Линда

Нориэль неслась по темным улицам, стараясь не потерять из виду спину удирающего монстра. Под ногами хлюпала не то вода, не то грязь, но точно что-то мокрое и холодное. Сшитые на заказ сапожки разбухли от осенней жижи и явно собрались погибнуть смертью храбрых. Перед глазами девушки как живая встала отданная за них сумма, и монстр стал еще более мерзким. Надо прибавить скорость. Вот сейчас она его догонит и… и что?

Пристрелить его не удастся, пули проходят сквозь омерзительное, склизкое, будто все время меняющееся

тело, вроде бы не причиняя никакого вреда поганой нечисти. И откуда он только такой вылез? Линда говорит, что монстр местный, но верится в это с трудом.

— Нориэль, ты что там, уснула?

От возмущения у девушки перехватило и без того сбивающееся дыхание, не позволив ей немедленно высказать всю силу начальственного заблуждения. И так ноги едва касаются земли!

— Линда! Где Вы?

— На месте. Я всегда на месте.

— На каком месте?! Тут темно и никого нет кроме этого упыря! Долго мне еще тут легкоатлетку из себя корчить?!

— Не ори, береги дыхание, — голос в наушнике стал ехидным, — о! А вот и ты…

Глас судьбы смолк, а из-за ближайшего поворота, куда так неосмотрительно свернул преследуемый, раздался какой-то загадочный треск и вспышка. На месте… и как она всегда оказывается сразу в конце пути?!

За углом обнаружился крепенький парень в костюме защитной раскраски деловито упаковывающий убиенного монстра в пластиковый пакет, неопределенного возраста женщина, в теплом шерстяном платье и длинной косой удивительного медового оттенка, бросающая короткие тихие фразы в коммуникатор, и еще один персонаж, прямо-таки лучащийся восторгом.

И этот тут!

При виде красавца-блондина в дорогом костюме девушка возмущенно засопела. Ухватился за директорскую юбку и гордится! Тоже здесь. И ботинки блестят! Это посреди грязнущей улицы! Да его самого надо посадить в клетку и изучать!

— Отличная работа, Никита. В очередной раз твой гений спасает мир! — Линда задумчиво покрутила в руках непритязательную серую коробочку, — и, кстати, отлично выглядишь. Нориэль, ты что через лес продиралась?

Чрезвычайно непристойный ответ, родившийся в душе запыхавшейся девушки, порвал все рамки приличия и рванулся наружу, практически нескончаемым потоком площадной ругани. Да какого черта! Она бежала через полгорода за этой нечистью, из последних сил не дав ей сожрать целых троих бомжей, коими эта штука пыталась перекусить в дороге, вся измурзалась в его отвратительной слизи, хорошо хоть без запаха, чуть не умерла от страха прыгая по крышам гаражей, а теперь еще и претензии слушать?!

Но слова умерли, насмерть разбившись о смеющийся взгляд Линды. Вот сволочь!

— Ладно, мальчики и девочки, хватит лирики. Бронюс, что там у тебя?

— Все чисто, — мягкий прибалтийский акцент скрывал интонацию, если она, конечно, была, что весьма сомнительно, — Вас никто не видел. Разъяснительную работу с бомжами я уже провел. Можете возвращаться.

— Нет уж. Раз все в порядке, то я иду спать. А также спать идут Никита и Нориэль. Ты, как закончишь, тоже свободен. Кирилл, — Линда обернулась к суровому парню,

хмуро пихающему в микроавтобус уже упакованное тело, — тебе желаю успехов в труде! Отчет о вскрытии жду утром. Все, пока.

Прощаться со стремительно удаляющейся в ночном мраке фигурой никто не стал. Да она и не ждала. Отключила коммуникатор, поправила уцепившуюся было за наушник прядь, и… исчезла. Ни звука шагов, ни тени. Как будто и не было.

Тройка молодых сотрудников заворожено проводила ее взглядами.

— А может, ее и не существует вовсе? — романтичная Нориэль захлопала длинными ресницами, привычно срываясь в омут околофилософских размышлений, — может, Линда, это и не живое существо, а теоретический конструкт?

— Божество? — Кирилл усмехнулся, отряхивая форму, — скажи ей, она коллекционирует идеи на счет своего происхождения. Никита считал ее киборгом из будущего. Бронюс инопланетянкой. Теперь вот новая версия.

— А ты, — девушка вернулась из высоких сфер, заинтересовавшись возможностью узнать хоть что-нибудь о необщительном коллеге. Раз уж заговорил, надо пользоваться! — что думаешь?

— Мне все равно. До завтра.

— Счастливо повеселиться! Мог бы и подвезти.

Сказано это было уже вслед отъезжающей машине, так что особого эффекта не возымело. Весь в Линду. Каков поп, таков и приход.

Нориэль растеряно осмотрелась, пытаясь определить, в какую из грязных подворотен надо двигаться, чтобы выйти к какой-нибудь дороге, где можно поймать машину. Если, конечно, кто-нибудь согласится пустить в салон замызганное существо жутковатого вида. Или лучше двигаться к метро? Оно часа через три откроется. Но тогда придется ехать на базу, а спать завтра. Засада.

— Бронюс, ты еще там? — более сообразительный блондин изящно коснулся пальцем сенсорной панели, оживляя коммуникатор, — проведи меня домой, а? Я же здесь недалеко живу?

— Да. Сейчас двигайся влево, потом на третьем перекрестке опять влево, выйдешь к церкви.

— О! Гран мерси! Оттуда уже рукой подать.

— Не за что. Я пока на связи, если заблудишься. Закончу отчет.

Нориэль вздохнула. Сознаваться в собственном бессилии, после получения разряда по спортивному ориентированию было стыдно. Да еще при Никите. Ладно, в конце концов, раз она все равно решила ждать метро, то можно поблуждать по спящему городу в поисках цивилизации. За три часа-то она всяко набредет на верный путь!

— Элеонора, ты не проводишь меня до дома?

— Нориэль! — возмущение снова плеснулось через край, — когда же ты запомнишь, человек?!

— Эй-эй! Галадриэль Элрондовна! Не шуми так, разбудишь…. Кого там у вас, чумовых принято бояться? О! Разбудишь предвечное зло, от века обитающее во тьме! Короче. Пошли, а? А то район тут… неспокойный. А Эскалибур Линда забрала.

Отлично! А мама еще спрашивает, отчего она никак не найдет себе парня! Да зачем он такой нужен?! Сначала терпи его хамство, а потом еще от хулиганов защищай. Хотя… делать-то все равно нечего. Времени вагон… можно и проводить. Будет потом повод посмеяться.