрузит?
— Ох, не те нынче мужчины пошли, — развела руки в стороны знахарка. — А было время, когда стоило мне бровью повести, и герои выстраивались в очередь, чтобы выполнить любой мой каприз. Ты давай не умничай, а подготовь транспорт для путешествия по лесу. И не забудь привязать жмуриков к седлу, а то, неровен час шлепнутся наземь, как я их потом поднимать буду. Я женщина старая, здоровье не то что молодости, меня надобно беречь…
— Хм, вот ведь лиса, — хмыкнул я. — А как они на трех конях поместятся? У тебя никакой телеги нет?
— Ох, жеребчик ты мой статный, как же тебе до седых волос дожить удалось? Ты же неприспособлен к хозяйству вообще, — вздохнула Мида. — Ни разу не возил муку на мельницу? Сначала одного поперек седла кладешь, потом двух ему на спину и привязываешь ремнями. Нет, жмуриков друг к дружке вязать не нужно. Ох ты ж, боги, за что мне такое наказание. Смотри как надо…
Глава 26
Вот честное слово, с мешками бы я быстро справился, а вот с мертвыми телами пришлось возиться. Мешал чисто психологический фактор — я же не патологоанатом, чтобы с трупами работать. К тому же напрягало то, что именно благодаря мне они оказались в столь незавидном положении. А знахарка указывала пальчиком, куда перекинуть ремень и к чему его привязать, а саму черновую работу приходилось выполнять мне. А трупы штука тяжелая. Как пример, мешок песка и мешок цемента имеют одинаковый вес, но рыхлый песок тащить проще, чем твердый цемент. Так и с телами, живой человек кажется легче.
Наконец я, под опытным руководством знахарки, завершил нелегкий труд гробовщика. Хотя, наверное, я не совсем верно сформулировал тот процесс, которым занимался больше часа. Честно сказать, мне неважно, как правильно называют погрузку покойников для транспортировки груза двести. Главное коней освободил, седла водичкой из фляжек отмыл и можно присесть и отдохнуть на бревнышке. Кто бы мог подумать что меня, взрослого и солидного писателя шестидесяти лет от роду заставят грузить покойников! И ведь я поворчал только для приличия и всерьез не стал сердиться на Миду, так как понимал, что никто кроме меня с тяжелыми телами не справится.