Лунная девушка
Шрифт:
Парень был весь в крови, но то была старая кровь — память о наших предыдущих передрягах. Другие заключенные вышвырнули тан-скина в дальний угол камеры, не пожелав делиться с ним теплом своих тел, побрезговав греться об этого низшего из низших. Двуногие собратья отвергли Джейми, но скрэки не тронули его. Не тронули, хотя тот не смог бы оказать им ни малейшего сопротивления. Он даже не шевельнулся, когда я схватил его за руку, холодную, как у мертвеца.
— Ничего, — давясь словами, я сорвал с себя плащ. — Все будет в порядке, дружище…
Я положил Джейми на плащ, закутал с ног до головы, обернулся, ища глазами еще какую-нибудь одежду…
Лавадар, начальник тюрьмы и стражники со смесью отвращения и недоверия на лицах наблюдали, как я вожусь с полудохлым скином. Ирч-ди презрительно скривил губы, но в ответ на мой бешеный взгляд содрал с плеч начальника тюрьмы тяжелый плащ и бросил мне.
— Все будет в порядке, Джейми, — я завернул унита в подбитую мехом ткань, приподнял, натягивая ему на голову капюшон. — Нам не впервой выбираться из разных поганых мест, верно?
— Вер…
Лохматая голова упала мне на плечо, и ко мне на миг вернулся прежний голос, но крик почти сразу перешел в новый приступ кашля. Я беспощадно его задавил, прижал пальцы к шее тан-скина и не дышал, пока не почувствовал слабое биение пульса.
Я встал, держа Джейми на руках, и быстро направился к выходу.
— Дайте этим людям одежду, — уже на пороге прохрипел я отскочившему в сторону начальнику тюрьмы. — И принесите сюда побольше факелов.
— Да, блистательный итон Джу-лиан, — пробормотал толстяк раньше, чем Ирч-ди успел подкрепить мои слова криком:
— Воля Высочайшей!
Глава шестнадцатая
Внизу шумели подвыпившие постояльцы, но то был едва различимый шум: Скод отвел нам лучшую комнату на втором этаже, вдалеке от лестницы и общего зала.
Не знаю, какую власть имел Ирч-ди над хозяином шантеры, но тот принял нас с таким почетом, словно мы владели контрольным пакетом акций его заведения. Он не задал ни одного неудобного вопроса и предоставил в наше распоряжение все, чем владел: кровати, еду, выпивку, сколько угодно горячей воды, даже жестяную ванну… Но всего этого было мало, чтобы вернуть к жизни полумертвого унита.
— Ты должен сходить за лекарем, Ирч-ди, — я отвернулся от кровати, на которой под тремя одеялами лежал Джейми, и взглянул на воина, сидящего в кресле с бокалом в руке.
— Ни один лекарь не согласится лечить тан-скина, — Ирч-ди отхлебнул из бокала, сморщился и выплеснул остатки на пол.
— Даже если ему прикажет лавадар принцессы?
— Даже если ему прикажет сама Высочайшая. Лекарь, который пользует скинов, будет обречен на голодную смерть, ведь к нему уже никогда не обратится ни один кархан.
— Тогда приведи сюда Наа-ее-лаа! Она одна стоит стоит
Ирч-ди, побагровев, со стуком поставил бокал на стол:
— Да ты в своем уме, блистательный итон? — медленно проговорил он. — Ты хочешь, чтобы Высочайшая из равных пришла в эту дыру, больше того — чтобы она находилась в одной комнате с тан-скином?!
Мы долго смотрели друг другу в глаза.
— Ты мне нравишься, Ирч-ди, — честно сказал я.
Воин побултыхал жидкость в бутыли солидных размеров и что-то неразборчиво проворчал.
— Скажи, как ты стал лавадаром принцессы?
— Я стал им в тот день, когда она родилась. Моя покойная сестра была кормилицей Наа-ее-лаа, — Ирч-ди сделал большой глоток прямо из горлышка и вытер рот тыльной стороной ладони. — Пожалуй, ты мне тоже нравишься, Джу-лиан. Не знаю пришел ли ты и впрямь из-за твердого неба…
— Она тебе рассказала?
— … Но даже одному из небесных богов я не советовал бы пренебрегать принцессой! Я обещал Наа-ее-лаа, что мы скоро вернемся. Нам пора во дворец, собирайся!
— Я никуда не пойду.
Отвернувшись от Ирч-ди, я устало сгорбился и вытер пот со лба: от камина удушливыми волнами плыла жара. В во-наа никто не топит в разгар дня, но Джейми сейчас нуждался в тепле.
Я посмотрел на бледное лицо скина, на черные круги вокруг глаз, на приоткрытые запекшиеся губы — и уткнулся лбом в сжатые кулаки. Такого бессильного бешенства я не чувствовал даже сидя рядом с умирающей Наа-ее-лаа. Тогда у меня был хоть какой-то шанс ей помочь, пустив в ход земные лекарства, а теперь… Что я мог сделать для парня, который совершил невозможное, чтобы меня спасти?!
— Было бы лучше, если бы он сдох, — я вздрогнул, услышав над своей головой гулкий голос Ирч-ди. — Лучше для всех, и для него тоже. По мне, таких тварей милосердней убивать сразу после рождения…
— Отойди от него! — мой сипящий голос не шел ни в какое сравнение с громовым басом лава-дара, но тот вздрогнул и попятился, когда я поднялся между ним и кроватью.
— Высочайшая рассказывала, что ты силен, — Ирч-ди, сощурив глаза, окинул меня быстрым взглядом. — Она говорила, что ты голыми руками убил тор-хо, — неужели это правда?
— Послушай, Ирч-ди. Я не собираюсь мериться с тобой силой. Но Джейми трижды спас мне жизнь, и я не позволю…
— Да за кого ты меня принимаешь, Джу-лиан? Чтобы я пачкал свой меч о какого-то вонючего тан-скина?
Видно, существует предел, за которым невозможно сохранить спокойствие даже тому, кто очень старается быть терпимым. И слова лавадара вышвырнули меня за этот предел.
— Да уж, конечно, вам, чистой крови, не пристало дышать одним воздухом с таким презренным существом, как тан-скин! — с ядовитой издевкой прошипел я. — «Все животные равны, но одни равнее других», — так, кажется, у Оруэлла? А вот тиргон вашего ямадара оказался не столь разборчив!