Линчеватель
Шрифт:
Я резко развернулся на стуле к двери. Рука потянулась к спрятанному за поясом пистолету.
– Успокойся, линчеватель, - Настя погладила меня по плечу.
– Это всего - лишь доставщик пиццы. Мне пришло сообщение, что он приехал. Вряд ли он серьезный преступник, достойный казни.
Она рассмеялась, показав пришедшее на ее телефон сообщение. Чмокнула в щеку и побежала открывать дверь.
***
– Ты сегодня работаешь?
– разочарованно протянул я, разглядывая стоявшую перед зеркалом Настю. И с кровати открывался прекрасный вид на .... спину
– Да. Заодно и узнаю, чем там вчера дело кончилось, - ответила она.
Настя вертелась перед зеркалом, расчесывая свои красивые длинные волосы. Обернувшись, и увидев мою вытянувшуюся от разочарования рожу, она подошла к кровати:
– Ну-ну. Не грусти. Сьездишь, проведаешь своего раненого друга. Заодно и телефон заберешь. Ты же его там вчера забыл?
Она игриво провела кончиками ногтей по моей груди. Склонилась, целуя меня в губы. Я обнял ее за талию, опустив руку чуть ниже. Но Настя со сделанным возмущением тут же шлепнула меня ладонью по руке:
– Ты что делаешь?
– нарочито строго спросила она.
– А ну не распускай лапы! Я девочка из приличной семьи!
Я обиженно посмотрела на нее. “Приличная девочка” лукаво улыбнулась, проведя ладонью по моему животу и медленно опускаясь все ниже. И, в отличие от нее, протестовать я не стал.
– Ну все. Я побежала.
Настя отдернула руку, высвободилась из моих объятий и слезла с кровати.
– Тогда погоди. Я свалю вместе с тобой.
Зевая, я встал с кровати.
– Зачем? На кухонном столе тебя ждет небольшой подарок, - Настя заговорщицки мне подмигнула.
– Все, убежала.
Уже пороге она обернулась и крикнула.
– Да. Позвони как только заберешь телефон. Целую тебя.
И дверь захлопнулась, оставив меня в одиночестве.
Сладко потянувшись, я снова рухнул на кровать, закрыв глаза и проваливаясь в сон, чтобы проснуться через пару часов, отдохнувшим, полным сил и готовым к новым свершениям.
Небольшим подарком был запасной комплект ключей от Настиной квартиры. Я взял их со столешницы, подбросил, ловко поймав. Прекрасно. К Гоблину я пока не собирался. Хотелось прогуляться по городу.
“Вы желаете установить метку на данную цель”?
Нет, блять. Миссклик. Конечно, желаю!
В этот раз, к моему величайшему удовольствию, маркер отметил цель неподалеку от Настиной больнички. Ну, пора навестить клиента.
Телефона у меня с собой не было, так что, от такси пришлось отказаться. Вместо машины пришлось, опустив на лицо козырек бейсболки, ловить на остановке маршрутку, в душном салоне которой собрав все пробки, я провел всего - то тридцать минут. Можно было прогуляться, однако попадаться на глаза патрулям полиции мне не хотелось.
Заполненная людьми маршрутка выплюнула меня на остановке неподалеку от больнички, где мы с Филином едва не спалились. Открыв интерфейс, я сверился с навигатором. Цель сидела в “Тортуге”. Отлично. Заодно там и позавтракаю.
Я проскочил мимо знакомой статуи гостеприимного пирата, уселся в самом углу, осмотрел зал из - под надвинутого
“Цель опознана”.
Одного из немногочисленных клиентов заведения окутал ярко - красный ореол. Хитрая система не выдала задания на убийство жертвы. Что же, посмотрим, как будут развиваться события далее.
Меню “Тортуги” порадовало меня “пиратским завтраком”. Заказав эту комплексную шляпу и кофе, я принялся терпеливо ждать. Цель не спеша трапезничала и ресторан покидать не торопилась. Я успел доесть скудный завтрак пирата, пожалеть, что заказал эту хуету и заказать вторую чашку кофе - а цель все сидела за своим столиком. И у меня даже мелькнула было шальная мысльподобраться к столику директора “Цитадели” и устранить цель в пустом кабаке, как обстоятельства изменились.
В зал “Тортуги” вошел невысокий лысый мужчина средних лет. Осмотрев зал и заметив моего клиента, он направился к его столу. Ага, вот и новые лица спектакля. В сегодняшней слежке появляется хоть какой - то интерес.
Вошедший сел за стол к Серову и, перекинувшись парой фраз с официанткой, заговорил с трапезничавшим директором ЧОПа. Эх, не слышно отсюда нихуя. Впрочем, это легко поправимо.
Оставив на столе чашку с недопитым кофе, я осторожно пересел чуть ближе. Теперь от Серова и его собеседника, меня отделяло всего пара столиков. Однако, слышимость улучшилась.
– Эти уебки пролезли ночью в лабораторию, спиздили образцы, залили все в хранилище какой-то химической хуетой и спокойненько съебались!
При этих словах, лицо толстяка покрылось красными пятнами от злобы. На лбу выступили капельки пота. Толстыми, похожими на сардельки пальцами, он схватил со стола салфетку и промокнул лоб.
– Эти, как ты выразился, “Уебки”, Витя, раздербанили нашу лабораторию и сожгли нахуй схрон, в котором товара на несколько миллионов лежало. И это за два дня.
Чуточку хрипловатый голос Серова, в отличие от срывающегося на визг и брызжущего слюной собеседника, был абсолютно спокоен.
– А что самое обидное - они убили химика, который на нас работал. А мы с трудом нашли такое светило науки. С трудом уговорили с нами работать. Теперь у нас на попечении его больная раком жена, из-за которой он в этот блудняк и вписался, и двое детишек.
– Так избавься от бабы и детей - и все дела, - предложил Прохоров.
– Что проще - то. Бабе так и так скоро край.
– Ты совсем ебнулся, Витя?
– с нескрываемым гневом прорычал Серов.
– Я слово химику дал, что все с его родней будет нормально. А я, в отличие от тебя, держу слово, данное людям. Это весь город знает. Так что теперь баба и ребятишки мертвым грузом повисли на содержании Синдиката. Хотя бы из уважения к покойному Хайзенбергу и качеству его товара, который он для нас производил. И ничего уже с этим не попишешь. Но я о другом. На фирме, Витенька, повисли большие убытки. Которые надо как-то покрывать, - продолжал Серов.
– И нужно этих ребяток найти. Пока они еще чего - нибудь не нахуевертили.