Лицеист

Горъ Василий

Ждали… вернее, обсуждали «известие» о трагической смерти Ульрика Эрикссона в операционной личной целительницы, аж минут пять-шесть. А потом Кнут ни с того ни с сего врубил портативную «глушилку» и бросил на стол, хлопнул ладонью по терминалу управления, слишком уж резко оказался на ногах и метнулся к окну, возле которого по традиции расположились Дауд с Мавией.

Заговорил после того, как осмотрел раму и тип запора, сдвинул створку на себя и высунул наружу какой-то приборчик:

— Искин «Белого Яра» только что взяли под полный контроль и раскидывают телохранителям клиентов ресторана скорректированную картинку. В фокусе внимания — наш кабинет. На служебном ярусе гаража из двух «Иртышей» с логотипами компании «Ярило», вроде как осуществляющей срочную доставку

негабаритных грузов, выгружаются вооруженные люди в армейской «броне» и тактических шлемах с поляризованными линзами. Я вывел на внешнее информационное табло нашего кабинета флаг «Конфиденциальный разговор» и заблокировал дверь. Сейчас возьму под контроль хотя бы один гражданский дрон и гляну, можно ли будет уйти через окно…

Не успел он закончить этот монолог, как в работу включились и другие телохранители. Варвара, первой оказавшаяся на ногах, выдернула из ножен на голени небольшой, но чертовски острый метательный нож,

перевернула свое кресло, в темпе вырезала из ножек три клина разной толщины и метнулась блокировать ими дверь. Аямэ, нарисовавшись рядом с Барыней, подождала завершения процесса и намертво приморозила вбитые клинья и к полу, и к створке. А Мавия с Щелчком удивили. Первая расстегнула шелковую рубашку так, чтобы в рукотворном декольте стало видно половину впечатляющего бюста, упакованного в темно-красный кружевной лифчик, подтянула юбку, открыв аппетитные ножки процентов на девяносто их длины, распустила волосы, сняла и перекинула через правое предплечье курточку, подкрасила губки ярко-красной помадой и раздраженно уставилась на Менталиста. А тот, оглядев ее с головы до ног, за считанные мгновения привел свою одежду в художественный беспорядок, достал из внутреннего кармана пиджака бесцветные пластиковые вкладыши и затолкал в рот, изменил цвет радужек ярко-синими линзами и… потребовал, чтобы Наоки спалила ему волосы, а Валентина исцелила ожоги и убрала с лица загар!

К тому времени, как эта часть подготовки была закончена, Истомин не только взял под контроль несколько дронов, но и идентифицировал две пары возможных наблюдателей. Вот и перешел на командно-штабной, как только эта парочка подошла к окну и дала понять, что готова. Свою идею объяснил от силы за полминуты. А потом рыкнул «гулякам»:

— Десять секунд до начала движения. Пять. Четыре. Три. Два… Пошли!!!

На счете «Два…» с улицы послышался сначала визг резины, а затем глухой удар, и я отрешенно заметил, что таранить дроном машину — неплохой способ отвлечь внимание наблюдателей. Потом краем сознания восхитился скорости, с которой Мавия с Щелчком исчезли из кабинета, и превратился в слух. Секунд, эдак, на сорок. То есть, до следующей фразы Молниевика:

— Барыня, готова?

Варя, все это время вглядывавшаяся в небольшую голограмму, коротко кивнула и поудобнее перехватила любимую «Кувалду»:

— Готова.

— Десять секунд до ИХ контакта… Семь… Четыре… Пошла!!!

Женщина начала стрелять чуть ли не раньше, чем оказалась на улице. И, судя по удовлетворенному кивку Истомина, попала все шестнадцать раз. А потом Кнут поймал мой взгляд, взмахнул рукой и «исчез».

— Выходим. В озвученном ордере. Я веду! — рявкнул я, поднял «Дрель» на уровень корпуса и вылетел следом. На тротуар, по которому куда-то шли ничего не подозревающие горожане.

Янка и Дауд оказались за плечами буквально через пару секунд. Затем к нашему клину пристроились Наоки, Ларс и Эиру, им на хвост упали Лиджуан, Мин Сим и Галя, а Валя и Аямэ прикрыли тыл. Тут я сорвался на бег, стараясь разгоняться так, чтобы никто не отстал, но буквально через несколько секунд услышал крик Незаменимой:

— Справа-сзади! Воздушник!! Смерч!!!

Остановиться мгновенно, естественно, не смог — меня чуть не сбил с ног Аль Сауд, тоже принявший вправо. Так что в момент, когда развернулся в указанном направлении, Наоки, выдернутая из строя каким-то блондинистым ублюдком

лет тридцати-пяти, оказалась прижата спиной к его воздушному щиту, а возле ее виска замерцала воздушная игла, аж переливающаяся от объема вложенной Силы!

— Лютобор Игоревич, прикажите своим телохранителям сложить оружие и лечь на асфальт, а сами вернитесь в кабинет ресторана… в компании Дауда Маликовича, Ларса Элиасовича и вашего гарема! — издевательски улыбаясь, потребовал он. — У вас пятнадцать секунд! И не дурите, иначе ваша подружка лишится головы…

— Да нам хватит и трех! — дурашливо ухмыльнулся я, запретив себе сомневаться в японке. — Или двух… В общем, хва— …

Допрыгнуть до него одним скачком было нереально. Пришлось делать два. А в точке выхода из первого вкладываться в угнетающий рык. Да, это заклинание, на долю секунды вогнавшее мастера то ли четвертой, то ли пятой ступени в ступор, опоздало. В смысле, прилетело следом за аналогичным рыком японки и ее же пробойником. Тем не менее, она остановила Воздушника снова. И пусть воздушная игла все-таки сорвалась, зато ударила в крошечный фрагмент «защиты двух стихий», напитанный Силой по максимуму, и всего-навсего опрокинула девушку навзничь. А потом я вышел из второго скачка, сминающим касанием ослабил воздушный щит этого урода и всадил в точку напротив переносицы треть магазина «Дрели».

Стреляй я по этому типу один и обычными пулями, защита наверняка успевала бы подпитываться из резерва. Но пули были артефактными. Плюс по этому типу, кроме меня, лупило сразу пятеро очень хороших стрелков, так что через считанные мгновения от головы осталось что-то вроде обгрызенной кочерыжки, а в тушке появились дыры, не предусмотренные изначальным проектом. Впрочем, новый дизайн я оценил лишь самым краешком сознания, ибо рвал жилы, догоняя Наоки, и торопил остальных, разгонявшихся слишком медленно. Когда встроился в ордер, заметил окровавленные и изуродованные тела наблюдателей, вырубленных Мавией и Щелчком, и решил прихватить с собой хотя бы одну. Но, как оказалось, что Кнут пришел к такому же выводу раньше меня — бессознательные тушки, стараниями доверенной Слуги Дауда отправившиеся отдыхать в целительский сон, вспорхнули из одной общей лужи крови и опустились на плечи Молниевика и Менталиста.

Последнее показалось нерациональным, и я собрался, было, отжать второй трофей, ибо со «вторичкой»-Молнией бегал всяко быстрее Усова, но в этот раз Аль Сауд оказался шустрее. Поэтому протащил пленника по прямой аж метров семьдесят. А потом услышал очередную команду Истомина и пулей метнулся к въезду на подземную стоянку торгового центра «Помор».

Мы тоже не тупили. Ибо не горели желанием попасть под пулю снайпера, замеченного перехваченным дроном. Вот и влетели в «полумрак» прямо под объективом стационарной камеры.

— По эстакаде на минус пятый! — продолжил командовать Молниевик. И дал повод для оптимизма: — ГБР Конвоя в полутора минутах лета, вся полиция города переведена в особый режим, а район вот-вот оцепят…

Мы ускорились еще немного. Пробегая минус третий, услышали сначала отдаленные хлопки, а затем истошный вопль. Кнут не стал дожидаться наших вопросов, а довольно хохотнул:

— Барыня положила двух самых шустрых преследователей. А я, хе-хе, уронил снайпера. С крыши девятиэтажного дома.

— Дроном? — как-то очень уж спокойно спросила Чеботарева.

— Угу.

— Толково!

Тут наверху снова загрохотало, и Леонид Палыч «ушел» в картинку с тактической камеры Варвары. А когда канонада утихла, удивленно хмыкнул:

— Упорные парни, однако — потеряли уже пятерых, понимают, что хамят в непосредственной близости от Императорского дворца, но не унимаются…

— Там Барыне помощь не нужна? — на всякий случай спросил я.

— Нет, мой господин! — отозвался пестун. — Она оставила на въезде в гараж лавовое озеро и уже выдвинулась к нам.