Лев пустыни
Шрифт:
Путь был простым, но если за сирийцем кто-то следил, команда Моссада наверняка засекла бы хвост, поскольку люди Дова уже заняли свои места. Когда Натан повесил трубку, рядом затормозил серебристый «БМВ-750». Впереди сидели два члена группы, а сзади атташе, выглядевший не слишком довольным…
Дов сказал Натану:
– Двинемся через минуту. Мне только нужно узнать у моего человека в ресторане, не звонил ли кому-нибудь Шейби после разговора с тобой. Если нет, то путь свободен и я сообщу в контору, что дело на мази.
Через несколько
– О'кей, – кивнул Дов, – полный порядок. Не забудь только дождаться сигнала, что все чисто Мы должны проверить, не приволокся ли кто-нибудь за твоим парнем на место встречи. – Потом
Дов наклонился к водителю «БМВ»: – Проследи, чтобы без сигнала никто не выходил.
– Есть, начальник! – откликнулся молодой человек, и все расхохотались. Даже нервничавшему офицеру удалось улыбнуться.
Натан опустился на заднее сиденье «БМВ».
– Добрый день. Генерал Гильбоа? – Мужчины обменялись рукопожатием.
– Да, – ответил атташе. – А вы?..
– Просто друг, – с улыбкой проговорил Натан. – Какое, в конце концов, значение имеет мое имя?
Вскоре они припарковались, не доезжая двух кварталов до ресторана. Шейби должен появиться здесь минут через пять. Пока все шло гладко.
– Когда мы окажемся в ресторане, – проинструктировал Натан офицера, – не произносите ни слова. Если человек, с которым мы должны там встретиться, задаст вам вопрос, пожалуйста, не отвечайте, только улыбайтесь. Я вам его представлю, вы сообщите ему свою фамилию и звание – и больше не откроете рта. Понятно?
– Да, конечно. Я бы хотел знать только одно: что я тут, черт возьми, делаю? – мрачно пробормотал атташе.
– Этого объяснить мы вам не можем, – развел руками Натан, – но, как вы знаете, без вас эту операцию нам бы провести не удалось… и мы очень благодарны вам за содействие, которое вы любезно согласились оказать нам, несмотря на то что мы столь внезапно обратились к вам за помощью.
Натан посмотрел на улицу и увидел парня, который сидел на корточках возле мотоцикла. На первый взгляд казалось, что парень копается в моторе. На самом же деле молодой человек внимательно наблюдал за улицей. Вскоре он отвернулся от мотоцикла и дотронулся обеими руками до воротничка своей рубашки, словно хотел его разгладить. Потом парень выпрямился, подав таким образом сигнал «все в порядке», которого все ждали в страшном напряжении.
Мужчина, сидевший за рулем, поправил левой рукой боковое зеркальце и медленно поехал в сторону ресторана. Когда до него осталось полквартала, водитель затормозил и сказал Натану:
– Подождем тебя здесь. А парень через минуту будет внутри. – Это относилось к мотоциклисту, который выглядел значительно моложе своих двадцати четырех лет.
– Остальные тоже будут наблюдать за вами со всех сторон. Когда закончишь и захочешь куда-нибудь отправить своего приятеля, мы к вам подъедем. У нас заказан номер в отеле, – продолжал водитель.
– О'кей. А если у нас не возникнет желания прокатиться, мы пройдем
– Нет, мы должны забрать генерала, – объяснил человек, сидевший за рулем. – Если хочешь прогуляться с агентом – ради бога, но мы обязаны увезти господина атташе и пакет.
– Увезете, – усмехнулся Натан. – Ну, до встречи – уже после операции…
– А если возникнут осложнения, каждый отвечает за себя, – добавил водитель.
– Есть новости? – спросил второй член группы, закуривая сигарету.
Генерал и Натан вышли из машины.
– О каких осложнениях он говорит? – спросил атташе, склоняясь к уху Натана, чтобы его не услышали прохожие. Атташе был почти на голову выше Натана.
– Вы как человек военный понимаете, что дела всегда могут принять дурной оборот, – ответил Натан. – Если бы я знал, что может случиться, я бы это предотвратил. Но всего предусмотреть нельзя. Вы согласны? – Они остановились перед входом в ресторан. – Не надо волноваться. О'кей? И помните: ни слова!
В большом зале царил полумрак. Темные панели придавали помещению вид кают-компании. Стены украшали изображения парусников в золоченых рамах. С массивных деревянных балок потолка свисали старинные латунные лампы. В зале было около тридцати столиков, накрытых скатертями, и на каждом стоял корабельный фонарь со свечой внутри. Почти все столики были заняты.
Натан обратился к метрдотелю:
– Нам нужен столик на трех человек. Наш гость, наверное, ждет нас в баре.
– Сейчас мы сервируем столик, господа, – кивнул метрдотель. – А пока я провожу вас в бар.
Они прошли за ним в еще более темное и тоже битком набитое помещение, где доминировала громадная, во всю стену, блестящая деревянная стойка бара. Играл джаз, причем в тот момент довольно громко.
Шейби сидел у стойки, но, увидев входящих, сразу кинулся к Натану. Лицо сирийца казалось серым. Не успел Натан представить друг другу Шейби и генерала, как к ним вновь приблизился метрдотель.
– Желаете остаться здесь, господа, или сразу сядете за стол? – осведомился он.
– Мы пойдем в зал, – ответил Натан, радуясь возможности вырваться из шумного душного бара.
Их усадили под картиной, на которой был изображен большой корабль, отчаянно борющийся с бурей. Метрдотель подал всем меню.
– Ober подойдет к вам через минуту, – сказал он и вернулся на свой пост у входных дверей.
– Кто подойдет? – нервно спросил Шейби.
– Официант. Ober – по-голландски «официант», – объяснил ему Натан.
– Ты принес деньги? – взволнованно поинтересовался Шейби.
– Что за спешка? У тебя какие-то проблемы? – осведомился Натан.
– Нет у меня никаких проблем. Все в порядке. – Маленький человечек весь вспотел. Он с трудом сохранял самообладание и все время поглядывал через плечо атташе на входные двери. Натан был уверен, что Шейби чего-то ждет. Но чего? Напряжение стало почти осязаемым.