Лорд Престимион
Шрифт:
— Вон там, — сказал он. — Чуть ниже края скал, видишь?
— Да. Похоже на белый глаз, глядящий на нас с чела горы. Ты там когда-нибудь был, Престимион?
— Один раз. Я ездил в Зимроэль лет десять назад и по дороге остановился на пару недель в Алаизоре; тогда мы с Септахом Мелайном посетили храм. Это пре-. красное сооружение, тонкий одноэтажный полумесяц из белого мрамора, и кажется, что он висит на склоне утеса. Когда смотришь оттуда, весь город расстилается перед тобой, словно карта, а море за ним просматривается до половины пути к Острову.
— Звучит чудесно. Мы не могли бы завтра съездить туда, хоть ненадолго?
Престимион
— Корональ никуда не может поехать «хоть ненадолго». Это строение наверху — второе по значению священное место Маджипура. Если я его навещу, мне придется остаться там самое меньшее на ночь и встретиться с иерархами, а они устроят священную службу и тому подобные мероприятия, так что ты видишь, как обстоят дела, Вараиль. Что бы я ни делал, это имеет большое символическое значение. А корабль, который доставит нас на Остров, не может ждать: дуют благоприятные западные ветры, и нам надо отплыть завтра.
Если подует встречный ветер, то это может вызвать задержку на много месяцев, а я сейчас не могу так рисковать. Мы посетим храм, когда приедем в Алаизор в следующий раз.
— И когда же это произойдет? Мир так велик, Престимион! Хватит ли у нас времени посетить одно и то же место дважды?
— Лет через пять, — ответил он, — когда все в мире немного успокоится, мне будет положено совершить большое торжественное шествие, и мы побываем всюду. Я говорю серьезно — всюду, Вараиль. Даже в Зимроэле: Пилиплок, Ни-мойя, Дюлорн, Пидруид, Тиломон, Нарабаль. Тогда мы снова поедем через Алаизор и пробудем здесь дольше. Обещаю тебе. То, что мы пропустили в этой поездке, мы посмотрим потом.
— Ты говоришь «мы». Разве жена короналя ездит с ним во время великой процессии? Жены лорда Конфалюма не было с ним, когда он приезжал в Сти в последний раз.
— Другой корональ. Другая жена. Ты будешь рядом со мной, Вараиль, куда бы я ни отправился.
— Ты даешь твердое обещание?
— Торжественно клянусь. Клянусь бородой лорда Стиамота. Здесь, в тени его могилы.
Вараиль наклонилась вперед и легонько поцеловала его.
— Значит, решено.
Он никогда раньше не бывал на Острове Сна. В те дни, когда он был одним из принцев Замка, ему даже не приходило в голову отправиться туда. Обычно никто не ездит на Остров, если только не испытывает особой нужды подвергнуться ритуалу очищения. Даже коронали не ездили на Остров, если только не совершали великое паломничество, а для него время еще не наступило.
Но сейчас Остров вырастал перед ним на горизонте, словно волшебная белая стена, и при виде его Престимиона охватило странное волнение.
— Вы удивитесь тому, какой он большой, — твердили ему все, кто побывал там. И поскольку его предупредили, Престимион не намерен был удивляться, но все же испытал настоящее потрясение. Остров, как он всегда считал, представляет собой участок земли, со всех сторон окруженный водой, и обычно острова довольно малы. Остров Сна — большой остров, говорили вес, и он понимал это так: очень большой участок земли, со всех сторон окруженный водой. Но все равно он представлял его себе, как сушу, границы которой с океаном можно увидеть. Но в действительности Остров был огромным, настолько большим, что на любой другой планете его назвали бы континентом. Отсюда, с моря, он, безусловно, выглядел обширным континентом.
Лишь по сравнению с Алханроэлем, Зимроэлем и
В одной из многих чудесных историй, которые рассказывали об Острове, говорилось о том, что в далекие древние времена — миллионы лет назад, еще до появления на Маджипуре меняющих форму, — он лежал глубоко под поверхностью моря, но в результате грандиозного содрогания недр планеты за один день и одну ночь поднялся из воды. Вот поэтому он был священным местом: рука Верховного Божества вырвала его из глубины.
В подводном происхождении Острова невозможно было сомневаться. О нем свидетельствовал тот факт, что весь он представлял собой одну огромную меловую массу, много миль в поперечнике и более полумили в высоту, и состоял из трех круглых гигантских ярусов, водруженных один на другой; а мел — это вещество, образованное из раковин микроскопических морских существ.
Эти колоссальные меловые бастионы теперь сияли ослепительной белизной под сверкающим солнцем, непреодолимой преградой стоя перед ними на море.
Вараиль и Престимион смотрели на него в изумлении.
— Мне кажется, я различаю отсюда два или три Уровня и какой-то намек на третий, — сказал он. — Тот большой, который образует основание острова, называется Первым утесом. Вдоль его края тянется лес, на высоте сотен футов над уровнем моря. Ты видишь?
А это, должно быть, Второй утес, который начинается на большом расстоянии от нижнего. Если проследить взглядом вверх по белой стене, увидишь вторую линию зелени — это граница между Вторым и Третьим утесами, как я полагаю. Третий утес начинается в нескольких сотнях миль от края острова. Его нельзя увидеть снизу, разве только вершину в тумане. Там и находится Внутренний храм, обитель Хозяйки.
— Он слепит глаза. Я знала, что Остров состоит из белого камня, но никогда не думала, что он так сверкает! Мы поднимемся на самую вершину?
— Вероятно. Хозяйка редко спускается, чтобы встретить своего сына, — обычно бывает наоборот. Ее иерархи встречают короналя в гавани и сначала отводят в апартаменты, которые построены там специально для него. Он считается обитателем мира поступков, мира суеты и мужского бахвальства, и ему необходимо пройти некие переходные обряды, прежде чем его допустят в созерцательный мир его матери. Затем по многочисленным террасам на трех утесах его доставят наверх, к ней. В конце концов мы прибудем во Внутренний храм, на самом верху, где мать нас и примет.
Огромные белые бастионы Острова так круто поднимались из моря, что существовало всего две бухты, где могли причалить корабли, и в обе трудно было попасть: Талеис, со стороны Зимроэля, и Нуминор, здесь, со стороны Алханроэля. В определенное время года в них приплывали паломники с материка — некоторые только для того, чтобы удалиться от мира на год или два и заняться медитацией и ритуальным очищением, другие — чтобы поселиться во владениях Хозяйки и остаток жизни провести в служении ей.
Быстрый корабль, который доставил Престимиона и Вараиль из Алаизора, был слишком большим и не мог войти в бухту Нуминор. Ему пришлось бросить якорь далеко в море, откуда его пассажиры перешли на поджидающее их судно, рулевой которого знал все тайны ведущего к берегу узкого канала с быстрыми течениями и предательскими рифами.