Лунная девушка
Шрифт:
Джейми пригнулся и оскалил зубы, держа меч так, как держал раньше кухонный нож. Он встретил атаку лавадара яростно, но неумело, и Ирч-ди почти сразу сбил его с ног своим любимым приемом — колющим выпадом снизу вверх, по ребрам. Я уже научился парировать подобные удары, но у Джейми, впервые взявшего в руки меч, не было никаких шансов закрыться, тем более — без щитка на руке. Лежа на спине, он швырнул в лавадара скамейку, встал и с яростным верещанием напал сам.
— Джейми, блокируй его в углу! — крикнул я, тоже бросаясь в бой.
Минуты две лавадар небрежно отбивал наши выпады в тесном углу между камином и столом, потом
— Не понимаю, как Высочайшая могла отдаться под защиту такого неумелого болвана, как ты, — рыкнул Ирч-ди, убирая меч в ножны и расстегивая ремни щитка на левой руке.
— Ты тоже не родился с умением фехтовать, — тяжело дыша и потирая ушибленный бок, проворчал я. — Сколько келдов тебе было, когда ты впервые взял в руки оружие?
— Да, пожалуй, ты прав, — это было давненько… Но у тебя нет времени на длинные тренировки, Джу-лиан.
— Кажется, я делаю все, что могу, — я наклонился, чтобы помочь Джейми встать. — Цел? Как твоя нога?
— Отвали, — поблагодарил меня за заботу унит, рухнул в кресло и принялся растирать колено.
Чудодейственные снадобья Наа-ее-лаа невиданно быстро залечили его болячки, но боли в ноге до сих пор мучали скина, и он по-прежнему сильно хромал.
Я расстегнул ремни на левом предплечье и с облегчением избавился от щитка. Эта изрезанная замысловатыми отверстиями штуковина, похожая на овальную тарелку из легкого металла, служила для того, чтобы парировать удары меча, но я так и не научился пользоваться ею как следует. Меня все время подмывало нанести удар и левой рукой тоже; иногда я действительно так поступал, за что немедленно получал нагоняй от Ирч-ди.
— Мы занимаемся не тем, чем надо, блистательный лавадар, — устало сказал я. — То, что надвигается на Лаэте, не остановишь мечом!
— Я взял в руки меч, как только выбрался из пеленок, — старый воин плеснул из бутыли в два высоких серебряных кубка. — Десять поколений моих предков легли в семейный склеп с оружием под боком, и я не разу не встречал напасти, которую нельзя было бы остановить мечом!
— А я встречал. И пока ты учишь меня фехтовальным приемам и дворцовому этикету, Кларк Ортис не теряет времени зря. Ты не знаешь этого человека так, как я его знаю, ты не понимаешь, на что он способен! Думаешь, он остановится, спалив несколько калькарских деревушек? Нет, он двинется дальше, в города, а потом…
— Города калькаров укреплены немногим хуже, чем Лаэте, — лавадар сунул мне в руки бокал. — Четвероногим дикарям никогда их не взять, х-ха! Владыка Бездны, я был бы даже рад, если бы твой Ор-тис взял хоть один калькарский город, но, увы, этого не случится!
Я безнадежно махнул рукой. Объяснить Ирч-ди причину моей тревоги было еще труднее, чем заставить лавадара уяснить и принять гелиоцентрическую систему.
Для меня весть о том, что орды ва-гасов объединились под властью Го-ва-го, спустились с гор и начали уничтожать селения калькаров, была подобна грозному удару набата. Но Ирч-ди усмотрел в этом лишь возможность повлиять на ту мышиную возню, которая называлась «большой политикой», и по-иному переложить карты в пасьянсе дворцовых партий и группировок.
О, как наслаждался бы Ортис, очутись он на моем месте! Вот кто плескался бы, как рыба в воде, в бурлении придворных страстей! Но Кларк, по слухам, продолжал состоять при Го-ва-го, и, по тем же
Ирч-ди только отмахнулся от этих панических донесений лаэтских агентов, но я помнил о странном увлечении Ортиса, над которым мы не уставали подтрунивать в Школе Космогации. Львиную долю свободного времени Кларк отдавал оружию. Он не вылезал из военных музеев, часами копался с какими-то странными экспонатами, собирая, разбирая их и чистя; единственный серьезный конфликт с начальством случился у Ортиса из-за того, что в его комнате была обнаружена изготовленная им собственноручно ручная граната. Помню, однажды бортмеханик «Челленджера» заявил, что знает об оружии столько, что смог бы завоевать весь мир, окажись он в шестнадцатом или семнадцатом столетии… Тогда я воспринял его слова, как шутку, но теперь, когда деревни калькаров горели, забросанные «огненными шарами»…
— Чем больше шороху наведет твой соплеменник среди калькаров, тем лучше, — потягивая вино, заявил Ирч-ди. — Если ему удастся взять хоть один Новый Город, это сильно ослабит позиции зое партии Ко-лея, и тогда Сарго-т вряд ли согласится на брак Наа-ее-лаа с сыном Ла-гота. Я не верю, что четвероногим ублюдкам удастся продвинуться хотя бы до предместий Вакуны, но мои люди усердно распускают слухи, что Вакуна вот-вот падет… Влияние Ко-лея держится в основном на его связях с новой знатью, зашатайся Новые Города, — и наш красавчик тоже зашатается и рухнет!
Ирч-ди, захохотав, залпом допил вино.
Я подошел к окну и уставился в темноту, где мерцали зеленые шары — облепившие ветви деревьев светящиеся растения-паразиты, похожие на нашу омелу. Они выполняли в Лаэте роль уличных фонарей во время длинной десятидневной ночи, а сейчас была как раз полночь, что не мешало лаэтянам заниматься обычными делами.
Жители во-наа не придерживались земного распорядка: день-ночь. Они делили время на олы: «живая ола» — «мертвая ола». В мертвую олу полагалось спать, а когда наступала живая ола, город просыпался, и лаэтяне принимались торговать, молиться, работать в мастерских, пировать в шантерах, смотреть на казни и выступления акробатов на площадях…
Только бандиты и воры — «полуночники», как их называли в Лаэте, — да еще скрэки промышляли на улицах как в живую олу, так и в мертвую.
Я оглянулся на Джейми: тот дремал в кресле, не выпуская из рук кинжала лавадара. Пристрастие скина к холодному оружию было просто удивительным.
К той и без того достаточно оживленной жизни, которую я вел в шантере Скода, Джейми всеми силам прибавлял новые хлопоты. Едва начав ходить, вор попытался обчистить соседнюю комнату, где ночевал один из постояльцев, и нам с Ирч-ди с огромным трудом удалось замять скандал.
Да, лаэтский висельник, облачившись в пристойную одежду, изменился лишь внешне, но даже ужасы Горхага оказались не в силах изменить его нрав. И я не сомневался, что, предоставленный самому себе, Джейми неминуемо влипнет в очередную неприятность. Характер тан-скина не позволит ему спокойно наслаждаться жизнью, даже если с лихвой обеспечить его всем необходимым. Казалось бы, что ему сейчас недоставало? Так нет, этому паршивцу недавно понадобилось сунуть за пазуху кошелек Ирч-ди, оставленный лавадаром на столе!