Лев пустыни
Шрифт:
«Вот сволочь!» – подумал Натан. Из всех грязных и подлых дел Мусы это было, пожалуй, самым мерзким. В какой-то момент Натану захотелось подойти к девушке, все ей рассказать и объяснить, что они охотятся совсем не за тем, за кем надо. Но разве она станет его слушать? Натан пришел к выводу, что это исключено.
Он медленно лег на землю за грузовичком – так, что колеса машины заслоняли его от Девятки. Даже если бы она теперь взглянула в его сторону, то все равно бы ничего не заметила.
– Я на месте, – услышал Натан ее голос; она явно говорила в микрофон передатчика.
Прижавшись к земле, Натан обдумывал пути отступления. Он не мог оставаться
– Зачем ты дал ему всю эту информацию? – спросил Марк, когда Муса положил трубку.
– Какая разница, что говорить трупу? – пожал плечами тот.
– Он еще не умер, – заметил Амир, – и судя по тому, что я о нем слышал, ухлопать его будет нелегко.
– Что ты мелешь? – оборвал Амира Муса. – Ты же послал за ним свою группу. Хочешь сказать, что они не справятся с одним невооруженным, ничего не подозревающим человеком, да еще в дружественной нам стране?
– Страна, может быть, и дружественная, – усмехнулся Амир, – но что будет, если Натан при виде моих людей не проявит столь же теплых чувств?
– Но он же ни о чем не догадывается, – возразил Муса.
– А ты уверен, что поступаешь правильно? – Раз в жизни Марк казался огорченным. – Ведь он же один из лучших наших людей. И твой друг, между прочим! Так почему же ты не сомневаешься, что предатель именно он? Мы с ним еще даже не говорили!
– Кого ты называешь другом? – взбеленился Муса. – Человека, который всадил тебе нож в спину и подставил под пули всю группу «Ярида»? Ты что, рехнулся? Дов тоже был его другом – и где он теперь? О чем тут спорить? Агент не хотел встречаться с ним один на один, так как принес фотографию предателя, то есть Натана. Поэтому он потребовал, чтобы при свидании присутствовал другой представитель Израиля – такой, который наверняка не работает на сирийцев. Итак, была устроена совершенно безопасная встреча – и теперь все люди, знавшие о ней, мертвы… Все, кроме Натана, – мрачно проговорил шеф отдела безопасности.
– А что с Шулером? – спросил Марк.
– С ним все в порядке, – отмахнулся Муса. – Он до последней минуты не знал, где должна состоиться встреча. Все время был под наблюдением и не пытался ни с кем вступить в контакт. Буду с тобой совершенно откровенен. Даже во время разговора с Натаном, когда последний раз он звонил мне с конспиративной квартиры, я все еще сомневался. А вдруг у этого чертова агента был с собой передатчик? Я хотел, чтобы за Натаном просто последили. Правда, Амир? – Муса посмотрел
– Точно, – кивнул Амир.
– Но когда наши люди поехали за Иланом, – продолжал Муса, – они нашли его с пулей в голове. Он был единственным свидетелем налета на ресторан и, должно быть, увидел то, чего ему, по мнению Натана, видеть никак не следовало. – Муса отвернулся и уставился в темноту за окном.
– Что? – взволнованно воскликнул Марк. – Ты мне об этом не говорил!
– Ну вот и сказал, – ответил Муса, поворачиваясь к окну спиной. – И ручаюсь, теперь Натан думает, что отлично замел все следы и может спокойно появиться среди нас, смеясь нам в лицо. Но мы не будем ждать и проводить полного расследования. Выкинь это из головы. Этот тип уже мертв. Все. Конец.
– Я по-прежнему считаю, что надо дать ему шанс ответить на твои обвинения. Мы должны… – начал Марк.
– Ничего мы ему не должны, – перебил его Муса. – Я закрываю дискуссию и не желаю больше ничего об этом слышать. Ты меня понял, Марк? – рявкнул он.
– Да, – тихо ответил Марк, глядя в пол.
– Мне тоже нелегко, – продолжал Муса. – Он был моим другом. Мы уладим все без лишнего шума. Отправим тело вместе с остальными, и никто не узнает о его позоре. Так хочет старик.
– А что будет, если он от нас ускользнет? – поинтересовался Амир.
– Мы разыщем его даже под землей и прикончим. Для этого и послали группу «Кидон».
Натан привязал моторку к мосткам в нескольких километрах йосточнее того места, где он ее нашел. Теперь Натан оказался на рыбном рынке; здесь уже царило утреннее оживление. Сначала Натан думал добраться до аэропорта и первым же рейсом вылететь в Париж, но потом сообразил, что Номер Первый мог на всякий случай послать в аэропорт своего человека. Натан знал, что там его не ликвидируют, но не хотел, чтобы они поняли, куда он направляется. Они и так уведомили о нем все местные отделения Моссада, и потому, куда бы Натан ни поехал, ему везде придется быть начеку.
Натан быстро позавтракал в кафе и нашел в телефонном справочнике номер ближайшего пункта проката автомобилей. Этот пункт находился в каких-нибудь трех кварталах от рынка. В восемь утра Натан отправился туда и взял машину. На ней он помчался в Роттердам, где вскочил в брюссельский поезд.
Из Брюсселя Натан позвонил Гамилю и сообщил, что сегодня проинструктирует его, что ему делать дальше.
Натан не заметил даже тени слежки. Путь в Париж со всеми задержками и опозданиями занял большую часть дня. И вот Натан очутился в полутора часах лета от того места, где все это началось. Он был уверен в одном: хвоста за ним по-прежнему нет.
Натан доехал на метро до станции «Опера», где сделал пересадку, и вышел на «Латур Мобур». Оттуда он пешком добрался до угла Мобур и Сен-Доминик, маленькой улочки, ведущей в жилой район, состоящий из высоких узких каменных домов, тесных переулков и крошечных магазинчиков. Натан надеялся, что для него найдется тут комната в небольшом отеле, в котором он когда-то уже останавливался, но о котором ни разу не упоминал в Моссаде.
Отель «Ле Жарден д'Эйфель» находился в тупичке под названием улица Эмили. На первом этаже располагалась крошечная стойка администратора, а за ней холл с маленьким зимним садиком и лифтом с одной стороны и камерой хранения с другой. Единственной гостиничной трапезой был завтрак, который подавали в столовой тоже на первом этаже. Разместиться в отеле могли максимум человек двадцать.