Лунара
Шрифт:
– Да, это важное мероприятие, и мне пригодится помощник, - мне показалось, что у меня перестало биться сердце, а затем он добавил, - поедь со мной и стань моей правой рукой.
С минуту я растерянно хлопала глазами, не понимая смысл просьбы писателя. Он в это время оставался невозмутимым, будто в его словах не было ничего удивительного. То, как он использовал мою же манеру говорить, лишило меня на какое-то время дара речи.
– Так не приглашают в поездку, - наконец-то ответила я на его предложение.
– Я учился у лучших, - Флориан хитро улыбнулся.
– Ты
– Могу представить, - он отставил чашку и, задумчиво опустив глаза, сложил руки на коленях, - как странно это звучит, но мне больше некого просить.
– Быть того не может, - я с недоверием посмотрела на него и скрестила руки на груди. – У тебя есть целый книжный клуб людей, с которыми ты хорошо знаком.
– Конечно. Наверняка, Натали рассказывала тебе о том, какие мы с ней большие друзья.
– То, что вы не ладите, не означает, что она откажет тебе в помощи.
– Уже отказала. Как и все остальные, - впервые в его голосе прозвучала тоска по людям. Наверное, тяжело стоять особняком, когда душа изнывает от недостатка общения.
– А твой брат? – заметив гримасу боли на лице Флориана, я тут же пожалела, что задала этот вопрос. – Прости, ляпнула, не подумав.
– Мой брат лучше поиграет в очередную игру, чем окажет такую честь и поможет мне.
– Мы с тобой едва знакомы, чтобы ехать куда-то вместе, - я решила увести разговор в сторону от болезненной для него темы. Невыносимо видеть чужие страдания, когда они с такой силой рвутся наружу, а ты не в силах помочь их сдержать. – И зачем тебе вообще нужен помощник?
– На тот случай, если я буду общаться с читателями, подписывать книги, а в этот момент подойдут другие посетители. Ты должна будешь вручить им буклет-презентацию моего детектива и дать возможность полистать печатный экземпляр. Будем смотреть по ситуации. В любом случае мой редактор сказал, что лишние руки нам не помешают.
– И сколько часов продлится эта ярмарка? – сама не верю, что продолжаю разговор в таком ключе, будто и правда собралась куда-то ехать.
– Вообще-то, три дня, - писатель нервно поджал губы и поднял голову.
В тот момент, когда его светло-зеленые глаза встретились с моими, я вдруг осознала, что непременно ему помогу. Потому что не знаю лучшего способа сказать другому человеку, как сильно мне близки его тревоги. Никто не должен чувствовать себя таким одиноким и всеми покинутым. Мы с Никитой несколько раз по глупости отталкивали друг друга, но все равно оставались друзьями, что бы ни произошло.
– И где мы будем жить? – спросила я, и Флориан моментально ободрился.
– Так ты согласна? – не думала, что его лицо способно так сильно сиять, но именно это и случилось: он расцвел на моих глазах.
– Тебе ведь нужна моя помощь, - я выразительно пожала плечами, как бы говоря, что по-другому и быть не могло.
– Да, нужна, - он растерянно взъерошил свои кудри, - выезжаем в четверг поздно вечером, назад вернемся в понедельник рано утром.
– Хорошо, - я одобрительно
В комнате вдруг стало тесно для нас двоих, и Флориан, будто тоже почувствовав это, поднялся с места.
– Билеты на поезд уже куплены, все остальное обсудим завтра, - он глянул в сторону окна и сделал вид, что удивлен темноте, окутавшей город.
– Уже поздно, я, пожалуй, пойду.
Распрощались мы практически молча, а благодарность в глазах писателя сменилась каким-то испугом. Мне и самой стало не по себе от мысли уехать с ним в другой город, как какая-то парочка закадычных друзей. Когда на пороге квартиры показались родители, мне подурнело еще сильнее. Соблюдая традицию подкрадываться к ним в самый неподходящий момент, я направилась в гостиную, где они устроили себе вечер просмотра ужастиков. Заметив меня, отец поставил фильм на паузу, и выжидающе кивнул.
– Ну, о чем ты хочешь поведать нам сегодня?
– Меня не будет дома несколько дней. Я еду в столицу на книжную ярмарку, - ненадолго запнувшись и испугавшись собственной лжи, все же решилась добавить, - с друзьями из книжного клуба.
– Савелий тоже едет с вами? – поинтересовался папа, даже не подозревая, что никакого Савелия в моей жизни больше нет.
– Нет, его с нами не будет, - даже не представляю, какие эмоции у них вызовет известие о нашем расставании.
– Из-за его работы скоро совсем перестанете видеться, - фыркнул он.
Мама смотрела так, будто ждала моего признания. Никогда раньше я не задумывалась о том, какая на самом деле между нами связь. Несмотря на недопонимание, она всегда удивительным образом чувствовала меня.
– Мы с ним расстались, - осмелившись, сказала я.
– Что? Когда? – папа даже подался вперед.
– Сегодня днем.
– Но почему? Ты ведь была от него без ума, - папа продолжал недоумевающе качать головой.
– Он меня не поддерживал, - повторила я недавно сказанные мамой слова, и она, услышав это, улыбнулась мне сквозь выступившие слезы.
21 глава
Родители по-настоящему смогли меня удивить безоговорочным доверием и готовностью действовать заодно. Не было осуждающих взглядов, лишь сухое понимание, и это именно то, что мне сейчас нужно. Ведь если они начнут нашептывать, как сильно я запуталась и сбилась с пути, мне никогда не удастся перестать плутать в собственной жизни.
После такого насыщенного дня крепкий сон оказался непозволительной роскошью. Я все лежала и прокручивала в голове наш с Флорианом непростой и странный разговор. Мне оказалась знакома каждая меланхоличная нотка в его голосе, каждая едва уловимая тоскливая интонация. Прочтя половину написанного им романа, я поняла, что его планета в действительности ничем не лучше моей. В ней нет головокружительной красоты, а ее виды вовсе не завораживают, а временами даже пугают своей мрачностью. Сам воздух, подобно его душе, пропитан безысходностью и разочарованием. Какой бы гениальной ни была идея его романа, ничего кроме желания убежать от этой гнетущей атмосферы он у меня не вызывал.