Личинка
Шрифт:
— Послушай… — попытался успокоить разбушевавшуюся девушку.
— Ничего не хочу слышать! Вези меня обратно, откуда взял! — совершенно нелогично потребовала Кристина, забыв, что я её вытащил из под лап монстра.
На наши крики из подвальной двери высунулся Виктор. Оглядев нашу шумную компанию, он как всегда быстро и правильно сделал выводы, вмешавшись в монолог Кристины:
— Переверзин! — закричал он, направляясь в нашу сторону. — Ах ты, педофил старый, ты чего к ребёнку пристаёшь?! — подойдя к нам, он заслонил девушку своей могучей фигурой и, подмигнув
На наши крики начал собираться народ. На площадке второго этажа, остановилась Надежда Константиновна, с интересом наблюдая за представлением. В подвальную дверь выглянул Илья, с лицом, перемазанным машинным маслом. Поглядев на весь этот бардак, скрылся за дверью.
— Да я это, только помочь хотел, — забормотал я, отступая от Виктора.
Кристина, почуяв поддержку со стороны взрослых, воспрянула духом и, высунувшись из-за спины Виктора, поддакнула:
— А еще он лапал меня!
— Вот, ты еще и к ребёнку приставал! — разошелся мой друг, корча страшные рожи, но глаза его смеялись, выдавая удовольствие, получаемое от разыгравшейся постановки.
— Прекратите! — звонко крикнула Надежда Константиновна. — Что за балаган вы тут устроили?! Вроде взрослые люди, а ведёте себя как мальчишки!
Она строгим взглядом оглядела нас с Виктором, спустившись по лестнице, подошла к девочке и спросила:
— Дитя, как ты попала в этот дом?
— Вот он притащил! — ткнула она в меня пальцем и наябедничала. — Обниматься лез.
— Что, вот так просто — поймал на улице и притащил? — удивлённо изогнула бровь Надежда Константиновна.
— Ну, нет, — смутившись, ответила девочка. — На нас, в магазине, монстры напали, и он меня сюда притащил, — с каждым словом, говоря всё тише и тише.
— В магазине, я полагаю, ты от монстров пряталась?
— Нет, — совсем тихо ответила Кристина, глядя в пол, — еду искала.
— А Андрей Анатольевич, наверняка у тебя отобрал то, что ты нашла? — ехидно спросила Надежда Константиновна.
— Не-е-ет! — разревелась девочка, поняв, как только чтоона некрасиво поступила.
Обняв её, Надежда Константиновна, прижала девочку к себе. Та, хлюпая носом и глотая слёзы в месте со словами, зарывшись лицом в платье женщины, попыталась рассказать, что произошло в магазине. Но из-за разведённой сырости и текущих соплей, получалось, что-то невнятное, типа:
— Он мне… а я ему… и он тогда… — и всё это перемежалось всхлипами.
Погладив девочку по голове, Надежда Константиновна спросила:
— Кушать хочешь?
Та, молча, кивнула, не отрывая лица от зарёванного платья.
— Пойдём, я тебя накормлю, — отстранила она девочку от себя, заглядывая ей в лицо. — У нас мужчины такого славного бычка забили, я думаю, тебе понравится, — с этими словами, она взяла Кристину за руку и повела её на второй этаж.
Оглянувшись на середине лестницы, женщина строгим голосом сказала, глядя на меня:
— А у вас, Андрей Анатольевич, осталось одно невыполненное поручение…
Глава 17
— Да,
— В смысле? — не понял я.
— Теперь бабы будут гонять тебя в хвост и в гриву, — злорадно оскалился он.
— С какого перепуга?
— Ну, как же, идеальный мужчина — за хлебом послать, одна нога тут, другая там. Причём в буквальном смысле! — заржал Виктор.
— Ага, ага, — покивал я головой, — а ты будешь тапочки мне приносить, как самому идеальному мужчине.
— Ладно, — Виктор почесал бровь, — это всё лирика, ты чем сейчас займёшься?
— Ты же слышал, займусь поставками женских прокладок.
— Что, серьёзно?
— Ну, в одном из пунктов списка, значилось — средства женской гигиены, — многозначительно подняв палец, произнёс я.
Переглянувшись, мы дружно расхохотались.
— Хорошо, пойду я, а то там Илья заждался, — хлопнув меня по плечу, сказал Виктор. — И смотри у меня — к малолеткам больше не приставай! — шутливо погрозил мне пальцем.
Развернувшись, он потопал к дверям подвала, я же, прямиком ушел в магазин, на место разорённой кучи, ранее набранных вещей. Ибо встречаться с кем-то не хотелось, так как мысль, засевшая в голове, не давала покоя. Хотелось её хорошенько обдумать, прежде чем делиться с кем-то своими соображениями.
Появившись возле разваленной кучи вещей, первым делом осмотрелся. Но только ни черта не увидел. Постарался на слух определить, есть ли кто-нибудь в магазине. Тишина стояла как на кладбище, только ветер на улице трепал обрывки рекламных баннеров, да поскрипывал разорванной облицовкой здания.
«Кристина, дай картинку».
«Какую картинку?»
Мне показалось, или в голосе моего персонального компьютера послышались ироничные нотки, совсем чуть-чуть.
«Включи ночное зрение».
Раздраженно пояснил я. Вот, будут ещё компьютеры всякие надо мной стебаться. Дождавшись когда мир выцветет, подошел к раскиданным вещам. Желание всё это собирать отсутствовало напрочь. Попинав раздавленные коробки, отправился бродить по тёмным закоулкам магазина, надеясь найти места фиолетовых вспышек, заодно выискивая вещи, полезные в плане выживания. Совершенно случайно забрёл в продуктовый отдел, откуда пришлось ретироваться зажав нос. Запах там стоял, скажем так, специфический.
Через полчаса бессмысленных блужданий, остановившись неподалёку от входа, решил всё-таки вернуться к выполнению поручения от Надежды Константиновны, но голоса, проникшие в тишину разорённого магазина, заставили меня замереть. Разговаривали трое:
— Командир, она точно сюда приходила, — говорил один, — мы с Шилом видели, как она вокруг магазина бродила.
Прислушавшись, замер на месте, боясь малейшим звуком выдать себя. Три тени заслонили дневной свет, идущий от дверей. От входа меня укрывала пустая стойка, на которой раньше лежали конфеты, так что вошедшие не могли меня заметить.