Лимитерия
Шрифт:
Лимит изумлённо приподнял брови и переглянулся с Пряником. Новость, конечно, не открыла им глаза на мир сей: Лешие, пускай не все, помышляли похищениями женщин. Они затаскивали бедняг в свои чащи и там насиловали. Таким образом демоны леса обычно наказывали смертных людей за их грехи, но, порой, делали это и просто так.
– Коря, значит, был парнем Ризы, потому разницы в замене она не заметила, – догадался Хог, вспомнив сегодняшнюю жертву.
– Всё правильно, друг мой. Лешие принимают облики возлюбленных желаемых им дам, а после совершает акт. Это не похоже
– Почему вы не убьёте его?
– Он запомнил запахи всех, кто обитает на кордоне. Стоит кому-то из наших оказаться в пределах ста метров от него, как он тотчас сбежит. Это непростая задача, Хог, да ты и сам, думаю, прекрасно всё понимаешь. По глазам твоим вижу, что имел возможность с подобными лиходеями столкнуться.
Хог хмыкнул. Видно, мало Сахаров понимал в охоте на таких, как Леший. Достаточно изваляться в грязи (а лучше – в навозе), чтобы заглушить запах собственного тела, а уж потом идти на охоту. Хотя, учитывая короткие юбки, чулки и рубашки, коими, как глянцевой бумагой, сверкает местная шантрапа, ничего удивительного в неспособности волонтёров разобраться с демоном Лимит не видел.
Хог допил чай и перевернул стакан, тем самым завершая чаепитие.
– Значит, турнуло нас с Пряней в Росскею, – задумчивым голосом изрёк он, бросив зоркий глаз на карту мира, что висела на стене за спиной Максима. – Да уж, далековато от моей родины.
На мировой карте изображался один единственный материк, омываемый Морем-Окияном. Он был поделён на две большие и одну маленькую части. Северо-западная была зелёной – Лимитера. Южно-восточная имела красный цвет – Эйрия. И только в самом низу, покрашенная в серый цвет, находилась миниатюрная Росскея – единственная страна, где враждующие друг с другом лимитеры и эрийцы более-менее могли мирно сосуществовать.
Росскея – морская страна. Здесь никогда не бывает холодно, ибо лето тут бесконечно. Многие посещают нейтральную территорию по разным причинам: одни хотят побывать на забытых росскийских островах, других манило самое красивое в мире Алтийское море, а третьи ищут здесь покой, которого нет в двух могущественных сверхдержавах.
Просто так в Лимитеру Хог не вернётся. Без документов, которые Лимит по «счастливой» случайности сегодня оставил дома, в страну его никто не пустит. А доказать своё лимитийское происхождение, что называется, «на словах» – дохлый номер: нет у него знакомых, которые бы подтвердили истовость Хога.
Лимит удручённо вздохнул.
Сходил, называется, за артефактом.
– Я могу помочь тебе пересечь границу, Хог, – вдруг сказал Максим.
– Я так понимаю, сейчас должно прозвучать примитивное «Но», не так ли? – с издёвкой уточнил искатель приключений.
– Ты прав, друг мой. Но не из чувства собственной наживы хочу предложить тебе я это, а лишь потому, что без некоторых… мм, сертификатов
– Говори прямо, Макс! Не люблю увиливания!
– Я должен подкрепить своё слово чем-то. Приглядный артефакт, пожалуй, лучший конверт, который можно передать нужному человеку во время личной аудиенции.
– Ага. Значит, я работаю на тебя, а ты выплачиваешь за меня ипотеку.
– Мы от этого сотрудничества с тобой только выиграем.
Хог прищурил взгляд, устремлённый на Макса. Всё же профессор не таким простым оказался: умеет он торговаться и стелить красиво. Но так ли оно замечательно всё на самом деле?
– Ну и что я должен сделать? – спросил Лимит. Сахаров улыбнулся.
– Для начала – вступить в команду, которую я основал тремя месяцами ранее. Сейчас в ней только четыре человека. Ты станешь пятым.
– Почему я не могу работать соло? Компанию мне и так составляет самый лучший в мире напарник.
Пряник просиял от услышанного.
– Я нисколько не умаляю достоинства твоего друга, Хог, но, уверен, ювелирный подход к поиску искомого – не ваш конёк, – проницательно подчеркнул Макс. – Ты, вижу, хороший охотник и славный воин – однако, судя по твоей истории с тем храмом, метод работы у тебя грубый. Для науки это непростительно.
– Науки?
– Я уже сказал тебе, Хог: мне не нужна нажива в виде денег. Меня интересуют знания, коих пруд пруди в артефактах, в древних храмах, на потерянных капищах. Если тебе станет от этого проще – просто думай обо мне, как о борце за идею.
Хог призадумался.
– В основанной мною команде есть люди, способные читать резы. Она организована и слажена, отлично дисциплинирована и, самое главное, проверена. В ней, кстати, состоит моя дочь. Полагаю, это наилучшее доказательство того, что я предлагаю тебе не кота в мешке.
– Соглашусь с Максимом Сахаровым, Кнутик: ты не разбираешься в резах и всё на авось делаешь, – поддержал профессора Пряник. – Давай лучше вступим в команду, чтоб с нами больше не повторилось того, что случилось сегодня.
Лимиту не хотелось объединяться с кем-либо, кроме енота, но иных вариантов не было. Либо толпой – на пати, либо один – у корыта.
– А гроши я получать буду? – вопрос Хога рассмешил добряка Сахарова.
– Ахах, конечно, будешь. Всё, что ты найдёшь во время вылазок на задания – твоё. Ведь тем и занимаются волонтёры: они обеспечиваются тем, что находят и продают.
– Чем, по сути, мы с тобой и занимались всегда, Кнутик, – добавил Пряник. – Нашли артефакт, продали его, получили деньги – и пошли кушать.
Хог подумал, подумал – и решил:
– Окей. Я вступлю в твою команду (на время) и помогу всем, чем нужно. Однако сомневаюсь, что твои «чада» после сегодняшних моих выкрутасов меня примут с распростёртыми объятиями.
– Не переживай, у меня для такого случая припасена отличная отмазка. Она идеальна настолько, что вмиг поднимет твою репутацию до уровня нейтрала. Но её придётся подкрепить действием, а точнее – твоим первым боевым заданием.
– Ну что ж, я заинтригован, Максик. Стели.