Любимая ведьма
Шрифт:
Закрыв шкаф — чисто символически — снова прошел к столу. Интересно, сколько сейчас времени? Взглянул на замерший будильник, затем взял лежавшее на кровати одеяло, встряхнул его. Сложив вдвое, кинул на кровать. Но перед тем, как лечь, открыл форточку — запах здесь тоже стоял не из лучших.
Кровать жалобно скрипнула под его весом. Устроившись поудобнее, Сергей устало вздохнул. Посмотрел на потолок, затем с досадой закрыл глаза. Уж лучше бы не смотрел…
В голове теснились самые разные мысли. Да, он жив, и даже стал лет на восемь моложе. Наверное, это хорошо, хотя какой-то
На душе было муторно, вдобавок ко всему хотелось есть. Только сейчас Сергей понял, что есть ему нечего. Более того, у него нет ни копейки денег. Именно ни копейки. В такую ситуацию Сергей попадал впервые. Помнится, в годы студенческой юности ему пришлось провести с приятелем полторы недели в заброшенной лесной избушке. Продукты давно кончились, а обещанного вертолета из-за дождей все не было. Тогда они только шутили по этому поводу, благо вокруг в избытке росли грибы. Правда, грибы он с тех пор терпеть не мог.
Сергей против воли улыбнулся. Что тут говорить, хорошее было время. Счастливое. И те проблемы, что их тогда волновали, казались теперь на редкость смешными.
Сейчас все гораздо сложнее. Ощущать, что прежняя жизнь окончена, что ее уже не вернешь — никак, ни за какие деньги, — было невероятно мучительно. Друзья, любимая работа. Дом. Раньше он его не ценил, мечтал перебраться из старой завалюхи в благоустроенную квартиру. Увы, не довелось.
Благо хоть родственников у него нет. Отца совсем не знал, а мать… Даже неясно, когда он сможет теперь сходить на кладбище. Да, есть еще дальние родственники, но им на него глубоко наплевать. Впрочем, как и ему на них. Не сложились у него с ними отношения. Итак, горевать по нему никто не будет. Разве что Макар с друзьями помянет добрым словом…
Все это так. Но надо жить — даже если неясно пока зачем. Сейчас он полежит немного и пойдет. Куда именно, он еще не знал. Там будет видно. Может, бутылки собирать будет, если не найдет иного выхода. И еще ему надо найти Татьяну. Обязательно надо. Вот только где ее теперь искать?
Татьяна оставалась в клинике до тех пор, пока не убедилась, что все прошло нормально. И когда Сергея отвезли в палату, еще долго стояла рядом, вглядываясь в его лицо. Даже странно: совсем другое, бледное и худощавое. И все же в нем уже появилось что-то от него. Что-то неуловимое — и такое заметное. Когда-то Каин говорил ей, что хозяин накладывает неизгладимый отпечаток на свою оболочку. Как всегда, он был прав.
Вот и все — Татьяна в последний раз посмотрела на Сергея. — Может, как-нибудь она навестит его. Незаметно, тайно, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Может быть…
Она вылетела сквозь крышу, взглянула на солнце. Какое яркое — и какое красивое. Доброе, вечное. Как и все, на что человек еще не успел наложить свою лапу.
Но ей пора. Панораму города мгновенно поглотил туман, Татьяна устремилась домой. Теперь не приходилось задумываться о направлении, все происходило само собой. Мгновение — и она открыла глаза.
Часы на стене показывали пятый час дня. Татьяна не спешила вставать — лежа на кровати, приходила в себя после путешествия.
Ужинала она в большом ресторане близ гостиницы. Здесь Татьяна была уже в третий раз. Нельзя сказать, что ресторан соответствовал ее вкусам — слишком шумный и чванливый, явно кичащийся своей роскошью. На эстраде кривлялись полуголые девицы — несколько минут назад открылась вечерняя концертная программа, слишком громкая музыка била по ушам. Тем не менее этот ресторан Татьяна выбрала не случайно. Какой ресторан, такая и публика. Ее сюда привлекло именно это.
Уже несколько раз к ней пытались клеиться сомнительные субъекты, но быстро отваливали, наткнувшись на хлыст ее стального взгляда. Тот, кто ей нужен, появится позже. Так было два раза. Так произойдет и сегодня…
Он появился около девяти. Вошел небрежной, развязной походкой, в сопровождении небольшой шумной компании — двух размалеванных девиц, без успеха пытавшихся строить из себя дам высшего света, и пары коротко стриженных крепышей. Один из них, тот, что повыше, шел впереди, ненавязчиво оглядывая зал. Вся компания направилась прямиком к своему столику — едва увидев их, один из официантов услужливо кинулся навстречу.
Татьяна едва заметно улыбнулась: все шло по плану. Два предыдущих визита позволили ей убедиться в пунктуальности клиента. Что до состоятельности, то уж в этом сомневаться не приходилось. Геннадий Сергеевич Баландин, местный продуктовый король. А также известнейший в городе коллекционер, скупающий все подряд. Говорят, в его коллекции есть весьма ценные картины…
Компания расположилась за столиком — клиент в центре, по бокам от него две дамы. Крепыши устроились напротив, время от времени непринужденно поглядывая по сторонам. У каждого наверняка оружие, в этом Татьяна была уверена.
Сегодня она специально выбрала столик поближе к клиенту. И села так, чтобы смотреть на него чуть сбоку. Оделась тоже очень расчетливо: элегантное, но достаточно строгое платье, аккуратные туфельки на невысоких каблучках. Серебряные серьги с маленькими изумрудами и минимальное количество косметики выгодно подчеркивали ее сильные стороны. Она умела нравиться — и пользовалась этим, когда появлялась такая необходимость.
Элегантно положив ногу на ногу, Татьяна спокойно ужинала — типичная респектабельная женщина, знающая себе цену. Клиент не может ее не заметить.
Так оно и получилось. Сначала это был мимолетный взгляд, затем клиент стал поглядывать на нее все чаще и чаще, Татьяна улыбнулась — насколько же легко прогнозировать поведение мужчин.
Взгляды Баландина на незнакомку явно не прошли не замеченными для его подружек — как по команде, обе стали активно отвлекать его на себя. Они смеялись, что-то рассказывали, одна из них то и дело хватала клиента за руку. Увы, иx активность ни к чему не привела. Минут через десять тот подозвал к себе официанта и что-то тихонько сказал ему, ненавязчиво указав на Татьяну. Кивнув, официант быстро подошел к ней.