Ловчий
Шрифт:
Мне здорово понравилось это — «пригласить». Словно речь шла о продолжении застолья.
— Есть еще Костя, — напомнил я.
— Паренек, который скрывается от армии? Вряд ли он будет полезен. Да и не согласится. Не захочет ссориться с Джамалом.
— Потребуйте от него подчинения именем закона.
Боки только вздохнул:
— Ладно, мы можем рассчитывать на Абдунасима и Павла. Значит, нас четверо.
— Пока нас двое. Давайте шевелиться. Я разбужу Абдунасима, а вы сходите за Павлом. Если у него есть
Мысленно я уже представлял картину, которая, возможно, в эти секунды складывалась наверху. Каким бы железным человеком ни был Путинцев, вряд ли он сможет спокойно смотреть на мучения дочери. Джамал отлично это понимает. Он и пальцем не тронет своего лютого врага. До поры. Но за Ирину они возьмутся сразу же. В конце концов Гаврилыч сломается. А вот что произойдет, когда на указанном им месте Джамал не обнаружит мешка — гадать не хотелось. Если мы Сейчас не отобьем Ирину, то по Невскому ей уже никогда не гулять.
— Якши, — кивнул Боки. — Придется сказать нашим друзьям о сундучке. Иначе они не поймут, почему шум. Но, смотрите, — он пристально посмотрел на меня, — никто не должен знать о том, что внутри.
— Я и сам не знаю, — простодушно признался я.
— Вот и хорошо. Ну, я пошел. Встречаемся здесь. — Он исчез в темноте.
Я подошел к грузовику и постучал по кузову:
— Абдунасим!
Ответом был все тот же легкий храп.
Я постучал сильнее — с тем же успехом.
Пришлось пустить в ход более радикальные средства. Я нащупал ногу спящего и дернул за нее.
Тотчас передо мной появилась взлохмаченная голова моего спутника.
— Дмитрий-ака? Что случилось?
— А что сказал бы Ходжа Насреддин, если бы его разбудили среди ночи?
Абдунасим ответил без запинки:
— Он бы сказал: «Тише, жена! Не вспугни воров. Вдруг они найдут в нашем доме что-нибудь ценное. Вот тогда мы и отнимем у них добычу».
— Абдунасим, ты как в воду глядел. Злодеи похитили у нас самое ценное. Нужно вернуть пропажу.
Абдунасим с силой подергал себя за волосы, словно прогоняя остатки сна. Затем спрыгнул вниз, заправляя рубаху в брюки и вопросительно уставясь на меня.
Маленький, щупленький — ну какая от него помощь?
— Запутанная вышла история, — пустился я в туманные объяснения. — К нам неожиданно пожаловал отец Ирины. Видимо, решил сделать приятный сюрприз. Но чем-то он жутко не понравился Джамалу. Вместе с Ириной их схватили какие-то всадники и увели наверх. Надо выручать. С нами Боки и, возможно, Павел.
— Отец Ирины? — Абдунасим выглядел растерянным. — Вы хотите сказать…
— Да-да, Ярослав Гаврилович, друг Дадо, — кивнул я, решив, однако, сделать вид, что не догадываюсь о схоронке во второй половинке вагончика. — Понятия не имею, откуда он объявился, но хлопот нам уже задал. Скажи откровенно, Абдунасим,
— Я головой отвечаю перед Дадо-ака за наших гостей, — произнес Абдунасим с такой естественностью, что все мои сомнения отпали.
— Джамал похитил вашу жену? — послышался из темноты недоуменный голос змеелова. — Это очень странно!
Сопровождаемый Боки, он приблизился к нам.
Признаться, я не очень-то верил в то, что Павел присоединится к нашему маленькому отряду. В отличие от нас троих у него не было повода ввязываться в драку. Он мог спокойно отсидеться в хижине старого гадальщика. Но он пришел, заметно повысив наши шансы на успех, тем более что за его плечом висело охотничье ружье. Поддержка этого бывалого, опытного человека вдохнула в меня уверенность. Однако же он нетерпеливо ждал ответа.
Мы непроизвольно сошлись в тесный кружок.
— Друзья! — обратился я с речью к обретенным соратникам. — Разрешите в двух словах обрисовать ситуацию, чтобы снять возможные вопросы. В кишлаке этой ночью появился отец Ирины, который когда-то был связан с Гафуром Мирзоевым.
Один лишь змеелов изумленно вскинул брови.
— Будем считать, что он приехал не случайно, — продолжал вдохновенно импровизировать я. — Не исключено, что здесь у него кое-что припрятано и он решил наконец забрать свое имущество. Не вышло. Джамал, с которым они ярые враги, выследил его и схватил. Вместе с дочерью — моей женой Ириной. Цель ясна. Угрожая Ирине, Джамал надеется выведать тайну ее отца. Скажу честно: мне лично нет дела ни до этой тайны, ни до самого Путинцева. Мы с ним — чужие люди. Но честь своей жены я отстоять обязан и прошу вашей помощи.
— Ее отца мы тоже обязаны освободить, — решительно заявил Абдунасим.
— Это был бы идеальный вариант, — согласился я. — Но боюсь, он невозможен. Рядом с Джамалом — четверо вооруженных мужчин. А у нас всего, как я понимаю, одно ружье.
— Которое мне не хотелось бы пускать в ход, — заметил змеелов.
— Откровенно говоря, мне тоже, — вздохнул я. — Будем надеяться, что сам вид оружия отрезвит наших не в меру горячих противников… Однако же эти разговоры мы можем продолжить в пути, тем более что с момента похищения прошло сорок пять минут.
— Да, — кивнул молчавший доселе Боки, задумчиво покачивая на ладони пистолет, который он выудил из какого-то потайного кармана. — Иногда достаточно вида оружия. Но не всегда.
Абдунасим нырнул в кузов и через несколько секунд появился снова, смущенно демонстрируя нам пистолет, кажется такой же, что у Боки.
Таким образом, я оказался единственным безоружным. Чтобы не идти с пустыми руками, пришлось взять в том же кузове заточенную до блеска саперную лопатку.
— Давайте все-таки договоримся не стрелять без нужды, — предложил Павел.