Лучик
Шрифт:
Сейчас, поздней осенью, река темная и мрачная, почти черная. Течет быстро, но молча. Как будто ту же самую работу выполняет по принуждению.
Усталое небо почти опустилось на землю, придавив мрачный оголенный лес. За серыми сумерками дня не видно далей. Тишина стоит такая, что, кажется, не может быть тише этой тишины.
Ничего удивительного. Летом, даже в самый тихий час, гудели комары. В сентябре изредка подавали голоса улетающие
А теперь дни однотонные, томящие. Все замерло в ожидании снега. Отяжелел воздух. Остановилось время.
Нет, не все неподвижно вокруг. Хоть и бесшумно, но быстро бежит в речке вода, доказывая, что время задержать невозможно. Оно утекает неумолимо, как жизнь, даже если мы этого не замечаем.
Кто-то вбил в дно речки в узком месте несколько кольев, сделал небольшую плотину. Вода ворчит, натыкаясь на нее. И, нарушая тишину, еще более возвращает чувство утраченного времени.
Выходит, — если бы жизнь текла тихо, гладко, мы бы могли и не заметить как она прошла?
В задумчивом одиночестве бреду, по берегу широкой сильной реки. Величественной в осеннем безмолвии. Свинцово холодная вода скользит мимо меня неудержимым потоком. Песчаные косы усеяны выброшенными в половодье, отшлифованными до белизны рогатыми корнями деревьев. Среди корней торчат серые макушки валунов…
За мной на отглаженном ветрами и дождями песке остается узенькая цепочка следов…
Замучила серость осенних дней. Давит на душу. Нагоняет тоску.
Но вот очистилось под порывами ветра небо. Стало пронзительно голубым. По — весеннему расцветились облака. Одно — огромное, синее, со сверкающими белизной краями. Другое — все белое, кружевное, словно невеста в свадебном наряде. Третье — фиолетовое, как майский цветок сон — тра- вы.
Вся эта красота отражается разноцветными бликами в играющем волнами озере.
Вот тебе и ноябрьский серый день. Вот тебе и осеннее слабеющее солнце. Праздник вокруг, да и только!
Луг, который летом косили, и поздней осенью нарядный, сочно — зеленый.
Некошеный — словно давно нечесаный старый седеющий человек.
Оголенный лес, придавленный темно — серым небом. Се- ро — фиолетовая гладь реки с матовыми полосами льда. Золотой прибрежный песок с яркими лоскутами свежего снега. Золотистые листья ивы, трепыхающиеся на ветру… Празднично одиноко.
Множество звонких птичьих голосов звучало летом в этом уголке леса. Сейчас здесь стоит хмурая осенняя
И вдруг надо мной раздался легкий перезвон. Это пролетела стайка мелких серых птах. В обильном летнем хоре таких нежных голосов я бы и не услышал. Сейчас, приятной музыкой зазвучали они в душе.
Когда радости мало, она особенно дорога.
Земля словно поседела. Пухлый снег упал на еще не совсем согнувшуюся траву, на деревья и кусты, не до конца потерявшие листья.
Первая седина как бы подчеркивает красоту былого. Через белое волнующе проглядывает зеленое. Поражает сочетание белого, желтого и коричневого. А кричаще красное заставляет остановиться и задуматься. О чем? О разном.
Вот, словно линия жизни по ладони, бежит через белозеленый луг почему-то оттаявшая тропинка. Изгибаясь, пошла по краю бело — черной пашни. Миновала небольшой сосновый бор. Вышла к берегу озера.
Летом здесь жили веселые туристы. Вечерами зажигали костер. Пели под гитару песни…
Теперь все следы припорошило сединой. А потом надежно закроет толстым слоем снега.
Давит осенняя дождливая непогода. Хочется в бор, в спокойное торжество сосен.
… Иду по промокшей тропинке, устланной коричневыми иголками. Вокруг темные мокрые стволы. Местами — снег. Из-под тонкого белого слоя торчат зеленые кустики брусники. Где снега нет, — зеленеет мох… Вроде ничего особенного.
А на душе стало легко. Даже празднично.
На дворе ноябрь. Погода сумрачная. Когда же идет дождь со снегом темнеет так, как — будто наступила ночь. Состояние в природе гнетущее.
Но за прибрежными соснами слышится какое-то пение. Кто распевает там так весело, по — весеннему?
Оказалось, волны разбили ледяные забереги. Тонкие льдинки ударяются друг о друга и звенят. Издалека кажется, что это распевают птицы — щебечет не переставая большая стая веселых птиц. Вблизи звон звучит совершенно иначе — словно звонят по уходящей осени колокола.
БЕЛЕЕ БЕРЕЗ
Сжалось все вокруг от холода. Первые морозы, да еще без снега, особенно сильны. Гнут к земле седеющую траву. Угрожают проморозить тонкие рябинки и дубки.
А вот молодая березовая роща вроде бы и рада наступающей зиме. Ярко бликует белыми стволами навстречу низкому солнцу. Словно бы кричат весело березы: «А мы не боимся морозов! Зима всегда на наших стволах!».