Лоза Шерена

Алмазная Анна

– Не пускайте незнакомцев, архана. А то и в самом деле нарветесь на преступника.
– Хозяйка вновь покраснела.
– Пойду уж. Может, еще встретимся, Бранше.

Но Бранше сдаваться даже не думал. Он вдруг широко улыбнулся, отобрал в Рэми котомку и сказал:

– Так просто ты не отделаешься. Хотя бы поешь с нами, Рэми. Прошу тебя. Хотя бы это.

– Хорошо, - согласился незваный гость, ловя карий взгляд друга.
– Но потом я уйду. Прости, но у меня нет времени...

Рэми не врал - времени у него действительно

не было. С каждым мгновением чувствовал он себя все хуже, еще немного, и упадет, не сможет подняться... Еще немного и не сможет уйти... Хотя хотел.

Он никогда никому не навязывался и навязываться не собирается.

Глава двенадцатая. Гаарс.

Ставни на окнах были распахнуты, общую залу заливал желтый свет. Но сама зала от этого уютнее и гостеприимнее почему-то не стала.

Хозяйка торопливо накрыла добротный, потемневший от старости стол чистой льняной скатертью, расставила покрытые лаком чаши, принесла кувшинчик с вишневой наливкой. Все для дорогого гостя, только уберись скорее - читалось в блеклых глазах. Рэми, уже жалея, что принял приглашение, опустился на скамью напротив Бранше, лихорадочно рассуждая.

К Миру он не пойдет. Хоть и тянет его с жуткой силой, а все равно не пойдет. Не может так тянуть к обычному человеку, пусть даже архану, - морок то, магия, не иначе. Что-то, чем обладают от рождения оборотни...

Вот и Бранше такой - глазки невинные стоит, улыбается, а Рэми чует - непростой он. Далеко не простой. И внутрь его скользнуть не удается даже с магическим зрением, будто мешает что-то, да глаза отводит или скрывает что-то. А если у Бранше есть что-то скрывать, то у Рэми нет повода здесь оставаться.

Рэми дернулся. Почему все друзья оказались не теми, кем он считал их раньше? Сначала Жерл, теперь - Бранше. Дальше что будет?

А Бранше тем временем не спеша ел суп, будто тянул время. Будто нарочно дразнил дрожащую от нетерпения хозяйку, что разве что гостю еду в рот не пихала... выпроводить торопилась.

Что ж, нормальное желание. Рэми тоже торопился. И уже принял решение: надо пойти в храм Милосердия, убежища попросить. Говорят, в храмах всем помогают, татуировок не смотрят. Правда, милосердие их недешево, отработать втридорога придется, но Рэми не привыкать. Лучше так, чем быть для кого-то обузой.

А потом? Самому устроиться в столице? С такой меткой в знаках? Бред... в леса придется податься. В бега... И одному-то ничего, а с матерью и сестрой что делать?

Вновь бросил Бранше на Рэми короткий взгляд. Гость покраснел, чуть не подавившись густым гороховым супом с бараниной. Поговорить бы с Бранше, да по душам. Как мужчина с мужчиной. Хорошо, Рэми, преступника, приютить дружок не может, но двух работящих женщин, то дело другое. А тогда и в леса можно...

Да

вот только застревают слова на губах. И не потому, что ноет рана, а потому что ведет себя Бранше ненормально. Сидит как на иголках, в глаза не смотрит, все больше по углам комнаты взглядом стреляет, будто ждет кого-то или чего-то.

Когда раздался стук в дверь, Рэми понял - чего. Бранше расцвел улыбкой, вскочил на ноги и, кинув:

– Я открою! Рэми, здесь жди. Я счас вернусь!
– убежал.

Исчезла на кухне хозяйка. Рэми, устав притворяться, что голоден, отодвинул от себя чашу с супом, потянулся к котомке и достал оттуда небольшой, с горошину, сгусток магии. Он положил светящийся желтым шарик на ладонь и открыл его коротким заклинанием. Некоторое время Рэми любовался на возникшее в воздухе туманное изображение смеющихся сестры и матери.

– Ваша семья?
– мягко спросил кто-то, и Рэми, вздрогнув, сомкнул ладонь.

Магическое изображение исчезло, Рэми живо спрятал сгусток магии в карман и обернулся.

– Расстаралась для вас Алисна, - сказал незнакомец, садясь на место Бранше и принимаясь за суп.
– Да, женщина она сложная, но готовит отменно.

Рэми молчал, насторожено рассматривая нового гостя. Зим тому было не более тридцати. По виду - стройный, даже худой, можно сказать - ничего особенного. Но двигался незнакомец с какой-то едва уловимой ловкостью, от которой у Рэми сразу же заныла спина. Вспомнил он, где видел подобное - у холодного как лед дозорного, которого беспощадный Занкл часто ставил в тренировочных боях против Рэми. Что бил метко, больно и беспощадно.

А в быту он был таким же, как и незнакомец - преувеличенно спокойным. Рэми вздохнул. Встать и уйти, но Бранше пока не возвращался, а уйти без прощания Рэми не мог. Но уйти хотелось. Ко всему прочему новый гость Алисны обладал излишне острым, хватким взглядом, что, вроде, на Рэми и не остановился ни разу толком, а все же... Рэми чувствовал, что незнакомец не маг, но клубилась в этом человеке внутренняя сила, которой Рэми никак не мог подобрать названия...

– Меня зовут Гаарсом, - разорвал затянувшееся молчание мужчина.
– Бранше мне о вас рассказывал. И о беде вашей рассказывал...

– Зря, - неожиданно даже сам для себя огрызнулся Рэми.
– Она вас не касается.

– Так ли?
– искренне удивился незнакомец.
– Почему не едите, друг мой? В вашем возрасте аппетит должен быть диким... если вы только не больны...

– Слишком много вопросов, - ответил Рэми, принимаясь за суп.
– Где Бранше? Хотел бы уже попрощаться...

– Не спешите, Рэми, - ответил Гаарс.
– Наш дружок на время вышел, но скоро вернется. Раньше, чем успеете доесть. Однако мы продолжим. Вы не правы. Ваши дела меня еще как касаются. Помнится, вы спасли Бранше жизнь? Он - мой друг. А у нас, знаете ли, за долги друзей принято платить.