Линчеватель
Шрифт:
– А почему не пошел в полицию? – спросил я.
– Потому что не взяли без службы в Вооруженных Силах.
– А в армию тебя психиатр не пропустил? – поддел его я. – Признал тебя невменяемым?
– Нет, - абсолютно спокойно ответил Гоблин. – Я прошел комиссию. Просто сбежал с распределительного пункта. Ох, и забавная же тогда приключилась история…
При воспоминании о побеге, его голос наполнился такой неподдельной радостью, что я потрясенно замолчал. Чем больше нового я узнавал о своем знакомом, тем больше
Желтый сигнал светофора замигал, сменяясь зеленым – и наша машина поехала по улице ночного города. Я уставился в окно, рассматривая мигающие витрины магазинов и редких прохожих, неторопливо прогуливающихся по тротуару.
– И что будет дальше?
– Дальше? – переспросил Гоблин. – Полицейские оцепят дом. Прошерстят его от подвалов до крыши. И нихуя не найдут. Только бедолагу – кабельщика, который, матерясь, пытается устранить неисправности. Он опишет двух парней в серых кофтах. Лица не рассмотрел, темно было, да и капюшоны закрывали. И привет.
– Нас начнут искать.
– Ну, во - первых, - Гоблин начал загибать пальцы, - тебя и так ищет вся полиция этой страны. Во-вторых: проще будет найти в темной комнате черную кошку, чем нас в городе – миллионнике. Первого же ты вообще без свидетелей зажмурил, так?
Я кивнул.
– Вот. А второго… двое неизвестных в серых толстовках и масках. Черные джинсы… Короче ищут давно, но не могут найти парня какого-то, лет двадцати. Под такую ориентировку полгорода можно смело подписать. А был ли мальчик? Хуйня все это, короче, не парься.
Скажи мне, друг Гоблин, - задумчиво протянул я. – А вот ты с детства такой ебнутый, или какое-то событие твою жизнь так поменяло?
– С чего ты взял, что я ебнутый?
– Гоблин обернулся ко мне, удивленно приподняв брови уставился на меня.
– Потому что ты неадекват, блять. Очевидно же.
– Хм, - Гоблин задумчиво почесал подбородок.
– Филин, я неадекват?
– обратился он к водителю. Тот невозмутимо кивнул, не отвлекаясь от дороги.
– Ну вот, - со сделанным разочарованием протянул Гоблин. – А я думал, мы друзья, Филин.
Он скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья, уставившись на дорогу.
Машина свернула, въезжая через арку в двор-колодец и останавливаясь у высокой семнадцати этажной свечки
– Приехали, - пробурчал Гоблин, обернувшись ко мне.
– Слезайте, ваша станция.
– Эй! – возмутился, было, я. – А ангар? Куда вы меня привезли?
– Не паникуй. Не все время нам жить в каких-то гаражах. Это твоя новая берлога, снятая на левого человека. Какое-то время поживешь здесь.
Гоблин вытащил из кармана ключи и бросил их мне
– Двадцать шестая квартира. Не перепутай.
Я растерянно кивнул, рассматривая ключи.
– Давай, вали уже, - раздраженно протянул Гоблин.
Я, молча, вышел из машины. Хлопнул дверью – и машина сорвалась
– Хуйня какая-то происходит, - пробормотал я и направился к дому.
Глава 4. Хитрый план
Сам Гоблин объяснил свой поступок так:
— Трусливые ничтожества! — обратился он к нам. — Ни у кого из вас не хватило бы ни твердости, ни силы духа для того, чтобы подобное совершить.
В этом он был абсолютно прав. Никто из нас, святая правда, не смог бы сделать и половины того, что замыслил и исполнил тогда брат Гоблин!
Djonny. "Сказки темного леса"
Проснулся я от грохота, доносящегося с кухни. Кто-то бессовестно гремел посудой, мешая закрыть глаза и вновь провалиться в сон. Забросив эту идею, я открыл глаза и огляделся:
Просторная комната, залитая солнечным светом. Что-то бормотал висящий на стене телевизор, который я забыл вчера выключить. Стол у кровати, на котором стояла пустая четырехгранная бутылка из-под текилы и пустой стакан. Рядом стояла тарелка с несколькими дольками засохшего лимона. На тарелке же лежал грязный нож.
«Кто я? Что я здесь забыл?»
Голова немилосердно болела. Во рту было сухо, словно в пустыне. К горлу подкатывала тошнота.
Кто-то опять зазвенел тарелками на кухне, отчего в голове, словно взорвалась бомба, рассыпав перед глазами снопы разноцветных искр. Очень захотелось встать и с особой жестокостью забить источник шума ножкой от табуретки. После чего наконец-то урвать еще хотя бы пару часов сна.
Воспоминания пробивались, словно сквозь плотные клочья черного тумана. Я и Гоблин едем к какой-то общаге. Я поднимаюсь по лестнице наверх. Удары отверткой. Обмякшее тело. Резкая спонтанная атака в парке. Бег. Крыши…
– Подъем!
Кто-то заорал от двери. И в этом крике было столько садистского веселья, от издевательств над болеющим человеком… от этого крика, словно прямиком проникшего в мозг, я беспокойно заворочался.
Гоблин ворвался в комнату как ураган, держа в руке кружку с горячим чаем:
– Ну и бардак на кухне, - резюмировал он. А затем его взгляд упал на пустую бутылку:
– Это правильно, - протянул он, и в его голосе я четко расслышал нотки понимания. – Первый раз тяжело уснуть, не усыпив страх. Или совесть. Причины у всех разные. А вот снотворное одно.
– Чего тебе надо? – прохрипел я, с трудом разлепив пересохшие губы. – Как ты вообще сюда попал?
– Оставил себе дубликат ключей, - просто ответил Гоблин, отпивая из кружки чай. – А ответ на второй вопрос прост: нас ждет работа.