Лунара
Шрифт:
Если отбросить все эти глупые мысли и нелепые сравнения, которые лезли мне в голову, можно услышать, как стучит в груди одновременно опустошенное и наполненное сердце. Нет никаких сомнений, что никогда прежде я себя так не чувствовала. Сколько интересного выходит на поверхность, стоит только заговорить начистоту. Когда сам перестаешь притворяться, запускается цепная реакция, сбрасывающая маски со всех остальных. А ведь можно обманываться всю жизнь, делать вид, что любишь нелюбимых и дружить с незнакомцами. И если первые полчаса после разговора с Ясминой мне до скрежета в зубах хотелось плакать, то сейчас я просто находилась
Все просьбы о помощи, приглашения на обед и совместный просмотр фильмов – лишь предлоги, чтобы организовать нашу якобы случайную встречу с Савой. Стоило додуматься раньше, ведь он всегда оказывался дома, когда там появлялась я. Выходит, что наш танец, тот самый, который перевернул все с ног на голову, танец, когда мы впервые прикоснулись друг к другу, тоже был подстроен. Мне бы польстила такая изобретательность, если бы для этого Ясмине не пришлось изображать мою подругу.
Я сама не заметила, как оказалась у компьютерного клуба, что, впрочем, не удивительно. В такие моменты ноги сами шли к единственному человеку, способному меня поддержать. Тот факт, что друг, в самом деле, сидел за одним из компьютеров казался мне совершенно невероятным. На голову Ника был по-прежнему натянут капюшон, хотя в помещении стояла невыносимая духота. Он проигрывал партию виртуальному сопернику, но весь его вид говорил о полнейшем равнодушии к происходящему. Я стояла позади него, не решаясь дать знак о своем присутствии. А потом он неожиданно развернулся, и на его губах появилась усталая улыбка.
– Как прошло? – спросил Ник, внимательно следя за каждым моим движением.
– Хуже некуда, - ответила я, садясь на соседнее компьютерное кресло.
Как только я оказалась на достаточно близком к нему расстоянии, одним резким движением мне удалось снять с него капюшон и заметить, как сильно отросли корни его волос.
– Решил вернуться к естественному русому цвету?
Одним быстрым рывком друг снова скрыл голову, будто стыдился собственного внешнего вида.
– Забываю купить краску, - сказал он уже знакомой мне грубой интонацией и сразу же перевел тему разговора. – Что на этот раз натворила Ясмина?
Я в деталях пересказала ему наш с ней разговор, и по мере повествования ко мне самой пришло осознание случившегося. У меня больше нет подруги. Теперь не с кем сидеть на занятиях в институте, некому отправлять смешные картинки в социальных сетях, не с кем делиться новой музыкой и впечатлениями от очередного просмотренного сериала. И не важно, что ей не было до меня никакого дела, я ощущала совсем другое.
– Поганая актрисулька, - Ник даже не старался подбирать выражения, говорил все, что приходило на ум, - подлая лицемерная дрянь.
– Не надо, - я попросила его остановиться, потому что так он делал только хуже. Не хотелось до дна наполняться ненавистью к человеку, который был мне так важен. – Это еще не все новости.
– Кто-то еще притворялся волком в овечьей шкуре? – друг скрестил на груди руки, готовый к еще одному шокирующему известию.
– Я собираюсь предложить Саве расстаться, - эта фраза из моих уст прозвучала третий раз за день, уже не вызывая прежнего ужаса.
Никита взглянул на меня с сомнением, сильно нахмурив брови.
– Не понимаю, - сказал он, продолжая сверлить меня любопытным выжидающим взглядом.
–
– Тебя.
– А что со мной?
– Сначала ты выбираешь профессию биолога, а потом перестаешь ходить в институт; без памяти влюбляешься и выглядишь счастливой, а теперь хочешь бросить Саву.
– К чему ты клонишь? – я и не ждала, что со стороны мои поступки будут выглядеть последовательными и логичными.
– Лу, поверь, я, как никто другой, понимаю, что такое запутаться в себе и постоянно чувствовать потерянность. Иногда мне тоже хочется начать все сначала, обнулить всю жизнь, но так нельзя. Другие институт и отношения ничего не исправят, а только создадут кучу новых проблем, - Ник взял меня за руки и умоляюще посмотрел в глаза. – Просто подумай обо всем еще раз, не горячись.
– Я только и делаю, что думаю. Ты не знаешь, кто такой Сава, и каково мне в отношениях с ним.
– Он тебя обижал? – в серых глазах друга заискрил испуг вперемешку со злостью.
– Нет, но никто не поймет, - я пожала плечами, - сама не знаю, почему все так заканчивается.
– Но ведь это ты хочешь все закончить. Как ты можешь не знать, почему?
– Ничего плохого не случилось, а здесь, - я легонько ударила себя кулаком по груди в область сердца, - уже больно. Столько всего вспомнилось в последнее время…
– Например?
В голове пронеслись десятки фраз: «Лу, тебе не идет такая одежда. У меня лучше получится, отойди. Я сам выберу фильм, а ты приготовь попкорн. У нас могут быть разные вкусы, не все способны понять этот жанр. Странно, что тебе такое нравится. Зачем ты присылаешь мне эту музыку, терпеть ее не могу. Если я не сильно устану, то мы сможем увидеться. Не порть момент, Лу. Ничего такого не произошло, не драматизируй. Неужели ты хочешь стать биологом? Совершенно не важно, у тебя ведь есть я. Твое место рядом со мной. Ты просто хотела привлечь мое внимание, это нормально. Я тебе соврал, потому что хотел впечатлить. Тебе пора повзрослеть, Лунара».
– Извини, но это останется со мной, - все слова, обиды и ни с чем несоизмеримая боль никуда не исчезнут, сколько их ни проси. – С годами все плохое будет только множиться, а я не хочу чувствовать себя еще хуже, чем сейчас.
– Я был уверен, что ты счастлива, - у Ника в глазах стояло полнейшее недоумение, - ничего не понимаю. Чему вообще можно верить?
– Себе, - ответила я и ощутила, как по телу неожиданно растекается приятное тепло. – Это единственный известный мне способ что-то понять.
На моей безжизненной планете, будто загорелся крошечный, но смелый огонек. На мгновенье он подарил давно позабытое чувство, от которого раньше у меня искрили глаза. Еще недостаточно яркая, но уже способная заставить встрепенуться все тело, вспышка робко проглядывалась среди пустынных заброшенных земель. Никогда прежде я не чувствовала такой сильной веры в себя, как сейчас.
19 глава
Следующим утром все мои мысли были заняты подбором нужных слов для Савы. Понятия не имею, как объяснить другому человеку, что наша с ним история подошла к концу: отныне нет желания держать его за руку и позволять себя целовать. Как сказать, что все чувства остались позади, и никакого совместного будущего у нас нет? В конечном счете, мне нужно лишь начать говорить.