Любишь — беги
Шрифт:
— В таком случае, вам нужно договориться. Я на твоей стороне, если что.
Взгляд Арделла стал мягким и теплым, как свет коричневого ночника в моей омской комнате. Он провел кончиками пальцев по моему лицу и спросил едва слышно:
— Ты знаешь, как я люблю тебя?
— Я знаю, как я люблю тебя, — ответила я, сбиваясь с мысли.
Его губы легко скользнули по моей щеке, перемещаясь к губам, и в следующий момент я растворилась в поцелуе, как кусочек сахара в
— Ренард и Сен-Жермен ждут меня для разговора, — сказал Арделл, прервав поцелуй. — Зная их, могу предположить, что мы засидимся до утра.
— Когда вы уже наговоритесь?! — с сожалением воскликнула я.
Вместо ответа мне достался еще один головокружительный поцелуй, после чего Арделл ушел.
Я не торопилась ложиться — сон вновь бежал от меня. Открыв настежь окно, я услышала, как кто-то наигрывает грустную мелодию на рояле. Это была очень красивая музыка. Мне тут же расхотелось оставаться в комнате и, накинув новую куртку, я снова вышла во двор.
Свечи давно погасли, как и неоновые гирлянды, только несколько неярких фонариков мягко освещали маленькую сцену. За инструментом сидела задумчивая Элен. Она играла одной рукой, а в другой держала бокал вина. Сейчас Элен была погружена в свои мысли и казалась такой трогательной и уязвимой, печальной и одинокой, что я не решилась потревожить ее и тихонько развернулась, чтобы уйти.
— Как тебе праздник, Эмма? — устало спросила Элен, не поднимая головы и перестав играть.
— О… — Мне-то казалось, что я осталась незамеченной. — Прости, Элен, я не хотела мешать тебе. А праздник был отличный.
Я неуверенно топталась на месте, не зная уйти мне или остаться.
Не отрывая взгляда от клавиш, Элен спросила:
— Замерзла?
— Нет.
— Посиди со мной.
Я вышла из тени и поднялась на сцену.
— Придумываешь новую песню?
— Нет. — Элен вздохнула и посмотрела на меня. Сейчас ее взгляд был таким глубоким и печальным, что я встревожилась.
— Что случилось, Элен? Ты устала?
— Ненавижу вечеринки.
— А я-то считала иначе… — удивленно протянула я.
— Люблю быть одна, наедине с собою, тогда мне комфортно.
— Но зачем…
— Праздники — часть моих королевских обязанностей, — усмехнулась Элен. — А где Арделл? Он собирается делать из тебя эльфа?
— Мы…он…я думаю, не стоит так быстро… — смутилась я.
Элен окинула меня недоуменным взглядом.
— Эмма, чего ждать?! Вы нашли друг друга, и это самое лучшее, что может случиться в жизни. Зачем откладывать любовь? Послушай ту, которая ждет ее триста лет.
— Ты триста лет не никого любила?! — Похоже, теперь
— Видимо, пока не заслужила такой дар.
Я задумалась. Мне так много еще было непонятно и столько хотелось узнать!
— Вы с первого взгляда определяете свою половинку? Или эльф может полюбить того, кого уже знал прежде? Пусть через много лет, но такое возможно?
Сама не знаю, к чему я клонила. Просто сегодня я видела многих красивейших и достойных эльфов, и мне казалось странным, что до сих пор сердце Элен не дрогнуло.
— Всякое возможно, Эмма. У людей есть прекрасная фраза: «Пути Господни неисповедимы». — Элен вздохнула и закрыла крышку рояля. — Скоро рассвет, спать собираешься?
Я пожала плечами:
— Можно попробовать…
— Тогда пойдем в дом, — сказала Элен, поднимаясь.
В пустом холле мы пожелали друг другу спокойной ночи и, не сдержав своих эмоций, я порывисто обняла Элен, воскликнув:
— Спасибо тебе за все! Ты самая замечательная королева, которую я когда-либо встречала!
Элен улыбнулась и, поцеловав меня в лоб, ушла, неслышно ступая.
Глава 35
Дом Арделла в пригороде Парижа был огорожен высоким забором, за которым находился аккуратный дворик.
— Неплохо! — сказала я, с интересом оглядываясь.
— Внутри он не так хорош, Эмма. Если тебе не понравится — купим другой.
Я усмехнулась:
— Я не привередливая, Арделл, и мне не нужны дворцы. Мне нужен ты, даже если ты будешь бездомным.
— Тогда я спокоен, — улыбнулся Арделл и поцеловал меня, прежде чем ввести в дом.
Мы вошли в большую, просторную гостиную, в центре которой располагался полукруглый диван шоколадного цвета, такие же кресла стояли напротив стильного камина, на стенах, оклеенных бежевыми обоями, висели две картины: на одной был изображен водопад с клубами пара, на другой — карандашный портрет Арделла, неумело нарисованный мною.
— Валери мне его отдала, — сказал Арделл, проследив за моим взглядом.
Я смущенно улыбнулась и провела пальцем по стеклянному столику, покрывшемуся слоем пыли.
— Ты тут редкий гость, правда? — спросила я.
— В последний раз заходил домой в середине лета, — усмехнулся Арделл. — Так что вряд ли здесь найдется еда. Хочешь, я закажу пиццу?
— Я усну еще до того, как ты сделаешь заказ. К тому же, мне хватило обеда в ресторане.
Мы целый день гуляли по Парижу и сейчас мои ноги гудели, а тело, уставшее от бессонных ночей, требовало, наконец, отдыха.