Лило
Шрифт:
– Один, подруга, один. Причём очень простой. И звучит он примерно так: «Слышали ли вы что-нибудь подозрительное этим днём?». Вот и всё, на этом всё общение должно было закончиться. Так нет же, давай попьём чаю, посидим, потрещим.
– Не всё так плохо.
– Спорный вопрос.
– Мне кажется или в вашем голосе мелькает ревность? – улыбнулась она.
– Какая, к черту, ревность, ты вот лучше в своём шкафу посиди часок-другой, тогда мы и посмотрим, какая в тебе ревность проснётся.
– В шкафу сидеть я не согласна.
– То-то и оно.
– Есть хочешь?
– Да. Поесть я не откажусь.
– Сэндвич?
– Это булка с мясом и сыром?
– Это сэндвич.
– Послушай, я не американец, всех ваших фишек не знаю.
– Я поняла, что ты не американец, у тебя акцент какой-то странный.
– Я русский.
– Ты русский? Ты из России? Это там, где медведи?
– Слушай, ты палку не перегибай. Какие, к чёрту, медведи?
– А что, это не так?
– У нас не медведи, а Достоевский, Менделеев и история одной губернии богаче всей вашей истории за все 200 лет её существования!
– Неужели? А почему вы такие нищие?
– Это мы нищие???
– Ну да, у вас, кажется, денег как у Африки. Ну, или типа того.
– Я тебе сейчас тупо в лоб дам!
– Я не удивлена, что дикарь с севера женщину ударит.
– И убьёт. Ты вообще слышала, что такое холодная война? Это когда две сверхдержавы в своих руках мир делили. Ну так вот, учитывая, что со знаниями туго, я поясню: с одной стороны это были русские, с другой – американцы.
– Да знаю я.
– А что тогда вопросы глупые задаешь?
– Да так, интересно.
– Что-то я не верю в простой интерес.
– Я соврала насчет интереса, Сэм из России.
– Всё еще считаешь, что я вор?
– Да.
– Может, ты что-нибудь успела приготовить, я очень проголодался. В конце концов, я весь изранен, да и не ел уже несколько часов.
– Бифштекс с кровью. Он, конечно, не на жаровне, но хорош. Попробуешь?
– Давай.
Мясо было вкусным. Американки вообще неплохо управлялись с этим сытным ингредиентом, готовя из него просто замечательные блюда. Насытившись, он прилёг на диван. Запах женщины приятно щекотал ноздри. Неизвестные, но явно качественные духи обладали приятным успокаивающим ароматом. Вдохнув поглубже, он краем глаза заметил, как Лило пошла в ванну.
Её розовый халат слетел возле самой двери, оголив нежные хрупкие плечи. Он вздохнул. У него уже давно не было секса, так как доступ к деньгам или порталу был строго ограничен. Что же касается отношений, так тут вообще была бездна непонимания, избежать которую было практически невозможно.
Послышался первый всплеск. Дмитрий нервно заелозил. В хорошо натренированном воображении лихорадочно всплывали различные четкие картины происходящего омовения, изрядно дополненные эротическими деталями. Новый всплеск добавил красок. Он сел. Изнасилование для Дмитрия было неприемлемо, это было ниже его достоинства и никак не вязалось с новой философией жизни. Он посмотрел в зеркало. По идее, он парень красивый, возможно, если предложить еще денег, то она
Подойдя к ванной, он заметил, что дверь не заперта, и это было хорошее начало. Когда он открыл ее, то первое, что пришло на ум, это факт наличия длинных красивых ног, по крайней мере, левой. Вытянув конечность во всю длину, барышня игриво подмигнула, ощутив восторженное мужское восприятие её тела.
– Красивая?
– Да, – его взгляд скользнул по сверкающей в свете лодыжке, – очень.
– Природа. У меня красивые родители.
– Наверное.
– Ты зачем пришёл?
– Полюбоваться.
– Полюбовался?
– Нет еще.
– Тогда проходи, а то холод впускаешь.
– Спасибо, такое отношение к гостю приятно.
– Тебя всё равно не выгнать.
– Да, наверное, сложно уйти от такой красоты.
– А теперь расскажи мне что-нибудь интересное, не будешь же ты просто стоять и пялиться, как доморощенный студент.
– Ты что, жила в общежитии?
– А что, чтобы сказать такую фразу, нужно обязательно пожить в общаге?
– Нужно. Наверное.
– Путаешься? Такое бывает, вдох-выдох. Иначе совсем потеряешься.
– Я видел голых женщин.
– Какой ты молодец. Ну и как? Понравилось?
– Да.
– Ну и хорошо, да пусть отпустит тебя недюжинная фантазия.
– Ты по краю ходишь.
– На изнасилование намекаешь или на убийство?
– Видно, я тебя нисколько не пугаю.
– Да, нисколько. Вот не чувствую я в тебе кровожадного убийцу. Увы. Иначе давно бы что-нибудь опасное сотворила.
– А ты умеешь?
– Могла бы.
– Хочешь заработать несколько тысяч долларов за одну ночь?
– Ой, – она широко открыла глаза, – да ты мне предлагаешь отдаться? Скажу честно, удивил.
– Это задаток, потом дам больше.
– А потом – это когда?
– Когда закончу своё задание.
– Несколько тысяч за одну ночь? Хм, звучит заманчиво.
– Потом еще и еще.
– Продолжай.
– Это всё.
– А если я скажу «нет»?
– Нет – это нет, я не насильник.
– Что, действительно займешься рукоблудием?
– Если порнуху найду.
– К сожалению, не храню.
– Грустно, – Дмитрий улыбнулся и, присев на край ванны, слегка коснулся воды. – А почему ты одна?
– Это не играет роли.
Он посмотрел ей в глаза. Она улыбалась.
– Ладно, мойся. Одна так одна.
Он вышел из ванны. Пора было уже заканчивать весь этот фарс и возвращаться обратно. Разве что сперва стоило заглянуть к старухе. Ведь работу никто не отменял.
Аккуратно вскрыв дверной замок и воткнув собаке в глаз ручку, Дмитрий бесшумно скользнул в спальню. Браслет был на руке старухи, стало быть, задание закончилось. Повертев безделушку в руках, он ещё раз подумал о Лило. Всё же что-то было в этом персонаже, что-то очень привлекательное. Но, увы, привыкать нельзя, всё равно все кассеты сжигаются. Он выдохнул и пошёл к двери, возле которой в луже крови лежала мертвая собака.