Люся, стоп!
Шрифт:
Когда Саша бывал в дальних гастролях, в роль мужа героини стремглав влетел актер театра «Современник» Борис Дьяченко. Это он за десять дней до премьеры «Недосягаемой» с ходу с блеском сыграл главную роль. Я знала, что он музыкален. Встретились. Еще раз я спела весь мюзикл. Партии свои он разучил быстро. Несколько танцевальных репетиций — и на сцену. Это другой «мой муж». Но суть та же. Обаятельный мерзавец. Интересно, что ни одному актеру не нужно было этого объяснять. Ну никто не задал вопрос: «А почему?» Интересно, все очень интересно.
Роли милой девушки у Агаты Кристи в рассказе не было. Было только
И мы обратились к Алене Свиридовой. Она прекрасно чувствует джаз. У нее интересное и необычное лицо — узкое, удлиненное. Она стильная. И лицо, и фигура индивидуальны. Она часто появлялась на телевидении и здорово выигрывала в сравнении с другими молодыми поп-звездами. Я опять пела весь спектакль. И было ясно, что ей «ясно» все. Когда она появилась на «Мосфильме», все мужчины оживились. А это в роли, да и в жизни немаловажно. И человеком она оказалась добрым и приятным. Мы попали в точку. Спела она свои арии легко, профессионально. Певица есть певица. А как будет играть драматические сцены? Есть режиссер. А рядом и мы, коллеги. Доброжелательные. И это главное, но об этом впереди.
Когда Алена была в дальних гастролях, в ее роль вошла драматическая актриса Инна Агеева. Актриса профессиональная, умная и многое умеющая. Она пришла из театра «Летучая мышь», где у Григория Гурвича, царство ему небесное, играла музыкальные роли. Вошла и быстро, и легко. И тут же прошла трагическое испытание. На одном из ее первых спектаклей — чего никогда не бывало! — прямо посередине ее арии «вырубился» микрофон. Зал на две тысячи мест. Оркестр пятьдесят человек. Звук живой. И актриса, не моргнув глазом, допела свою партию без микрофона. Зал взорвался! Такое мужество нельзя было не отметить. У нас же, за кулисами, случились микроинфаркты. Но публика в зале, и мы с перебоями в сердцах и душах, но с гордостью за партнершу заканчивали спектакль.
Итак, молодой герой мюзикла «Бюро счастья». Это он должен заставить героиню преобразиться и начать жить заново. Кто, откуда, где? Где взять молодого героя, чтобы с первым появлением в зале все женщины ахнули, а мужчины стали бы ревностно подсчитывать свои годы и пошевеливать своими мускулами. На сцену влетел молодой мужчина, с прямой спиной, породистой небольшой головой, с улыбкой…
Сделаем остановку. Улыбка… Эта его улыбка самого циничного и вредного растопит во что бы то ни стало. Гедиминас Таранда! Много ли мы слышали таких имен, сразу запоминающихся и заставляющих обратить на себя внимание. Гедиминас Таранда. Профессиональный танцовщик
— Гедиминас, вы поете?
— Пробую, — ответил он и опять улыбнулся.
Ну, если человек так улыбается, он может все.
Извините, как всегда, немного перескочила. Итак, на сцену влетел молодой мужчина! Для меня «Имперский русский балет», возглавляемый Гедиминасом Тарандой, начинается с номера «Неоконченная встреча». У героя этого танца особая пластика, присущая мужчине, знающему себе цену, уверенного в том, что любую женщину он подчинит, поставит на колени, влюбит в себя обязательно.
Он движется как роскошный бездушный манекен, каждую секунду уверенный в том, что он прекрасен. К нему в объятия взлетает хрупкая и нежная девушка. И я вижу, что она ему интересна. И очень нужна. Нужна именно она. Но… Но! А что «но»? Что «но», если она так страстно к нему летит? И неожиданно мне становится жаль этого одинокого, закрытого от всех маской циника и покорителя женских сердец. Что же у него в жизни было до нее? Очевидно, что-то было. Это точно. И я хочу, чтобы они остались вместе. Зал замирает. Всем хочется того же. Наверное, это и есть та самая эротика. Зал возбужден. Хочется любить! И точно.
Его движения становятся уже не такими точными и уверенными. Он ее нежно обнимает, прижимает к себе, незащищенную, чистую. Но внезапно по его телу проходит нервная волна чего-то прошлого, не забытого и… и он выпускает ее из рук. Свет погас. Конец номера. И только тут я отрезвляюсь и понимаю, что это был только балетный номер.
Как давно я не встречала такой чувственной балетной постановки. Балетмейстер Николай Андросов. Он блестяще поставил этот человеческий дивертисмент. Как он только прочувствовал в танцовщике драматического актера. Встретиться с этим балетмейстером моя мечта.
Наша первая танцевальная репетиция. Стою у входа в танцзал. Уже надела мягкую обувь. Уже готова. Но в зал не вхожу. Мысли разные. Вон как все порхают. Всем лет по двадцать. Люся, стоп! Куда я лезу? Танцем никогда не занималась. Разве то, что все проходят в театральных институтах. Так, двигаюсь, как бог на душу положит. Опомнись. Но все. Уже поздно. И вдруг как рассмеюсь. Вспомнила, как Ю.В. рассказывал анекдот. Приезжает русский народный хор на гастроли в Америку. Выходит переводчик и рассказывает публике содержание песни: «Сейчас вы услышите русскую народную песню. Одна пожилая леди обращается к своему супругу с просьбой. Она желает посмотреть Америку. На что ей супруг, пожилой джентльмен, отвечает: «С удовольствием, дорогая, но туда еще не проведена железная дорога». И хор исполняет русскую народную песню:
Говорит старуха деду: «Я в Америку поеду!» «Куда ты, старая… Туда не ходят поезда!»Нет, только представить себе: стоит звезда и навзрыд хохочет! Вокруг никого. Ненормальная? Безусловно. Когда я вспоминаю себя в тот момент первой репетиции, всегда покрываюсь холодным потом от стыда и неуверенности…
Мне было, было над чем посмеяться. Юмор не пропал. Это уже кое-что. «Она этого не сможет… перестаньте… ха-ха-ха». Ой, наверное, это обо мне. Пора привыкнуть, но по душе резануло.