Ловушка для химер
Шрифт:
Наблюдаю страшные обрывы, уходящие в пропасть, а где-то на дне мелькают огоньки, они двигаются в разных направлениях. Смотрю вниз как под гипнозом. Внезапно огоньки собираются в одном месте и вскоре их — великое множество, волосы поднимаются дыбом — они смотрят на меня. В холодном поту отпрянул, князь Аскольд мигом вскакивает.
— Они нас заметили, — сдавленным голосом еле говорю я.
— Те, которые внизу, — мой друг теперь мне верит. Он без лишних пояснений поднимает людей. Поспешно раздвигаем брёвна и выбираемся наверх. Как страшно в ночном лесу! Ещё раз прислушался — бормотания, вздохи и скрежет о камни стали явственнее,
— Это их среда обитания, — во мне вспыхивает озарение. — Бегом от тумана, не дайте себе попасть в него!
Бросаемся прочь, а туман, как живой, цепляется за ноги, пахнет аммиаком, сероводородом и ещё непонятно чем.
Мы бежим, словно за нами мчится сама смерть, но может, так оно и есть. Лесное зверьё, так же уносит ноги, даже великолепный смилодон, с клыками как кинжалы, не обращает на нас внимания, он мощно раздвигает заросли, стремясь уйти от липкого тумана. Поведение у животных, как при пожаре, хищники и их жертвы бегут вместе.
Наконец мы оказываемся вне зоны клубящегося тумана, останавливаемся и пытаемся отдышаться.
— Что это было? — прислонился к дереву и вытирает пот один из охотников.
— Ловушка для дураков, — князь Аскольд беззвучно смеётся.
— Что же нам делать? — Семён успокаивает подвывающего от страха Игорька, — здесь столько хищников.
— Мы сейчас в зоне, где нет тумана и нет зверей, относительно безопасное место, — сейчас я полностью уверен в своей правоте.
— Никита, а не может быть так, существа из тумана в состоянии некоторое время обходиться без своего болота и выпрыгивать, словно лягушки на сушу, — резонно замечает Аскольд.
— Всякое может быть.
— Тогда я спокоен, ночь досыпать никто не будет, — улыбается Аскольд, он садится у толстого ствола, раскладывает стрелы, лук кладёт на колени. Я присаживаюсь рядом, повторяю те же операции. Охотники располагаются полукругом от нас, выставляют копья. Семён с мальчиком, рядом с нами, его лицо словно окаменело, ни тени страха, дубину держит так, что слышится хруст в суставах.
Так мы сидим, словно оцепенев, до боли в глазах вглядываемся в ту сторону, где клубится туман. Я чувствую, твари выползли из пропасти и сгрудились у кромки тумана, переползают с одного места на другое, ощущаю их почти физически, тревога растёт в геометрической прогрессии, мне страшно, кажется, среди полчищ, есть существа, которые могут пройти за туман — орда ждёт их.
Напряжение растёт, пространство вокруг словно сгущается, даже ветер не шумит в листве, звенящая тишина, как в немом кино.
В метрах ста от нас, стелются между деревьев клубы тумана, а в нём угадываются очертания бесформенных тел и вспышки света от глаз, словно автомобильные фары в тумане.
— Кто же они такие? — скрипит зубами Семён.
— Чужие, — глухо говорю я.
— Как в тех фильмах? — в голосе звучит беспомощность.
— Хуже, химеры.
Запах аммиака ослаб, видно процессы для его выработки не безграничны. На наше счастье, туман отступает и с ним, вся потусторонняя мерзость. Но мы преждевременно радуемся. Внезапно из зоны тумана выдвигаются грузные фигуры. Они стоят на передних лапах и смутно напоминают уродливых, с раздутыми грудными клетками, людей. Вокруг них колышутся коконы из ядовитого газа. Их глаза тускло светятся, они невнятно бормочут, взмахивают
Словно кто дал им пинка в зад, они шлёпают по земле с невероятной скоростью, но наши стрелы оказываются проворнее, с чмоканьем врезаются в чужеродную плоть и те, без криков боли, валятся на землю, а их коконы растворяются как мираж.
Так мы заваливаем трёх монстров, остальные благоразумно отходят под свою атмосферу. Вновь возникает тишина. В лагере врагов мигают огни, словно те обсуждают поражение, с таким отпором сталкиваются впервые.
Мы стоим готовые ко всему, вряд ли, они, успокоятся, наверняка козыри приберегли напоследок. Так и есть, орда приходит в движение, огни прыгают в разных направлениях. И над туманом, поднимается настоящее чудовище, огромное, глаза как прожекторы, тяжёлые руки свисают до земли. Зеленоватый газ клубится вокруг тела, но никак не может замкнуться над массивной головой.
— Ага, — кричу я с радостной злостью, — не получается! — максимально возможно оттягиваю тетиву, тяжёлая стрела несётся как молния и вязнет в щеке. Чудовище выдыхает клубом аммиака, лениво её смахивает и делает уверенный шажочек.
Ярость обуяла меня, выхватываю у одного из охотников копьё, бегу навстречу гиганту. Удушливый смрад из аммиачных смесей едва не губит меня, дыхание перехватывает, но успеваю запускаю копье в морду великану и попадаю в шею. Монстр взвывает, с поспешностью выдёргивает копьё, опускается на четвереньки и судорожно вдыхает спасительную для себя ядовитую смесь.
Почти без сил возвращаюсь к друзьям, лёгкие невыносимо болят от ожога, кашель раздирает нутро, силы оставляют, трудно будет вести бой, но… клубы тумана ползут назад в разлом, а с ним и все нечисть.
Мы потрясены, с подобным не встречались даже во снах. Кстати, о сне… я смутно припоминаю его обрывки, но сложить из них единую мозаику не получается, но уверен, он напрямую связан с развернувшимися событиями. Неожиданно вспоминаю старика, взмахивающего бутылочкой с ядовитой газом… аммиак — странное совпадение. Я застонал, обхватил голову, Аскольд и Семён всполошились, но я поднимаю на них взгляд: — Теперь понятно, почему мы здесь. Нам предстоит сразиться с этими монстрами, пока они не накопили достаточно сил. Мы те, кто спасёт будущее человеческой расы.
— Бред, — не сдерживаясь, фыркает Аскольд.
— А разве не бред, что мы попали в доисторический мир, именно в момент появления этих тварей? Разлом образовался сравнительно недавно, разве с этим ты не согласен?
— И кто нас сунул в прошлое? — Аскольд в раздражении теребит бородку, а глаза как у кобры.
— А я знаю… наверное те… кто… — я повёл глазами наверх, получилось столь глупо, что даже Семён хмыкнул, а Аскольд ласково посмотрел на меня: — Ты сильно устал, Великий князь, попробуй поспать, а мы будем рядом.
— Но как-то мы попали в прошлое?! — возмутился я.
— Вероятно, какое-то не достаточно изученное физическое явление, — задумчиво говорит Аскольд. — Я даже могу допустить, что прошлое, будущее и настоящее находятся рядом и это обычная физика полей, которую мы пока не знаем, произошла аномалия, и настоящее проникло в прошлое… но чтоб кто-то, специально, сунул нас сюда для уничтожения паразитов… хотя, — мой друг задумался, сплёвывает и сознаётся: — Нет, я пока, ничего не понимаю, а размышлять мой мозг не хочет, хоть ты тресни!