Любовь
Шрифт:
Маг огляделся: гора Умрад самоуничтожалась – огромные породы камня отслаивались по кускам и падали в объятия чёрного ничто. Сдерживавшие их физические расчёты были изменены или разрушены. Стихии сходили с ума!
Мерлон и Айвар насмерть бились, летая в воздухе. Они сыпали друг в друга чудовищными заклинаниями, внешнее проявление которых смешалось в хаосе цветов, оттенков и разумной логики. Вмешиваться в их битву более слабому магу было сродни безумию, но…
Магом овладела и злость, и гнев, и жалость ко всему, что он любил в этом мире. К Дарли, Герде, Франческо и многим другим. К их памяти и их делам. Их любви к жизни и самоотверженной жертве во имя идеи!
Камень под ногами Даратаса задрожал и треснул:
Да, тогда неизвестная сила помогла ему уничтожить Сильвестора, сейчас она вновь вдохновила его на последний удар. И пускай случится что угодно, сейчас Даратас казался сам себе мечом правосудия и справедливости, очищенным огнём добра от хаоса.
Огненный Феникс набросился на Мерлона и накрыл потоком огненной магии. Нечто сначала попыталось отмахнуться от птицы, но когда чёрное пламя, танцующее вокруг, превратилось в рыжее, то завопило и взялось за птицу по-настоящему, отвлёкшись от боя с аватаром Изначального.
Изнеможённый Даратас завис в воздухе рядом с переводившим дух Айваром, одежда которого дымилась, попытался улыбнуться. Тот ответил улыбкой, положил руку на плечо мага и проговорил:
– Игра закончена.
Мир моргнул.
Даратас стоял посреди белоснежного ничто. В нём не было низа или верха, права или лева, не было тверди под ногами или неба со звёздами. Здесь отсутствовал рельеф, растительность или намёк на проекцию.
Бесконечно белое и безжизненное пространство.
– Как я и говорил, у нас будет несколько минут для ответов на вопросы, – сообщил до боли знакомый голос.
Франческо?
Человек, одетый в привычную для себя и знакомых велюровую мантию тёмно-синего окраса, имел густую соломенную бороду с длинными ниспадающими усами, пышную копну кудрявых волос и мохнатые, брови. Из-под круглых очков на Даратаса смотрели глубокие задумчивые глаза карего оттенка.
– Да, твой друг был одним из моих аватаров. Так что мы с тобой никогда не расставались, – ответил на немой вопрос Айвар-Францеско де Орко.
– Где мы? – нахмурился Даратас.
– Этому месту нет строгого определения. Я предпочитаю называть его Лимбом. Место всевозможных возможностей и бесконечной бессмысленности. Междумирье, строго говоря.
– А где гора? Где Мерлон? Где Ромунд и Эмми, где все люди? – разразился вопросами Даратас.
Франческо-Айвар поднял руку.
– Не так быстро. Хотя времени у нас мало, особенности устной коммуникации не позволят мне моментально передать тебе всю желаемую информацию. Позволь, я начну по порядку.
Айвар, в образе ныне покойного друга Даратаса сделал несколько неспешных шагов, обдумывая будущую речь.
– Ты ведь помнишь, что попал в магический мир в тот момент, когда в один из вечеров в своём родном мире после тяжёлой работы включил полюбившуюся компьютерную игру? Что ж, это не было странным видением, – всё было именно так. , Игра, которую по воле случая тебе удалось приобрести в магазине, была одной из самых секретных разработок ВПК твоего Отечества. Это был верх достижения! Да, чисто как компьютерная игра, она не сильно производила впечатление графикой и возможностями, но изображение на мониторе было окном в иной мир. Ты ведь помнишь, что вместе с игрой поставлялось такое маленькое и непонятное устройство? Помнишь, конечно.
Военные всегда с интересом изучали любые способы дотянуться до врага: будь то сила ядерного взрыва или неизбежность страшной и мучительной болезни. Не упускали они из виду и пространственные оболочки, в которых жили люди: земля, воздух, вода, космос или информационная сфера.
В тот момент были открыты отдельные особенности пространственных искажений.
Эти открытия были положены в основу создания отдельной реальности, заключённой в рамках миллионов километров цифровых кодов, графики и вычислений. Со стороны выглядело цифрами, но вот в рамках созданной реальности был наш мир, который нынче стёрт.
– Звучит как безумие, – выдавил из себя Даратас. Услышанное не укладывалось в голове.
– Не более безумно, чем твоё существование на каменном шарике в объятиях газов, зависшем посреди чёрного ничто, – возразил Айвар и спустя пару мгновений продолжил: – Сначала был создан мир исключительно для экспериментов. В нём Министерство обороны просчитывало всевозможные последствия тех или иных действий. Однако камерность происходящего не удовлетворяло многих специалистов. В том числе Сергея Ларионовича, или Изначального. Этот сильный учёный и неординарный человек сумел протащить через Минобороны разрешение на моделирование целого мира с естественным развитием, где бы население жило, существовало по общим законам, привычным людям с Земли по родному миру. Главной идеей была естественность бытия электронных созданий. Почему было выбрано средневековье, магия? Кажется, это лишь десятая копия модели – остальные были уничтожены в результате различных экспериментов или стёрты, точно так же, как был стёрт наш мир несколько мгновений назад. Да, да, Даратас, катастрофы не менее страшные, чем увиденная тобой, были обычным делом в процессе деятельности Группы Тринадцать – особого подразделения, которым руководил Изначальный. Алиса Пономарёва была его заместителем.
Всё бы ничего, если бы Группа Тринадцать не заигралась. Процесс Созидания и Разрушения настолько увлёк их, настолько позволил потерять голову, что они стали создавать всё новые и новые миры, соединять их, разъединять, устраивать сети и туннели в пространстве, выдумывать новые религии, смыслы, героев и негодяев, диктаторов и филантропов. Они правили и судили, создавали и уничтожали. Они стали подобны богам!
Конечно, в какой-то момент Минобороны и Президент, вынужденный довольствоваться властью только на Земле, обратили пристальное внимание на деятельность Группы Тринадцать. Было создано специальное подразделение, известное тебе как Готикс или Отдел. В первые годы существования оно называлось Центром по Контролю. Эти товарищи стали сначала тщательно наблюдать за деятельностью Изначального и компании. Впоследствии же запретили совершать любые действия без их ведома: миры стали наполнять шпионы и соглядатаи из Центра.
Сергея Ларионовича такое положение дел устроить не могло, и он подговорил остальных двенадцать человек совершить откровенный электронный бунт: произошла чуть не межмировая катастрофа, закончившаяся уничтожением всех подконтрольных Центру образований, персонажей и даже людей – электронное инобытие, как ты имел возможность убедиться, означало такую же смерть и в мире землян.
Такого спустить с рук Изначальному не могли. Всю Группу отправили под трибунал, одиннадцать человек из тринадцати приговорили к пожизненному заключению. Кроме Сергея Ларионовича и Алисы. Эти двое работали над исходным кодом – ключом, с помощью которого был создан основной мир. Минобороны пришлось оставить негодных на свободе и разрешить продолжить работу над проектом.