Лорел

Гринвуд Лей Б.

— Какого дьявола ты здесь делаешь? Тайлер, не отрывая глаз от пищи, спокойно ответил:

— Приятно видеть тебя снова, братец. Спасибо за теплое приветствие.

— Оставь свой сарказм для кого-нибудь другого, — прорычал Хен. — Я хочу знать, что ты здесь делаешь?

— Разве не видишь, готовлю, — отозвался Тайлер, наполняя одну тарелку за другой. — Мне предложили работу, и я принял предложение.

— Мне только не хватало, чтобы ты совал нос в мои дела. Ты же сам не любишь, когда у тебя стоят за спиной.

— А почему ты вдруг решил,

что я приехал сюда из-за тебя?

— Так этот человек ваш родной брат? — не веря своим глазам, спросил Горас Уорти.

— К сожалению, да. Боюсь, вам придется поискать другого повара.

— Но лучше него нам пока не найти, — возразила миссис Уорти, входя в кухню. — И мы оставим его, даже если придется платить вдвое больше.

— Оплата меня вполне устраивает, — заверил ее Тайлер.

— Как только ты покончишь с этой кастрюлей, ты немедленно покинешь город.

— Кстати, на двери в кухню висит табличка. Там черным по белому написано, что посетителям вход в служебное помещение запрещен. Ты разве не заметил?

Мистер и миссис Уорти растерянно переводили взгляд с одного брата на другого.

— Откуда ты приехал? — спросил, наконец, Хен после минутного молчания.

— Из Нью-Мексико. Я занимался исследованиями.

— Да ты ничего не понимаешь в исследованиях. Ты умеешь только кормить шахтеров, — фыркнул Хен.

— Ты тоже не очень-то квалифицированный шериф и умеешь только нажимать курок, — парировал Тайлер с невозмутимым видом. — Но, тем не менее, я не врывался к тебе в контору и не требовал убраться из города.

— Зачем ты приехал? — продолжал настаивать на ответе Хен. — Только не говори, что ты в Нью-Мексико узнал совершенно случайно об этой работе.

Тайлер оторвался от работы.

— Я слышал, что люди по имени Блакторны начинают собираться со всех штатов.

— Если уж ты начал собирать слухи, то…

— Поговаривают, что они стекаются в Ту-бак. Похоже, они намерены избавиться от некоего шерифа и наказать город, который нанял его.

Лица четы Уорти стали мертвенно-бледными.

— Скажи еще, что ты мчался на всех парах, чтобы защитить меня.

Лицо Тайлера оставалось по-прежнему бесстрастным и непроницаемым.

— Я считаю, схватка должна быть справедливой. По меньшей мере, у Блакторнов репутация людей, предпочитающих стрелять в спину.

— О себе я в состоянии позаботиться сам.

— В таком случае, мне будет на что посмотреть.

— Возвращайся обратно, — повторил Хен.

— Мне и здесь неплохо, — возразил Тайлер. — К тому же господин и госпожа Уорти по достоинству оценили мое искусство.

— Тогда я вышвырну тебя из города. Тайлер снова занялся варевом.

— Для этого тебе потребуется не только шерифский значок.

— Чтобы ни потребовалось, я заставлю тебя уехать.

— Посмотрим. Время покажет.

— Черт бы тебя побрал, Тайлер, — Хен повернулся к двери.

— Я послал телеграмму Джорджу. Тайлер говорил тихим, спокойным голосом, но его слова, казалось, пронзили Хена электрическим

током: он мгновенно замер на полушаге и медленно повернулся.

— Зачем? — только и смог вымолвить он.

— Он имеет право знать правду. Если с тобой что-нибудь случится, он никогда не простит мне молчания.

Хен, извергая на ходу поток брани, пошел из кухни.

— Вы действительно родные братья? — с недоверием переспросила миссис Уорти.

— Да, но вынужден признаться, что ни одному из нас не удавалось ладить с Хеном, — пояснил Тайлер. — Он терпеть не может, когда кто-нибудь стоит над душой.

— А это правда, что Блакторны собираются напасть на шерифа?

— Думаю, да. Похоже, они не из тех, кто умеет прощать и забывать.

Хен не пошел ни в контору, ни в конюшню. Улови Бримстон его настроение, он бы сбросил хозяина из седла и загрыз до смерти. Молодой человек неторопливо побрел в сторону оврага.

Но по дороге пожалел о неудачном выборе: овраг напоминал о ручье, ручей в свою очередь о каньоне, а каньон наводил на размышления о Лорел.

Вместо того чтобы думать о городе или о собственной безопасности, он продолжал размышлять о Лорел и об Адаме: если Блакторны действительно решатся напасть на город, то и Лорел, и Адаму грозит смертельная опасность. Блакторны непременно заявятся в каньон и заберут Адама. Но что самое ужасное, им придется убрать Лорел, так как она добровольно не расстанется с сыном. И будет защищать своего ребенка до конца.

Хен не принимал угрозу, исходящую от Блак-торнов, всерьез — Дэмьен не производил впечатления смелого человека. Но и недооценивать противника не имел права. Не будь угроза реальной, Тайлер не появился бы в Сикамор Флате. И уж тем более не послал бы телеграмму Джорджу. Со дня на день теперь нужно было ждать приезда старшего брата.

Молодой человек чертыхнулся вслух. Нужно срочно поговорить с Лорел. Она должна как можно быстрее покинуть каньон. Но как уговорить ее? Денег у нее не было, и она была слишком горда, чтобы принять от него помощь. Может, похитить Адама? Тогда Лорел обязательно последует за ним. Нет, только отчаяние может толкнуть на такой абсурдный шаг. Нет, он не мог причинить Лорел боль.

Хен снова выругался. Все считали его убийцей — человеком, который легко решал любую проблему нажатием на курок. Но вот он оказался в ситуации, когда оружие бессильно. Что же делать?

Пожар!

Пожалуй, ни одно слово, кроме «индейцы!», не наводило такого ужаса на жителей Запада.

— Горит конюшня, — в комнату Хена ворвался запыхавшийся Джорди и подскочил к окну. — Вспыхнула как спичка.

Конюшня располагалась в другом конце города, но взвивающиеся в небо яркие языки пламени были видны даже из конторы шерифа. Доносилось сюда и испуганное ржание лошадей. Бримстон! Бримстон находился в конюшне! Своенравного жеребца обычно держали в стойле, не выпуская в загон с остальными лошадьми.