Любить Девианта
Шрифт:
— Понимаю.
— Ваш сын спас меня. Могу себе представить, о чем вы сейчас думаете, но уверяю, я бы никогда ничего не сделала во вред Девианту. Вы говорили, что его накажут, если я окажусь шпионом. Я не шпионка. Если вернусь на Землю, меня убьют.
— И ты не возражаешь быть имуществом моего сына? Люди ненавидят зваться собственностью.
— Очень не хочу рушить ваши иллюзии, но в нашем мире никто не свободен.
— Поясни.
— Правительство указывает нам, где селиться и работать, кто может жить, а кто нет. Медицинский центр, в котором меня держали, был муниципальным. Я бы не удивилась, если бы узнала, что правительство
— Ты мудра.
— Я бы не заходила так далеко. От отчаяния я согласилась на брак в открытом космосе и оказалась в беде. Девиант спас меня от судьбы хуже смерти.
— Ты предпочла бы умереть, чем стать работницей борделя? Ты ведь заключила с моим сыном сделку, основанную на сексе. В чем разница?
— Разница в том, что Девиант мне нравится.
Мэво в ответ нахмурился.
— Что? Вам сложно в это поверить?
— Наши женщины видят только его дефекты.
— Он не дефектный, — Венис раздражалась снова и снова. — Люди, что, черт возьми, с вами не так? Да, у него темная кожа, и что? Что из того? Моя вот слишком бледная. Кожа — это всего лишь кожа. Людей нужно оценивать по их поступкам, и Девиант — чудесный человек. Его глаза? Они святятся. И что? Для меня они самые красивые на свете.
— Ты не считаешь его дефектным, — губы Мэво изогнулись в улыбке.
— Нет. Не считаю.
— Хорошо. Я тоже не считаю. Он — хороший мужчина. У него есть честь и сердце.
— Я знаю. Он вывел меня из ада. Я никогда этого не забуду и буду вечно ему благодарна.
— Я уверен, владелец станции сохранил бы тебе жизнь.
— На какое-то время, пока я еще здорова. Многие его клиенты — пираты. И все мы знаем, что из этого следует.
— Я не знаю.
— Пираты страдают от длительного радиоактивного облучения. Вы, конечно, видели их. Язвы. Уродства. Около десяти лет назад в открытом космосе спасли группу женщин. Они несколько месяцев пробыли в плену у пиратов, — отодвинув поднос, Венис обхватила себя руками. — Пираты пытались с ними размножаться, — она посмотрела Мэво прямо в глаза. — Об этом трубили на каждом канале. Правительство превратило женщин в наглядный пример того, что бывает, когда люди вылетают за пределы патрулируемых безопасных зон. Пираты многократно насиловали женщин и через сексуальный контакт заразили их вторичным радиоактивным облучением. Мне продолжать?
— Нет, — покачал головой Мэво.
— Меня ждала та же участь, — кивнула Венис. — В новостях постоянно рассказывали, как ухудшалось самочувствие женщин. Они теряли волосы, зубы…ну, вы понимаете. Сомневаюсь, что их кто-нибудь лечил, ведь у правительства появилась уникальная возможность показать несчастных жертв по телевидению и запугать общественность. На станции «Колтон» я не видела высокотехнологичного медицинского оборудования. Дарбис хотел наживаться за мой счет, пока мое тело не откажет. А теперь скажите, такая участь лучше смерти?
Очистительная кабина открылась, и на пороге появился полностью одетый Девиант. Зашнуровав ботинки, он посмотрел
— Вы поладили?
— Поладили, — ответил Мэво. — Начинай свою смену.
Девиант помедлил, глядя исключительно на Венис. Она поднялась и подошла к нему.
— Все будет в порядке. Твой отец хорошо ко мне относится. Я чувствую себя в безопасности. Иди и спокойно занимайся своими обычными делами. А я подожду тебя здесь.
— Я буду думать о тебе, — протянув руку, Девиант большим пальцем нежно погладил Венис по руке.
— Я тоже буду о тебе думать, — она не могла не улыбнуться ему. — Ты не поел, — напомнила она.
— По пути я зайду в столовую. А ты съешь то, что принес отец, — опустив руку, он отвернулся. Девиант подошел к двери, однако на пороге помедлил и посмотрел через плечо.
Мэво поднялся и встал между ним и Венис.
— Иди. Я закрою ее собой на случай, если кто-нибудь стоит в коридоре.
Девиант вышел и запер дверь. Оставшись наедине с его отцом, Венис почувствовала неловкость, но киборг обернулся и спокойно встретил ее взгляд.
— Тебе нужно закончить завтракать. А мне нужно доделать несколько отчетов и контролировать коммуникации на судне до окончания ремонтных работ. Если кто-нибудь догадается о твоем присутствии, я хочу немедленно об этом узнать. Занимайся своими обычными делами, — подойдя к двери, Мэво положил ладонь на панель и закрыл глаза.
Венис вернулась на кровать и закончила есть. Было странно видеть киборга, просто замершего на месте. Отчасти он напоминал дышащую статую. Голову Венис заполнили сотни вопросов.
Казалось, прошло не меньше часа, прежде чем Мэво открыл глаза и отошел от двери.
— Система жизнеобеспечения полностью восстановлена. Других проблем не предвидится. Хорошие новости.
— Вы узнали об этом, лишь коснувшись панели?
— Да. Мой сын не рассказывал тебе о кибернетике?
— У нас не заходила о ней речь.
— Нас создали путем клонирования, но добавили в тела чипы и некоторые технологичные внедрения, чтобы мы могли выполнять определенные обязанности, — он подошел ближе и показал Венис свою руку. — У меня в ладонь встроены датчики, посылающие информацию непосредственно в мозг. Одним прикосновением киборг может подсоединиться к компьютеру.
— Все под рукой, — улыбнулась Венис, однако Мэво ответил на ее улыбку. — Я пошутила. Понимаете? Под рукой. А датчики у вас в руке.
— Ага. Игра слов. Мне нравится твой юмор.
— На самом деле вы не считаете мою шутку смешной.
— Но я ценю, что ты хотя бы попыталась. Сегодня я не в лучшем настроении.
— Из-за меня?
— В последнее время ситуация была напряженной. Я не хочу об этом говорить. Ничего личного.
Венис не стала любопытствовать и предпочла вернуться к прежней теме.
— А Девиант тоже так умеет? Прикоснуться к панели и подключиться к компьютеру?
— Да, он был рожден, а не выращен в баке, но технология легко копируется и имплантируется детям. Девианту установили чипы в возрасте двух лет. Как выяснилось, чем младше ребенок, тем легче приживаются внедрения.
Венис нахмурилась.
— Тебя что-то смущает?
— Два года — очень молодой возраст.
— Меня создали на фабрике. У меня никогда не было родителей. А Девиант рожден. Мы оба — я и его мать — киборги. Мы не хотели, чтобы у нашего сына было меньше способностей, чем у нас. Но мы не установили ему блокиратор эмоций.