Любимая ведьма
Шрифт:
На душе было грустно. Татьяна понимала, что попала в замкнутый круг: победить Шорга она не в силах, убегать уже надоело. Да и бессмысленно по большому счету. Рано или поздно Шорг придумает что-нибудь новенькое, и ей придет конец. Но хуже всего то, что она не видела выхода. Ей мог бы помочь Каин, но старый колдун этого никогда не сделает. Каин всегда держит слово…
А может, просто взять и прекратить все это? Умереть — по-настоящему? Это ведь тоже выход.
Татьяна закрыла глаза. Да, звучит заманчиво. Времена, когда она действительно дорожила жизнью, давно прошли. Вот если бы еще прихватить с собой Шорга. Может, стоит жить хотя бы ради этого?
Она
Гостиница нашлась совсем рядом. Цены за проживание кусались, но Татьяну это не слишком беспокоило. Недельку она вполне протянет, а за это время найдет себе жилье. Не в первый раз…
Оставив в номере свои немудреные пожитки, Татьяна заперла дверь и спустилась вниз. Пока ехала в лифте, оглядела себя в зеркале — пусть и не писаная красавица, но очень даже сносно. Основа есть, над остальным придется поработать. На то она и ведьма.
Выйдя на улицу, Татьяна не спеша пошла по тротуару, разглядывая вывески магазинов. Остановившись у газетного киоска, купил а карту города и несколько рекламных газет. Через пару сотен метров нашла вполне уютную скамейку и минут пятнадцать изучала карту, запоминая расположение и названия улиц, маршруты городского транспорта. Убедившись, что увиденное накрепко отложилось в памяти, принялась за газеты. Ее интересовало практически все — скользя взглядом по газетным страницам, Татьяна впитывала в себя названия магазинов и предприятий, адреса банков и салонов красоты, имена первых лиц города и события городской хроники. Словно из разноцветных кусочков мозаики складывался в сознании образ нового для нее города, это была нужная и очень полезная информация. Когда поток ее иссяк, Татьяна положила карту и газеты на скамейку и улыбнулась. Хороший город, богатый. Три, от силы четыре дня, и у нее появится своя квартира. А пока придется довольствоваться гостиницей…
Сергей не знал, сколько прошло времени: в этом странном потустороннем мире оно текло как-то иначе. Здесь тоже были день и ночь, но их чередование определялось скорее желанием самого Сергея, нежели какими-то естественными законами. Если он думал о том, что хочет спать, то в течение каких-нибудь десяти минут небо за окном затягивало сумраком, затем приходила ночь. Ночь очень странная — без звезд и луны, непроглядно-темная.
Сон тоже оказался другим — скорее, это было зыбкое забытье, отключение от всего окружающего. Без снов, без мыслей, словно сознание затягивала клубившаяся за окнами тьма. Просыпался Сергей всякий раз на рассвете. Наверное, это было тоже свойство нового для него мира, либо просто брала свое въевшаяся в сознание привычка просыпаться именно утром.
Здесь ему совсем не хотелось есть. Еда представлялась чем-то далеким и ненужным, сродни впечатлениям человека, вернувшегося из чужой страны с очень непривычными и странными обычаями. Голода как такового не было, к исходу дня — если тут вообще уместно о таковом говорить — появлялась слабость, чувствовалось легкое утомление. Но стоило сесть в кресло и задремать, как вскоре наступало утро, в теле появлялась легкость и необычная бодрость.
Доставивший его сюда монстр больше не наведывался. Сергей даже стал подумывать о том, не забыли ли о нем. Он не мог оценить свое положение, не мог понять, что он делает в этом странном месте. Кованые решетки на окнах и каменная дверь не позволяли выбраться наружу,
Тем не менее пребывание здесь пошло ему на пользу — Сергей вынужден был отметить, что его состояние заметно улучшилось. Он стал бодрее, заметно окреп. И даже научился летать в пределах дома. Ему не хватало лишь одного — свободы.
Очередное утро началось, как обычно, с рассвета и пения птиц за окном. Эту ночь Сергей провел в маленькой комнате на втором этаже — сев на край кровати, он какое-то время задумчиво смотрел в окно, потом поднялся и медленно спустился вниз. На душе было муторно, перспектива застрять здесь навсегда становилась все более очевидной и удручающей. Пройдя в зал, хотел уже было сесть в свое любимое кресло, как уловил краем глаза слабое шевеление в холле. Рывком обернулся — и увидел незнакомую девушку. Среднего роста, с короткими русыми волосами, одета в красивый темный сарафан, перехваченный в талии кожаным ремешком. Она только что прошла сквозь дверь и теперь спокойно смотрела на Сергея.
Он повернулся к незнакомке. Хотел было поздороваться, но слова почему-то застряли в горле. Сергей смотрел на незнакомую девушку, в сознании билась, пытаясь обрести свободу, невероятная, недоступная рациональному объяснению мысль.
Глаза… Совсем другие, и все-таки ее. Он не мог ошибиться. И тем не менее перед ним стояла совсем другая девушка, притом много моложе Татьяны. В голове у него все перемешалось…
— Здравствуй, Сережа, — тихо сказала девушка. — Вот мы и встретились.
И этих слов оказалось достаточно, чтобы он поверил в невозможное.
— Таня… — Его голос был едва слышным. Но она услышала, и в глазах ее — он готов был в этом поклясться — блеснули слезы.
— Ты узнал меня? — Девушка едва заметно вздохнула. — Извини, я теперь совсем другая… И прости меня за то, что я с тобой сделала. Я не могла поступить иначе. — Она подошла к нему и посмотрела в глаза.
Взгляд ее был полон печали. Сергей взял Татьяну за руки, затем попытался обнять, но она осторожно отстранила его.
— Не надо, Сережа. Не стоит усугублять ошибки. Я и так принесла тебе слишком много бед…
— Но ведь это было нужно? — с робкой надеждой в голосе спросил он. — Ведь в этом был какой-то смысл?
— Да, Сережа. Я не могла спасти тебя иначе. Он бы убил тебя.
— Кто? — тихо спросил Сергей, уже зная ответ. Конечно же, это тот самый тип.
— Это уже неважно, — печально улыбнулась Татьяна. — Тебе не стоит об этом думать. И еще раз прости меня за то, что все так получилось.
Сергей не ответил, он продолжал смотреть на девушку, все больше и больше узнавая в ней Татьяну. Другая, совсем другая — и все равно она…
— Мы можем выйти на улицу? — тихо спросил он. — Я уже устал от этого дома.
— Можем. Нам все равно туда… — Татьяна подошла к двери, Сергей внимательно следил за ней. Ему хотелось узнать, как она открывает эту странную дверь.
Внешне все оказалось очень просто. Татьяна просто провела ладонью поперек двери — быстро, не касаясь ее, это было неприметное небрежное движение. И дверь дрогнула, поплыла туманными струями.
— Не бойся… — Татьяна улыбнулась, взглянув на озадаченного Сергея, и спокойно прошла сквозь дверь.