Литта
Шрифт:
Нынешняя ярость, не находившая выхода, заставляла Криса с трудом сдерживать себя. Где-то стороной он находил силы удивляться себе — так нервничать? Он никогда не думал о себе как о несдержанном человеке. Но… В его душе безумствовал шторм — лицо застыло, перекошенное гримасой, которую лишь оптимистично настроенный человек мог бы назвать улыбкой… Он здесь — Литта там. Бессилие… Беспомощность…
Изредка в помещении раздавался короткий стон сквозь зубы, от которого вздрагивал экипаж. Он знал где-то внутри себя, что ещё немного — и никчемность его злобы прорвётся всё-таки неудержимым
От следующего нечаянного всхлипа у присутствующих холодом обдало спины. Один из операторов, охотник, не прерывая поиска слабого места во вражеском силовом поле, помедлил и набрал условный код своего непосредственного начальника. Охотник понадеялся, что сейчас наступил тот самый экстренный случай, ради которого можно побеспокоить начальство.
Через минуту в рубке появился Вэл. Он оглядел всех и решительно направился к Крису. Звук его шагов отвлёк Криса от бесплодного самобичевания.
— Что-то произошло?
— Не то, чего ты ожидал. Крис, ты заставляешь экипажи психовать. Возьми себя в руки. Займись чем-нибудь. Или уйди к себе. Нервы всех и так никуда не годятся.
— Вэл, зачем я отпустил её?
Командир охотников непроницаемо смотрел в страдальчески застывшее лицо Криса. И внезапно резко и сильно ударил его, метя в челюсть. Голова Криса мотнулась — кто-то из охотников замер, не веря глазам. Следующий молниеносный удар ногой в плечо — и не выдержавшее кресло свалилось вместе с Крисом. Кресло ещё катилось до стены, а Крис извернулся кошкой и вскочил ошеломлённый. Кровь из разбитого рта он сначала вытирал ладонями, но наконец просто выплюнул кровавый сгусток на пол и жёстко взглянул на Вэла.
— В чём дело?
— Плохие реакции, — удовлетворённо отметил Вэл. — Раньше ты бы перехватил бы мою руку или ногу и здорово отмутузил меня. Тебе надо сменить тему для сентиментальных размышлений, Крис. Я предлагаю такую, например: что, если её жизнь будет зависеть от моей реакции?
— Тебе легко рассуждать, — холодно ответил Крис. — Не твоя жена в опасности.
— Я мог бы удариться в воспоминания и привести парочку примеров, когда я был с Литтой в минуты реальной опасности. Но тебе эти воспоминания не нужны. Мне подчас кажется, что ты очень плохо её знаешь. Так вот, я уверен на все сто, что она в данную минуту где-нибудь на тренировке и старается думать только о правильности и чёткости удара.
Крис угрюмо промолчал.
— Найди себе дело. Поиграй в компьютерную игрушку. Узнай, как дела на Эрис. Поговори с лордом Александром. Перебери своё оружие и устрой, чёрт побери, проверку готовности экипажей!
— У меня глупое ощущение, — монотонно выговорил Крис, — что всего лишь необходимо сделать один-единственный шаг — и я буду там, на базе. Понимаешь, это очень глупое ощущение, но оно никак не оставит меня. Перешагнуть через какую-то планку. Через порог. Знать бы только, в какую сторону шагнуть. Мне всё время кажется, ещё немного — и я разгадаю. Но меня бесит подвешенное состояние неуверенности. Поэтому я не могу заниматься ничем другим. Наверное.
После некоторых размышлений Вэл кивнул, то ли своим мыслям, то ли соглашаясь.
— Литта показывала тебе приёмы работы с энергией?
—
— Она работала с тобой? Тестировала на чувствительность?
— К чему ты ведёшь?
— Литта дала несколько уроков моим охотникам — тем, кому выбрала сама. Ты знаешь об этом. Перед отлётом сюда мне сообщили, что один из них, не видя и не чувствуя, совсем как ты, обрёл способность считывать с вещей, с любых предметов, их прошлое. Эта способность пока слаба и неуправляема. Но начало положено. Мне думается, твоё колебание на грани необычного шага тоже похоже на обретение какого-то знания или умения сверх обычного физического уровня. Попробуй вспомнить уроки Литты. А вдруг ты придёшь к простейшему решению нашей проблемы? Чем чёрт не шутит?
— Ты предлагаешь вспоминать? — медленно начал Крис. — Лишь бы не психовал, да?
— А ты попробуй! — подзадорил его Вэл. — Времени на эксперименты достаточно.
— Я попробую… Но когда всё закончится, не забудь встретиться со мной где-нибудь в тихом уголке. За тобой должок.
— Ах, как я испугался!
Усмешка Криса могла бы показаться безнадёжно скептической, если бы не заметная собранность, как перед прыжком. Теперь, когда перед ним поставили определённую цель, к которой можно стремиться, он внешне успокоился. Сел в другое кресло и закрыл глаза. Твёрдые, напряжённые черты лица расслабились. Крис начал погружаться в состояние отрешённости.
Вэл промокнул кровь с кулака салфеткой и, подмигнув облегчённо вздохнувшему экипажу, вышел из рубки…
В углу, где стояло кресло Криса, переплетались тени различной насыщенности. Если бы Литта присутствовала в рубке, она бы увидела, как нависла над мужем странная кожистая фигура, похожая на кокон, и почуяла бы за слоями кокона другую, нечеловеческую усмешку.
Но Литты не было. А кокон медленно расправлял невидимые крылья, и скрытое пока ими существо выпрастывало желтовато-пятнистые руки и тянулось к Крису… Вэл решил, что нашёл прекрасное средство отвлечь Криса, не подозревая, что открыл Крису возможность выйти в другое пространство. Не без помощи ведущего, правда.
15.
— Где ты был?
— Только очнулся и уже ругаешься! Неужели все нормальные люди такие! Я занимался делом: путешествовал и собирал информацию.
— Путешествовал? По этому ограниченному местечку? Ах, вот в чём дело! Ты совершил прогулку по мозгам всех тех, кого встретил.
— С тобой невозможно разговаривать — то грубость, то вульгарность. Тебя может извинить лишь твоя неподвижность, из которой в обязательном порядке проистекает твоя раздражительность.
— Надо же! Твои пышные словеса надо переводить как жалость ко мне? Правда, сверху вниз.
— Ещё бы. Ведь я смотрю на тебя с высоты собранной информации. Торжественно заявляю: один человек — один бесконечный мир. Я сделал открытие и запасся таким количеством материала для анализа, что мне остаётся вернуться в храм и предаться размышлениям.
— Безымянный, ты забываешь о мелочи. Мы не можем вернуться. Пока тебя не было, я тоже кое-что узнал. К сожалению, моя информация не столь оптимистична. Нас могут уничтожить.