Любишь — беги
Шрифт:
В столовой мы сидели одни за большим белым столом. Солнечный свет, отражаясь в хрустальных полукружиях роскошной люстры, яркими бликами плясал на стенах и на картине с увядшими подсолнухами.
— Хочешь омаров? Или, может быть, устриц? — предложила Элен.
Я грустно улыбнулась таким разительным переменам, уж очень контрастными были скачки в моей жизни. Еще вчера я топила печку и жарила картошку, и вот теперь — омары!
— Спасибо, Элен, у меня нет аппетита. Я только выпью «Колу».
— Пожалуй,
Я ничего не могла ей ответить. Мне хотелось, чтобы Элен решила все за меня и дала четкие инструкции на счет моих дальнейших действий. Ведь я не знала, что мне делать ни теперь, ни, тем более, потом.
— Ну, так что? — допытывалась она.
Я тяжело вздохнула.
— Не имею понятия. Это тупик. Я знаю только то, что больше не могу так жить, Элен, это невероятно трудно. Если ты мне не поможешь, Арделл скоро найдет меня.
Она улыбнулась:
— Вот и отлично! Жду, не дождусь!
Я удивленно посмотрела в ее сияющие глаза.
— Нам нельзя никогда встречаться! Ведь ты сама просила меня об этом!
— Это было раньше, Эмма, а сейчас все изменилось! Арделл действительно одарен, ты нужна ему. Так что встречайтесь, сколько угодно!
Я озадаченно молчала, не зная, как реагировать на ее странные слова. Элен же спокойно пила «Колу» и хитро поглядывала на меня из-под рыжей челки.
— Что именно изменилось, Элен? — спросила я. — Почему сейчас ты думаешь иначе?
— Ты понимаешь, кто ты? — ответила она вопросом на вопрос.
— В смысле? — Я тряхнула головой, вообще перестав понимать что-либо.
Элен всплеснула руками, закатывая глаза.
— Твоя мать была эльфом! Значит, ты — полуэльф! — радостно улыбаясь, сообщила она.
Я уже и сама знала это, но все же радость Элен по этому поводу была мне не понятна.
— Полуэльф, получеловек… — Я пожала плечами, — И что это меняет?
— Это все кардинально меняет. Ты можешь быть с Арделлом, Эмма.
— И лишить его бессмертия только наполовину? — иронично спросила я. — Нет уж, живите себе вечно без меня. Подскажи лучше, как мне быть дальше.
Элен вздохнула.
— Дальше ты можешь сделать выбор, Эмма. Каждый полуэльф в определенный момент делает его и решает, кем ему быть: человеком или эльфом. Этот выбор делается только однажды, и он полностью может изменить твою судьбу и твою сущность. Надо признать, вовремя тебе выпал такой шанс! Сказать, что слова Элен шокировали меня — значит, не сказать ничего. Я потрясенно молчала, растерянно моргая.
— Я могу стать эльфом? Мне сложно поверить в такое, Элен. Я чувствую себя человеком и только…
— По-другому и быть не может, Эмма. Полукровки обычно не
— Здорово, — неуверенно согласилась я. — И как этого добиться?
Элен замялась и неожиданно спросила, смущаясь:
— Ты, надеюсь, девственница?
Покраснев, я только кивнула, уставившись на свои руки. Что за вопросы?! Причем тут это?! Элен же поторопилась объяснить:
— Твой первый мужчина определит твою дальнейшую судьбу, Эмма. Ты можешь выбрать, кто им будет: если эльф — ты изменишься и станешь одной из нас, если человек — останешься обычной смертной. Но, если учесть то, что эльфийские гены уже заговорили в тебе, то я могу предположить, к кому тебя больше тянет.
— Каким образом они заговорили? — удивленная ее словами спросила я.
— За сколько минут ты влюбилась в Арделла? — с улыбкой поинтересовалась Элен. — Две, три? Даже если тебе потребовалось на это целых десять, это все равно говорит о том, что тебе достался дар любви. Ты одарена, так же, как и Арделл. Вы определены друг другу судьбой. Это и объясняет твои внезапные и столь сильные чувства. Вы можете быть вместе, и Арделл не станет смертным, избрав тебя.
— Но ведь я все еще человек!
Элен вздохнула:
— Ну, как ты не поймешь: никакой ты не человек, Эмма! Твоя эльфийская часть с помощью Арделла победит в тебе человеческую, которой в тебе лишь половина, чего недостаточно для изменения Арделла. Даже не пытайся понять все это с точки зрения логики или науки — напрасный труд! Просто делай так, как считаешь нужным. Но я говорю тебе: ты можешь прекратить свои прятки и снова быть с Арделлом.
Дверь столовой открылась, впустив Сен-Жермена, который размашистым шагом подошел к Элен и, склонившись к ее уху, громко спросил:.
— Ну, так что, она не профукала свой шанс с каким-нибудь русским богатырем?
Густо покраснев, я закрыла лицо руками, а Сен-Жермен добавил добродушно:
— Да не смущайся ты, Эмма. Просто я очень хочу быть и твоим королем тоже.
…Несмотря на мои протесты, Элен вознамерилась отпраздновать мое возвращение. Вечером в столовой был накрыт шикарный стол, здесь горели свечи, и тихо играла музыка. Спустившись к назначенному времени, я никого не обнаружила за столом и в ожидании королей присела на краешек стула. Неожиданно в холле раздались голоса, и я вскочила, едва услышала один из них.