Лицедеи

Андерсон Джессика

Сильвия, все еще улыбаясь, повернулась к Гарри:

— Мы даже не поздоровались.

— Да, не вышло. — Кивками в сторону Гая и Греты, насмешливым тоном Гарри хотел сказать Сильвии, что судьба продолжает играть с ними в ту же игру.

— Как ты нашла Джека? — вмешалась Грета.

— Меня поразило, что он ухитряется делать столько движений. Мне кажется, он все еще очень… — Сильвия сделала неопределенный жест рукой, — очень…

— Очень какой? — спросила Грета.

— Сильный.

— Да,

он сильный человек, — сухо подтвердил Гарри.

— Удалось ему что-нибудь тебе сказать? — продолжала Грета.

— О да. — Сильвия вздохнула.

— Как раз перед твоим приходом у нас здесь началась ссора, — сказал Гай.

— Ничего подобного, — возразила Грета.

— Мать продала ковры.

— Они в чистке.

— Я даже не заметил, что ковров нет, — удивился Гарри.

— Где тебе заметить, — заявил Гай. — Но уж кто наверняка бы заметил, — Гай повернулся к Сильвии, — так это твой отец.

— Я, пожалуй, пойду, — сказала Сильвия.

В коридоре она услышала, как Гарри спросил Грету:

— Мама, ты правда продала ковры?

Сильвия вышла в сад позади дома. Под цветущей сливой она бросила сумку и легла на траву. И только тогда поняла, что, сказав отцу о неграмотности Молли, выдала тайну, которую мать хранила с огромным трудом.

Сильвия вышла из дома в надежде, что Гарри присоединится к ней, но, услышав шаги в траве, поняла, что идет Гай. Он остановился рядом и смотрел на нее сверху вниз, его темная голова и плечи на фоне нежного облака цветов настолько резали глаза, что Сильвия испугалась, будто впервые увидела, как груба человеческая плоть. Гай сел на траву рядом с Сильвией, поднял голову и взглянул на дерево.

— Среди этих цветов видны головки маленьких херувимов.

Слова Гая помогли Сильвии представить себе, каким женщинам он нравится.

— Цветы хороши и без херувимов, — сказала она.

— Жаль, что матери придется расстаться с садом.

— Кто сказал, что придется?

— Сама расстанется, если так пойдет дальше. Ковры с пола — только начало. Кончится тем, что все пойдет с молотка, а Грозный Командир будет посиживать в кресле и царствовать среди развалин.

— Надеюсь, до крайности дело не дойдет.

— Кто этому помешает? Ты?

Сильвия села и подняла руки, поправляя прическу.

— Рози и Гарри без конца восхищаются, какая ты справедливая, — сказал Гай, — какая умная, да еще бессребреница и так далее, все в том же духе. Но я-то считаю, ты просто изворотливая.

Сильвия с любопытством взглянула на Гая. Из-за нависавших бровей и чересчур пухлых губ он казался глуповатым.

— А может, и бесчувственная, — добавил Гай.

Его улыбающееся лицо приблизилось к ней чуть не вплотную.

— Как и ты, Гай, — мгновенно, не раздумывая, выпалила Сильвия.

Она встала и взяла сумку, в это время Гарри открыл кухонную дверь и пошел к ней по траве. Гай застонал, опрокинулся на спину и уперся обеими ногами в ствол сливы. Гарри остановился около его головы.

— Гай тебе сказал? — спросил он Сильвию.

— Что сказал?

— Тебя зовет отец. Мама попросила Гая передать тебе.

— Я забыл, — пробормотал Гай. — У меня было важное дело, я пытался ее охмурить.

Сильвия и Гарри пошли по траве назад к дому, Гарри положил руку на плечи Сильвии. — Правда пытался?

Сильвия рассмеялась так радостно, что сама удивилась.

— Гаю нужен подручный для его делишек.

Прижимая Сильвию к себе, Гарри вел ее не к крыльцу, а к кухне, и как только за ними закрылась дверь, обнял и поцеловал.

Сильвия засмеялась и с облегчением вздохнула. Они снова поцеловались, потом еще и еще. Наконец они отстранились друг от друга, но Сильвия задержала руку на плече Гарри, она смотрела ему в лицо и улыбалась.

— На этот раз изменились мы оба.

— Куда подевалась твоя африканская прическа?

— Она мне надоела.

— Когда я услышал, что ты возвращаешься, не мог поверить своему счастью. Как раз когда ты мне так нужна.

Сильвия сняла руку с плеча Гарри.

— Боюсь, если я тебе так нужна, ты скоро разочаруешься.

— Нет.

— Разочаруешься. — Сильвия снова приблизилась к Гарри, но прикоснулась к нему только ладонью. — Мне нельзя было возвращаться. — Сильвия говорила почти шепотом. — Я все делаю не так. Говорю не то, что хочу. Хожу как пьяная.

— Вспомни, сколько ты летела.

— Неважно, я правда ничего не могу. Австралия — не для меня. Здесь все меня гнетет. Я лучше пойду. Отец…

— Погоди.

На этот раз Сильвия после поцелуя все еще улыбалась.

— Я думала, ты заведешь молоденькую девочку.

— Я думал, ты заведешь молоденького мальчика. Вроде того в Лондоне. Лет на восемь моложе тебя.

— Я думала, девочка будет лет на двадцать моложе тебя.

— Ты всегда была второй самой нужной мне женщиной на свете.

— Второй после Маргарет?

— Да. Ты не сердишься?

— Нет. Мне всегда нравилось… мне нравилось, что ты так сильно любишь Маргарет.

— Придешь ко мне вечером?

— Да. Только имей в виду, я тебя предупредила. Ты разочаруешься. Такой я и буду: как пьяная.

Сильвия быстро вошла в комнату отца. Перед Джеком лежал открытый телефонный справочник. Он указал фамилию, номер телефона и с помощью алфавита объяснил, что Сильвия должна связаться по телефону с Кейтом Бертеншоу и попросить его непременно прийти в понедельник. Отец путал буквы, но она поняла.